Джастис (ЛП) - К. С. Линн

ослабевает, когда он заявляет на меня свои права, даже если это только на одну ночь. Он прекращает восхитительную атаку в моих трусиках и поднимает руку, прикасаясь пальцами к моим губам и размазывая по ним мое возбуждение.

Я задыхаюсь, потрясенная, но невероятно возбужденная, дерзким поступком.

Развернув меня, он прижимает к своему твердому телу и захватывает рот в пылком поцелуе. Требовательном, доминирующем, — и я полностью отдаюсь ему, утопая в запретном желании.

— Чистая гребаная невинность. — Сжав в кулак мои волосы, он наклоняет мою голову, проникая языком глубже, его вкус целиком и полностью опьяняет меня.

Пытаясь дышать сквозь дикую страсть, возникшую между нами, воздух из легких врывается в его рот короткими, прерывистыми толчками. Он расстегивает молнию на платье, бретельки спадают с плеч, и ткань лужицей растекается у моих ног. Я остаюсь голой, если не считать крошечных шелковых трусиков розового цвета.

Он обхватывает мой зад, приподнимая меня. Я обвиваю ногами его бедра, а руками шею, ткань его футболки царапает чувствительные соски. Он несет меня в свою комнату и кладет поперек кровати так, чтобы видеть.

«Он смотрит».

Его гипнотизирующий, горячий взгляд скользит по моему телу, отчего кожу покалывает. Он снимает футболку через голову, открывая захватывающее дух зрелище. Если до этого он не казался достаточно устрашающим, то точеные мускулы и черные татуировки, переплетающие его тело, решают дело.

От предвкушения рот наполняется слюной, но я не двигаюсь, потому что, по правде говоря, хоть и хочу этого больше всего на свете, здесь я не в своей лиге.

— Я чертовски долго ждал этого, Райан. — От его признания сердце в груди замирает. Я не единственная, кто это чувствовал.

Связь, которую я не могу объяснить, потребность, от которой не убежать.

Он тоже это чувствует, но я не глупая. Я всем сердцем увязла в этом, а он — нет. Влечение и чувства — две совершенно разные вещи, и я это знаю, поэтому не жду ничего, кроме единственной ночи с ним. Только молюсь, чтобы сердце ее пережило.

Он подтаскивает меня к краю кровати и опускается передо мной на колени. С колотящимся сердцем наблюдаю между слегка раздвинутых ног, как он медленно стягивает мои трусики. Широко разведя мне колени, он не отрывает взгляда от моего самого интимного местечка.

Пальцами раздвигает складочки и скользит по набухшему клитору, устраивая адскую бурю за секунды до того, как вводит один палец в мой укромный вход.

Стискиваю в кулаке простыни, из горла вырывается стон, тело выгибается.

— Я постараюсь быть осторожным, Райан, но, закончив с тобой, эта нетронутая киска будет принадлежать мне. Сегодня я, бл*дь, овладею тобой, и твоя девственная кровь будет моя.

— Джастис, — выдыхаю, не уверенная, хочу ли умолять о большем или сказать ему остановиться. Он берет у меня слишком много, крадет тщательно охраняемое сердце, и я не могу ему этого позволить, не тогда, когда у нас нет будущего. Пока он делится своими желаниями со своими братьями, он никогда не будет моим, а я — его, но сейчас этот момент принадлежит нам.

Мысль обрывается, когда его лицо опускается между моих ног и язык проникает внутрь, лаская горячую плоть. Рывком выгибаюсь над кроватью, крик удовольствия вырывается из моего горла.

— Такая чертовски невинная. — Его слова вибрируют на мне, посылая сквозь тело ударные волны. Каждая медленная, огненная ласка его языка поднимает меня выше, доставляя удовольствие, которое я только могла себе представить.

Моя голова мечется из стороны в сторону, бедра приподнимаются, киска трепещет против его умелого языка. Когда он ускоряет толчки пальцами, — сильнее, глубже — я устремляюсь в запретный мир, ошеломляющий оргазм клеймит меня.

К тому времени, как реальность утягивает меня с небес на землю, Джастис уже на ногах, стоит надо мной. С господствующей на лице похотью он принимается за ремень. Когда он стягивает джинсы, освобождая член, я блуждаю по нему взглядом, а мой пульс подскакивает до невероятных высот.

Сильный, могучий — великолепный. Вот он какой.

Несмотря на отсутствие опыта, я не могу сдержаться. Сев, осторожно протягиваю руку, чтобы коснуться его, пальцы обхватывают нежный, твердый ствол, поглаживая от основания до кончика.

Он толкается в мою руку, и из него вырывается шипение. Видя на кончике жемчужную капельку, облизываю губы, любопытствуя, какова она на вкус.

— Сделай это, детка, — говорит он, чувствуя мои мысли. — Обхвати своими прелестными губками мой член и пососи.

Потребность, звучащая в его хриплом голосе, придает мне смелости наклониться вперед и сделать именно так, как он просит. Сначала я слизываю капельку, соленый привкус покрывает язык, а затем вбираю его полностью. Осторожно и медленно, не уверенная, правильно ли я это делаю.

— Вот так, хорошая девочка. — Он впивается пальцами мне в волосы, уговаривая и направляя. — Райан, ты так красива с моим членом во рту.

Его слова вдохновляют мою потребность угодить ему, как он сделал это со мной. Глядя на него из-под ресниц, сосу, обводя языком кончик.

С утробным рычанием он двигает бедрами вперед, пока не упирается мне в глотку. Всхлипнув, я отдаю ему весь контроль.

Его толчки плавные и размеренные, и от желания почувствовать то же самое между ног, там начинается пульсация.

— Тебе нравится, Райан? Нравится, когда я трахаю твой голодный маленький ротик?

Расслабив горло и втянув щеки, стону, чтобы передать, насколько сильно мне нравится.

Застонав, он отстраняется.

— Хватит.

Я смотрю на него, тяжело дыша от вида плотского голода, бушующего в его темных глазах. Он прижимает руку к моей груди, побуждая вновь лечь на спину, затем раздвигает мне ноги, хватает под колени и устраивается.

— Скажи, что уверена, — хрипит он, глядя на меня сверху вниз. — Скажи, что хочешь этого, потому что, как только мы перейдем черту, это будет безвозвратно. Никаких сожалений, Райан.

Я ни за что не пожалею об этой ночи с ним, что бы из нее ни вышло.

— Я хочу этого. Я хочу тебя, — говорю твердо и уверенно.

Кончик члена толкается в мой вход за несколько секунд до того, как он полностью входит, медленно, но с болью преодолевая нетронутый барьер.

Я выгибаю спину, губы приоткрываются, весь воздух из легких вырывается одним плавным движением.

— Господи.

С губ Джастиса слетает проклятие, его мышцы напрягаются, когда он замирает глубоко внутри меня. Мириады эмоций отражаются на его лице, эмоций, которые я не могу понять. И никогда не видела у него раньше.

— Нормально? — одно слово вырывается сквозь стиснутые зубы.

Я киваю, хотя далеко не в норме. Я волнуюсь о том, что сделала