Попытка вторжения - Юрий Павлович Валин

— Уймись. Может и к лучшему, поскольку разобраться нужно. Откуда они все знают? Любопытную загадку Логос-созидатель подкинул.

Лоуд перечислила список разных задниц, куда смогут пойти Логос вместе с любознательным хозяином. Разгадывать загадки мироздания надлежит иным способом, а не тем, когда тебя колбасой катают. Может, какому подзаглотному мордосу та колбасная честь и польстит, но для честной пожившей женщины весьма оскорбительно.

— Что спорить? — прошептал хозяин. — Они нас как мальков отимели, что тоже интересно. Согласись, Лоуд, такое не каждый день случается.

— Соглашусь, — оборотень помолчала. — Все это забавно, но у меня жопа чешется. Да и вообще, крабье семя, я сама развязаться не могу. Гру, у тебя нож забрали?

— Ну. И пояс, — пояснил мальчик.

— Но что-то есть?

— У меня тоже есть, — заверил Укс, бесшумно садясь.

— Да у меня у самой есть, только как в этих пеленках вонючих до нужного дотянуться, что б вам пополам провалиться вместе с той шмондой рыночной, — рассердилась Лоуд. — Кстати, сероглазую мне оставьте, уж я ее без спешки разделаю.

— Погоди. Та бабенка не главное. Вот кто здесь главарь, и как они нас поняли…

— Хозяин, ты вовсе припёрок? Говорю, зад чешется и терпеть я не намерена. Развязывайте!

— Ты подожди, — Укс самостоятельно освободил свои кисти. — Хороший узел, хитковый. Гру, ты мне потом завяжешь. А тебя. Пустоголовая, пока развязывать не станем — на тебя так многослойно закудханно, обратно нам не запутать.

Лоуд ругалась, потом кряхтела, потом хихикала — напарник ей почесал все, что свербело.

— Ладно, что дальше-то? — снизошла развеселившаяся оборотень.

— Осмотримся, — Укс оценивал дверь. — Странно, почему они на ющевый замок понадеялись, раз нас знают?

— Грузчик сторожит, — пояснил Гру. — В щель видно. Сидит у обрыва. Копье и арбалет у него.

— Какой он грузчик? Полюбовник ублёвки рыночной, — сообщила поудобней улегшаяся Лоуд. — Переглядывались они по-свойски. И щенки у рынка были ихние. Похожи тощими мордосами. Кстати, нужно не забыть вырезать и эту мелкую заразу.

— Да обожди ты, что по мелочам думать? Логос подсказывает — пора на главное взор обратить, — Укс потрогал ушибленный затылок.

— Обращай, — разрешила оборотень. — Только недолго. А то добьют нас.

— Да разве нас держат? Мы петли замка снимем, а паренек к нам рожу только повернуть и успеет. Странно, посерьезнее они должны стеречь. Если уважают, — Укс выпрямился, оберегая у низкого свода голову, шагнул к оконцу…

Слабый свет на миг померк, чем-то заслоненный, Укс резво отпрыгнул назад, перелетев через кокон с напарницей, и замер, вжавшись в каменную стену. Узкий лик, прильнувший к окошку двери снаружи, укоризненно щелкнул зубами, потом в дыре показалась костяная длань и погрозила тонким пальцем. Все исчезло: опять пустой не сильно ровный прямоугольничек дневного света. И слабое потрескивание снаружи — абсолютно неживое, оттого на него и внимания раньше не обращали.

Гру почувствовал, как болит затылок, вжавшийся в выступ скалы — наверное, кожу ссадил.

— И что это было? — поинтересовалась Лоуд, по своему спелёнатому состоянию уловившая лишь движение в оконце, но без впечатляющих подробностей.

Укс кашлянул:

— Логос-созидатель подсказывает, что нас сторожит мертвяк.

— Ну, — сипло подтвердил Гру.

— О, философствовать придумали? — восхитилась оборотень. — Все, кто против нас — трупы, пусть пока еще ходячие? Красиво. Нет, люблю я вас послушать. Вот сопляк наш как скажет, так и емко, и по делу. В воде, правда, подзаглотно обосрался, обычного селка углядев. Видят боги, тюлень тот же червяк, только с ластами…

— Уймись, — Укс присел на корточки. — Снаружи нас скелет сторожит. Довольно чистенький, но бдительный. Это, или шутка какая несмешная, или… Или меня действительно сильно по голове стукнули. Грушеед, ты его видел?

Гру кивнул.

— Да вы, подзаглотники, меня хоть посадите, раз не развязываете, — разозлилась Лоуд. — Вообще всё пропустила.

Бывший десятник потянул напарницу к стене, начал усаживать… Послышались отчетливые шаги снаружи.

— Чего они там возятся? — недовольно спросил у кого-то невидимый «носильщик».

В ответ клацнули костяшки.

В дверь стукнуло чем-то крепким, в оконце заглянул молодой охранник:

— Шебаршитесь? Может, в вас стрельнуть? Я тут как раз арбалет отлаживал.

— Зачем стрелять? — страдальчески прохрипел Укс. — У меня и так башка лопается, едва в себя пришел.

— Ну-ну, а то мы не знаем, что притворялся. Да, ладно, чем пинками тебя гонять, проще вялым мешком перебросить. Сидите смирно, а то охрана вас придушит да сожрет сырьем. Мертвяки у нас толковые, дисциплину знают, но любому шебаршению есть предел. Так, братан? — «носильщик» отстранился.

Вместо человеческого лица вновь возникло костяное, глянуло пустыми глазницами. Исчезло…

— Сидите без глупостей, — посоветовал «носильщик» и, судя по шагам, пошел от двери.

— Эй, а по какому закону нас избили да ограбили? — окликнула стойкая к мертвякам и всему прочему редкостному, Лоуд.

— А ты, тварь, вообще помалкивай. Кипятком она женщин пытать думает. Амара древняя. А то мы сами воронку жестяную не найдем, да тебя растянуть не догадаемся. Интересно сколько котлов в слизняшку оборотничью войдет, да как громко коки-тэно визжать умеют, — арбалетчик звучно сплюнул.

Заключенные помолчали, прислушиваясь. Тихо. Чересчур догадливый арбалетчик отошел, а костяные охранники, наверное, и в полной тишине сторожить могут.

— Так, — прошептал Укс, — кое-что понятно. Кроме воронки. Откуда жестяная воронка взялась, а, Пустоголовая?

— Да откуда у нас воронка, хозяин? Была такая мыслишка, растянуть у костра шмонду сероглазую и кипяточком обрюхатить…

— Лоуд, ты спятила, пустыми угрозами припёрков пугать? Когда повернем дело к пользе, тогда и развлекайся.

— Я вслух и слова не сказала, — прошипела оборотень. — Что, уже и подумать ничего утешительного нельзя, когда тебя волокут в сетях вонючих? Где ты те угрозы слышал? Я еще не настолько закудхалась, лепетать что попало.

— Не говорила о воронке?

— Ох, не то у тебя с головой, хозяин, совсем не то. Гру, ты ему плюнь на дырку, да затри. А то он последние мозги порастеряет. Там и осталось-то…

— Не вслух, моя многоликая, не вслух, — предупреждающе прошептал Укс…

— Ладно. Эх, разграбят у меня все, — вздохнула Лоуд. — Столько вещиц собрала, такие редкости…

Хозяева сидели в тишине и думали. Гру тоже пытался загадки порешать,