Заколдованная шкатулка - Наталья Александрова

Не связаны ли между собой эти события?

Надежда Николаевна почувствовала знакомое покалывание в корнях волос. Такое покалывание она ощущала, когда сталкивалась с какой-то криминальной загадкой.

Дело в том, что, как уже было сказано, прежде Надежда Николаевна была инженером, причем не из тех дам, которые просиживали на работе положенные восемь часов, с нетерпением дожидаясь окончания рабочего дня и заполняя время вязанием и сплетнями, — нет, она была инженером хорошим, талантливым, как говорят — от Бога. И с тех пор, как ушла с работы, точнее, с тех пор, как ее сократили, Надежде не хватало умственной нагрузки. Ее мыслительные способности простаивали, как мощный компьютер, случайно оказавшийся в бухгалтерии жилконторы. За неимением привычных инженерных задач она принялась решать задачи детективные, криминальные — и что самое удивительное, судьба стала подбрасывать ей такие задачи с завидным постоянством.

Многочисленные друзья и знакомые Надежды знали о ее необычной склонности и часто обращались к ней, если им нужна была помощь детектива-любителя.

Все бы было ничего, но муж Надежды, Сан Саныч, очень неодобрительно относился к этому ее увлечению. Понять его можно — он попросту боялся за свою жену, считал, что разгадывание криминальных загадок может быть опасно для жизни и здоровья. Сан Саныч неоднократно ставил вопрос ребром, и Надежде Николаевне не раз приходилось давать ему честное слово, что она больше никогда, ну совершенно никогда не будет заниматься частными расследованиями… Но когда доходило до дела, она ничего не могла поделать со своей любопытной и беспокойной натурой и как бульдог вцеплялась в очередную криминальную загадку.

В результате получалось, что кроме решения собственно детективной загадки ей приходилось каждый раз употреблять массу сил, хитрости и мастерства, чтобы муж не узнал, чем она занимается, пока он зарабатывает деньги…

Справедливости ради нужно отметить, что Сан Саныч был не так уж неправ, когда сердился на свою жену. Потому что если бы, не дай бог, случилось что-то серьезное с близкими друзьями или с родственниками, тогда помочь нужно и должно. Но Надежда Николаевна умудрялась вляпываться в криминальные и подозрительные истории, которые не имели к ней, в общем-то, никакого отношения. Вот как сейчас. Казалось бы, какое ей дело до незнакомой девицы? Отдала сумку да и пошла заниматься своими делами. Но зуд в корнях волос не утихал.

— Вот в какое время мы живем! — повторила Антонина Васильевна.

Она по-прежнему перегораживала дверной проем и не собиралась пропускать Надежду, пока не наговорится всласть. Надежда Николаевна, однако, не собиралась сдаваться. Они решила применить испытанный отвлекающий маневр.

— Вы говорите, Витька с Олимпиадой Самсоновной был знаком? Вон же она идет! Она еще, наверное, не знает, что его убили?!

— Где-где? — Антонина метнулась в сторону, Надежда воспользовалась ее оплошностью и проскользнула в подъезд.

Бейсик ждал ее в дверях квартиры. В его взгляде явственно читалось: где это ты шляешься, вместо того чтобы кормить и лелеять своего единственного и неповторимого кота? Если тебе так повезло в жизни, если у тебя есть я, цени это и делай все от тебя зависящее, чтобы скрасить мою трудную кошачью жизнь!

Надежда, однако, всего этого в глазах кота не заметила.

Бейсик посмотрел на хозяйку с неодобрением, обнюхал ее сапоги и громко чихнул.

— Будь здоров! — машинально проговорила Надежда и устремилась в комнату, чтобы еще раз обследовать сумку Кати Малининой.

Кот вслед ей возмущенно мяукнул: ты куда это? А как же твоя священная обязанность — покормить кота? И погладить, и почесать за ухом, и поговорить…

Надежда только отмахнулась — подождешь!

Она вытряхнула из сумки содержимое, нашла планшет с рисунками и разложила их перед собой.

На столе лежали шесть портретов — два женских и четыре мужских. Ну да, как раз столько успела нарисовать Катя за одну поездку в метро, видно, далеко ехала. Среди них Надежда сразу узнала боевую старуху в детской вязаной шапочке с помпоном. Второй была усталая, измотанная судьбой особа средних лет, с печатью неустроенной личной жизни на лице. Таких в метро можно встретить сколько угодно, даже Катин талант тут не помог, ничего в этой женщине не было интересного.

