Убийство в Café de flore - Светлана Сорокина

Пересекая длинный и широкий двор, с прекрасными цветущими рабатками и альпийскими горками, оба молчали. Никто не отваживался начать разговор первым. Казалось, лучи заходящего августовского солнца, навеивая сонный покой на все живое, растворяли суету. Она оседала бесшумно, как золотистая пыль, кружась мелкими песчинками.

Слова были не нужны. Оба служителя Бога это ощущали абсолютно точно, но каждый по-своему. Отец Алексий, просто наслаждался настоящим моментом, вдыхая запах любимых цветов, которые сам сажал. Он знал, где какой сорт роз находится, и, проходя мимо своих любимец, вдыхал их аромат, словно приветствуя. Вместе с прихожанами он таскал камни и укладывал их в живописном беспорядке. Поэтому смотреть на созданный ландшафт ему всегда было приятно. Что будет – то будет. В любом случае, даже если и отстранят от службы, его душевного покоя это никак не коснется. И хотя в голове отца Алексия не было никаких докучливых мыслей, некоторая напряженность от безмолвия между ним и Его Преосвященством, ощущалась.

Лицо епископа ничего не выражало. Лишь один раз он слега повернул голову, чтобы мельком кинуть взгляд на большую рабатку – произведение искусства и гордость всех прихожан, с искусственными фигурками зайчиков, ежей и сусликов.

Только когда пересекли двор и подошли к кованным ажурным воротам с православным крестом посередине, епископ остановился и словно нехотя, посмотрел на храм издали. Даже тогда, глядя на это великолепное сооружение в стиле лучших византийских традиций – с позолоченными куполами и мозаикой на стенах, он ничего не сказал.

Автомобиль Его Преосвященства – темно вишневого цвета BMV, находился напротив, и услужливый водитель открыл дверь машины.

Епископ, готовый уехать даже не попрощавшись, вдруг на секунду замер: он неожиданно вспомнил, как долго не мог найти священника, отважившегося ехать в эту глубинку, да еще в недостроенный храм. Вспомнил о том, что количество прихожан в этом храме в три раза выросло, а поступлений в церковную казну почти в четыре, и это – при больших затратах на строительство, не считая благоустройства территории и вех этих зайчиков и роз.

«Надеюсь. Господь знает, что делает» – подумал он, повернулся в сторону отца Алексия и поднял руку вверх – прощаясь, благословляя и одновременно приветствуя его. Губы епископа слега коснулась улыбка:

– Буду молиться, чтобы Ваши прихожане никогда не узнали о Вашей тайне, отец Алексий! – С этими слова он грузно плюхнулся, словно мешок с картошкой на кожаное сиденье своего автомобиля. Шофер, поклонившись, закрыл дверцу.

«Благодарю, Господи!» – про себя воскликнул отец Алексий и быстрыми шагами направился в отдельно стоящий домик с кукольной башенкой. Там находился его офис, приемная и Малая трапезная. Он посмотрел на наручные швейцарские часы Rolex Yachmaster II – через полчаса у него начиналось рабочее совещание по скайпу. Будут его американские и шведские представители.

Не успел он дойти до двери своего кабинета, как звонок телефона отвлек его. Секретарь – моложавая прихожанка-пенсионерка подняла трубку и передала ее отцу Алексию. Не смотря на его мимику и жесты, явно говорившие «Меня здесь нет», принципиальная и не признающая полутонов секретарь, уверенным голосом сообщила, что батюшка сейчас подойдет. И вот теперь, вместо того, чтобы отдохнуть, перекусить и открыть ноутбук, он должен слышать негодующий голос своей бывшей знакомой.

– Алекс! После того что я рассказала тебе о Мадлен, ты не можешь оставаться в стороне!

– Еще как могу!

– Ты – священник, и обязан помогать ближним! – звучал взволнованный и настойчивый девичий голос в трубке.

Отец Алексий на секунду убрал трубку телефона от уха, вздохнул и уже уверенным спокойным голосом произнес:

– Возьми на заметку: священник, а не детектив. И как священник, я помолюсь за твою подругу, на голову которой падают с неба кирпичи.

– Камень, а не кирпич! И не с неба он упал, а с крыши дома, мимо которого она ходит каждое утро в дно и то же время.

– Впредь будет осторожней. С кем не бывает! Она православная или католичка?

– Алекс! Ах, простите, отец Алексий! Молиться Вы, батюшка, за нее все равно не можете – грех, так как она католичка! – с сарказмом и наслаждением от сказанного прозвучало в трубке. – Можете помочь как детектив и спасти человеку жизнь.

– Ох, Кэтти, Кэтти… – Снова вздохнул священник, посмотрев на наручные часы. Затем изловчившись, стал снимать с себя рясу, забыв о присутствующей секретаре-пенсионерке.

