Избранная для мага (и кот) (СИ) - Лина Калина

фыркнул и молча приступил к ужину.

Маркиза разглядывала мужчину из-под опущенных ресниц. На самом деле Нерине видела его дважды. Первый раз на одном из балов герцогини Хейдер, а второй — в ювелирном магазине с любовницей мисс Уилио.

И хотя герцог Андертон хорош собой и пользовался успехом у женщин, Нерине решила: он ей не подходил. Единственное, что понравилось в герцоге — глаза цвета зимнего неба. Но отвратительный характер Андертона всё портил.

— Марсия, — позвал герцог.

Но Нерине настолько поглощена мыслями о герцоге, что даже не подняла головы.

— Марсия, — вновь повторил он.

И здесь маркиза не ответила.

— Нужно позвать доктора Альбио, — выдохнул раздражённый Андертон.

Наконец, маркиза подняла на него глаза:

— Вы больны?

— Я? — хмыкнул герцог. — Он нужен вам.

— Но я редко болею и хорошо себя чувствую. — Маркиза потянулась за бокалом хереса и сделала маленький глоток.

— Но ваши уши, миледи.

— А что с ними? — удивлённо спросила Нерине.

— Они не слышат. Как раз и хотел, чтоб доктор Альбио их прочистил.

— Вы издеваетесь? — Маркиза уставилась на мужчину. В зелёных глазах отразилось само пекло.

— Ничуть. Я звал вас по имени, Марсия.

— Но это не моё имя.

— Не ваше? — Чёрная бровь герцога вскинулась.

— Моё…но… — Маркиза закрыла глаза и выдохнула. Даже есть не хотелось. Потому что герцог портил аппетит всем своим видом.

— Так ваше или нет? — рявкнул герцог, выходя из себя. — Объясните толком.

— У меня двойное имя. Я пользуюсь вторым именем только на приёмах или использую для официальной подписи.

Ещё чуть-чуть и герцог почувствовал бы, что из ушей пошёл пар.

Эта женщина просто невыносима! Даже толком не назвала своё имя!

— Во имя Десятерых, как вас тогда зовут?

— Нерине.

— Не-ри-не, — произнёс герцог, как бы попробовал на вкус её имя. — Вам идёт. Такое странное… Никогда подобного не слышал. Что оно означает?

— Цветок нимф, Ваша Светлость.

— Я не разбираюсь в цветах, миледи.

— Это лилия.

— Гмм.

На минутку герцогу и маркизе показалось: между ними воцарилось понимание.

— А как зовут вас?

— Велиус. Мы могли бы звать друг друга по имени… если вскоре поженимся…

— Если? — едко переспросила маркиза.

— Если раньше не умру от переполняющего меня раздражения. — Герцог взял бокал хереса, пригубил, и на лице проступила довольная улыбка.

— Правильно ли понимаю, что я привожу вас в бешенство всем своим видом? — Щёки маркизы покраснели от негодования.

— Именно.

— Андертон, вы не умеете обходиться с женщинами.

— Почему постоянно это слышу? Я умею. — Серые глаза герцога сверкнули. — Называйте меня по имени — Велиус.

— И не подумаю, Андертон! — зло бросила маркиза, скрестив руки.

— Значит, злючка?

— А вы упёрты?

— Через неделю, миледи, будете ходить по струнке, — бросил герцог, впиваясь в девушку взглядом.

— Что-о-о? — Маркиза привстала от такого нахальства.

— Если захочу, будете отзываться на имя Марсия… — продолжал раздражать её Андертон.

— Только попробуйте! — Лели топнула ногой. — Вы… вы… Невыносимы! Вот!

— А вы мегера! — парировал он.

— Осёл.

— Ведьма.

Зелёные и серые глаза сошлись в опасной схватке.

Именно в этот момент, за стеной что-то рухнуло. Не сговариваясь, маркиза и герцог бросились в холл. Перед ними развернулась невообразимая картина. Аргус и Брутус стояли на ступенях у самого верха. Оба господина были бордовые, словно переспевшая свёкла. Внизу у лестницы валялся закрытый сундук маркизы, который наделал столько шума.