Перед тем как Кате стало плохо, девушка успела сказать, что к ней в палату приходил тот, кого она накануне рисовала. Она четко сказала «это он», да и сама Надежда видела, что из палаты вышел мужчина в белом халате — значит, этих двух женщин на рисунках можно отбросить.

Оставались четыре мужчины.

Мрачный заурядный мужчина лет сорока, парень в бейсболке с логотипом интернет-магазина «Сезон», бритоголовый тип с худой жилистой шеей и маленькими злыми глазками, прячущимися в складках щек, и человек неопределенного возраста с каким-то ускользающим, неуловимым взглядом. Надежда машинально отметила, что во всех остальных портретах Катя сумела передать что-то главное, основное, уловить характер человека, его внутреннюю сущность — и только последний персонаж не дался ей, не раскрылся, спрятался от нее в своей раковине, в своем коконе…

Она еще раз осмотрела всех четверых мужчин, представила, как они выглядели бы в белом медицинском халате и шапочке.

К сожалению, она видела человека в больнице только со спины, а на портретах все были изображены спереди. И рост… вроде бы он был среднего роста, но в шапочке мог казаться выше… Мрачный мужчина тоже был непонятно какого роста, ведь Надежда видела его только сидящим. В общем, попробуй разберись… Вот если бы она смогла взглянуть на этих людей со спины…

Что же делать?

Надежда уставилась в стену перед собой, как будто на этой стене она надеялась найти ответ на свой вопрос.

И как ни странно, у нее появилась одна вполне «плодотворная дебютная идея».

Парень с логотипом «Сезона» явно курьер. Он доставлял покупку в тот самый дом, где жила Надежда. Значит, если она сделает заказ в этом интернет-магазине, довольно велик шанс, что заказ доставит тот же самый курьер. И уж тогда-то она сможет посмотреть на него и со спины, и в профиль, и в три четверти, да еще и поговорить с ним, чтобы выяснить, имеет ли он какое-то отношение к странным событиям в больнице. Кто-то же едва не отправил ни в чем не повинную Катю на тот свет!

Кроме того, если Надежда вызовет курьера, она сбережет время, и не придется объяснять мужу, куда и зачем она ездила. А это, что ни говори, большой плюс!

Теперь оставалось придумать, что бы такое заказать в магазине «Сезон». Проще всего, конечно, — какую-нибудь полезную книгу…

Надежда включила компьютер, открыла сайт «Сезона» и нашла там один очень удачный экземпляр. Прочитав название книги, Надежда улыбнулась: это, несомненно, понравится мужу, значит, она одним выстрелом убьет двух зайцев…

Сказано — сделано. Надежда набрала номер интернет-магазина «Сезон» и сказала, что хочет приобрести книгу «Психология домашних и диких кошек».

— Только мне эта книга нужна очень срочно! — добавила она.

Девушка-оператор предупредила, что срочная доставка будет стоить немного дороже, но книгу доставят уже завтра.

Сознание возвращалось к Кате медленно, частями. Сначала она услышала голоса разговаривающих где-то совсем рядом людей, мужчины и женщины. Голоса звучали удивительно гулко и звучно, как будто эти двое разговаривали внутри огромной железной бочки, но Катя отчетливо слышала каждое слово.

— Ей очень повезло, что у нее аллергия на хлоралгидрат. Если бы мы не заметили, что с ней происходит, и не приняли своевременные меры, она бы не проснулась.

— Но кто ввел хлоралгидрат в ее капельницу? — удивленно спросил женский голос — Ничего подобного в ее лекарственной прописи не было!

— Разумеется, не было. Такие сильнодействующие средства ни один врач в здравом уме не пропишет. Тем более в такой дозе, которая может усыпить слона.

— Кто же мог это сделать?

— Понятия не имею, и лучше нигде это не упоминать, а то неприятностей не оберешься…

Внезапно Катя поняла, что разговор идет о ней. На нее разом обрушились воспоминания…

Память всегда была ее счастьем и ее проклятием, она никогда ничего не забывала, помнила каждое лицо, которое видела хотя бы мельком, каждый пейзаж, промелькнувший в окне поезда. Это помогало ей как художнику, но вместе с тем перегружало ее мозг массой ненужных и бесполезных воспоминаний. Вот и теперь она отчетливо вспомнила, как стояла на переходе, как кто-то вдруг толкнул ее в спину, как она чудом выкатилась из-под колес мчащейся машины… Потом в памяти был провал, и затем она осознала себя уже в больнице. Она лежала в полутемной палате, на соседней койке тяжело, шумно дышала во сне пожилая женщина… Вдруг дверь палаты открылась, вошел человек в белом халате, внимательно, настороженно огляделся и направился к Катиной кровати.