Заметив округленные глаза пожилой женщины из-за своих вольных действий, отец Алексий вынырнул из-под балдахина и извинился в стиле французского мима. Улыбаясь, как клоун, он шепотом произнес: «У меня совещание через двадцать минут. Не могли бы Вы, Раиса Олеговна, заварить мне зеленый чай?»

– Ты меня не слушаешь? Чем ты занимаешься? – Даже по телефону было слышно: возмущение на другом конце провода достигло предела.

– Внимательно слушаю. Просто снимаю рясу после службы.

– Надеюсь не перед молодыми прихожанками? – язвительно заметила Кэтти.

Посмотрев на недовольное, обрюзглое лицо своего секретаря и, наконец-то освободившись от неудобного одеяния, отец Алексий спокойно и с улыбкой ответил:

– К сожалению, нет. У меня сейчас совещание по скайпу и разговор с американскими клиентами, а они, представь себе, знают меня лишь как программиста и руководителя компании, – отец Алексий снова посмотрел на свои часы. – Поэтому в моем кабинете висит пиджак. Приходиться, как говорят – «крутиться»!

Такое объяснение, видимо удовлетворило Кэтти – его давнюю приятельницу, но она продолжала решительно наступать:

– Алекс, с каких пор, ты стал равнодушным к людским несчастьям и таким непробиваемым снобом в рясе? Неужели с того момента, когда это одеяние надел? Мд-да-а-а… Видимо ради этого ты и стал священником. Ты мне больше нравился, когда вел расследование в доме госпожи Алисы и был просто программистом.

– Во-первых, я только что снял рясу. – Пытался шутить отец Алексий, прикрывая рукой трубку. В джинсах и со стильным хвостом сзади, батюшка был похож скорее на голливудского киноактера или модель с обложки «Voge», чем на священника.

– Во-вторых, пойми, Кэтти, у меня паства, которую не на кого оставить. Сдача проектов моей фирмой заказчикам. Я не могу просто так сорваться с места и уехать во Францию. У меня обязанности – служба, крестины, свадьбы, отпевание… – спокойным, чуть монотонным голосом, пытался он объяснить очевидное своей подруге.

– Вот, вот… Оно самое! – эмоционально перебила его Кэтти. – Если что-то с Мадлен случиться, я позову тебя на отпевание… Боже, что я болтаю! – В трубке голос замолк. Пауза была нестерпимой для отца Алексия. Он изменился в лице.

– Алло, Кэтти?!

Через какое-то время, явно расстроенная девушка, произнесла:

– Ты меня разочаровал, Алекс! Но я не прощаюсь. – Связь оборвалась. Кэтти закончила этот неприятный для обоих разговор.

Отец Алексий облегченно вздохнул, перекрестился и положил трубку. Из кабинета слышалась приятная мелодия его мобильного телефона, Секретарь уже мешала ложечкой чай, пахло вкусно свежими пирожками с грибами и капустой. Нужно было готовиться к рабочему совещанию – надеть пиджак, срочно включить компьютер и стать бизнесменом Алексом.

Вечером, возвращаясь домой и, вдыхая пряный запах летних цветов – флоксов, левкоев, душицы и роз, Алекс подумал, что ни на секунду не сомневался, когда решил остаться в этом провинциальном городке и принять сан священника. Слава Богу, новейшие технологии облегчают общение и управление фирмой на расстоянии! Он так же твердо знал, что никогда не пожалеет о том, что оставил Киев. Его невероятная история, благодаря которой он оказался здесь и резко изменил свою судьбу – от начала и до конца промысел Божий.

Старинный особняк по улице Счастливая, с ажурной кованой калиткой заставил его остановится на несколько секунд и затаить дыхание: с этим домом связанно столько воспоминаний! Может быть, покажется на террасе госпожа Алиса, Эва или выкатится на своей коляске Матильда, нагадавшая ему на картах Таро «переворот всех ценностей» в жизни? Табличка «Сдаются апартаменты» все так же приветливо встречала гостей у входа. В этом доме он встретился с Марией, вернее с ее призраком и впервые раскрыл преступление.

Алекс подошел ближе к кованой ограде, за которой под белоснежной аркой тихо спал мраморный ангелочек и стал всматриваться вглубь сада. Нет, ему показалось. На этот раз это действительно – лишь ветерок и игры лунного света и разума. Мария больше не появится в этой усадьбе, и он не увидит ее. Два ангела вознесли ее. Он сам видел это.

Уверенной походкой Алекс направился дальше по цветущей улочке. Знакомые запахи помимо его воли, снова напомнили о первом его появление здесь. Он вспомнил, как вышел из поезда за монашкой. Тогда ему в состоянии депрессии, было безразлично, где остановиться. Городок ждал «своего» священника и с первого момента появления в нем, все почему-то принимали его за такового. Странная старушка Матильда просто называла его «отче». Так и получилось.