— Это потому что ты меня никогда не слушаешь! — рявкнул дворецкий маркизы ла Косс.

— Но ты отдавил мою ногу! — возмутился камердинер герцога Андертона.

— Тогда, может, нужно отдавить и вторую? — Сузив глаза, произнёс Аргус. — Вдруг это помогло бы, и ты начал прислушиваться к старшему брату?

— Что у вас тут происходит? — рыкнул и без того раздражённый герцог.

— Этот идиот бросил ручку сундука и отдавил мне ногу, — взревел красный Брутус.

— А я тебе сказал, чурбан ты этакий, у меня больная спина! Мне нужна была небольшая передышка, — буркнул сердитый Аргус.

— Да там оставалось две ступеньки!

— Вот видите, миледи. — Герцог повернулся к маркизе. — И часа не прошло, а вы поставили мой дом на уши.

— Что?! А я здесь при чём?

— Да вы довели спокойного Брутуса. Первый раз слышу, как он орёт, — фыркнул герцог и уставился на сундук маркизы.

Нерине сверлила сердитым взглядом спину мужчины.

Герцог подошёл и попробовал перевернуть сундук. Но он был слишком тяжёлый, и Андертон не сдвинул его с места.

— У вас там что? Камни?

— Просто личные вещи, — надменно сказала маркиза.

Тогда герцог открыл сундук, а поскольку тот лежал замком вверх, то часть вещей вывалилась на пол. Андертон поднял книгу «Увлекательный мир растений» и отодвинул от себя, словно это мерзкое насекомое, которое хотело цапнуть.

— Фи! Ты был прав, Брутус, — едко пробормотал герцог. — Она синий чулок.

Брутус покраснел ещё больше.

— Я т-такого не г-говорил, м-миледи, — заикаясь пробормотал он.

— Удивительно, — шёпотом сказала Кирс, которая стояла в стороне с управляющим. — Это даже лучше уличного театра!

Мистер Доумио кивнул:

— Нужно, наверное, вмешаться… Пока эти двое не поубивали друг друга.

— Погодите, мистер Доумио, — весело фыркнула Кирс.

— Вы… — Маркиза была в бешенстве. — Ну-ка положите книгу, откуда взяли, Андертон.

Мужчина разжал пальцы, и книга упала с глухим шлепком на пол.

Тогда маркиза схватила одиноко стоящую белую вазу и тут же запустила в герцога.

Он увернулся и рыкнул:

— Ну-ка прекратите! Терпеть не могу, когда швыряются вазами!

— А-а-а. Так вам не впервой? — язвительно пробормотала маркиза, подбирая себе новый метательный объект. — А я терпеть не могу, когда берут мои книги без спросу!

— Думаю, теперь пора, — шепнула горничная.

— Мятный чай для Его Светлости и миледи, — громко произнёс мистер Доумио.

Мятный чай немного снизил градус напряжения.

Маркиза и герцог недовольные друг другом разошлись по своим комнатам.

Брутус и Аргус договорились и подняли сундуки в комнату маркизы.

И только Кирс оставалась жутко довольной.

Глава 5

Утро выдалось хмурым, как и сам герцог. Он уже полчаса пытался завязать шейный платок, но Велиусу не нравился узел.

Андертон тридцать третий раз перевязывал платок перед зеркалом. Именно столько попыток от скуки насчитал Брутус. И не предлагал помощи, потому как герцог, терпеть не мог, когда его одевали.

Наконец, Велиус шумно выдохнул.

— Ваша Светлость? — Седая бровь слуги вскинулась.

— Думаешь, следует извиниться перед маркизой?

— Несомненно. — Брутус кивнул.

— Гмм. Я не умею извиняться перед женщинами, с которыми не сплю, — пробормотал Андертон, всё ещё мучая шейный платок.

— Купите цветы… Хотя нет… — Брутус на секунду задумался. — Миледи увлекается растениями. Нарвите букет полевых цветов.

— Но я в них не разбираюсь!

— Собирайте самые яркие.

— Она меня никогда не простит, — с грустью в голосе пробормотал