Напрасные опасения - Аманда Карпентер

Он спал. Это был посторонний человек, но сердце у Никки почему-то бешено забилось.

На цыпочках она вышла из комнаты и спустилась вниз по лестнице. На кухне горел не выключенный на ночь свет и сквозь приоткрытую дверь проникал в коридор. Дункан тоже еще не поднимался.

Какая же я невежливая, подумала Никки, ища бумагу и ручку около телефона в холле. Ничего бы с ней не случилось, могла бы подождать, когда Харпер и Дункан встанут, и лично поблагодарить их. А она ведет себя неподобающим образом и сознает это. Сжав от боли зубы, она взяла в пальцы ручку и нацарапала на верхнем листке блокнота: «Спасибо вам за все». Никки положила записку на середину столика в холле и ощупью открыла входную дверь. Конечно, она чересчур эмоционально отреагировала на вчерашний стресс, и ей необходимо очутиться поскорее одной в своей квартире, а проснуться в чужом доме после случившегосй было для нее слишком тяжело.

Харпер оказался прав — вчера она была не в состоянии добраться до дома, как бы ей это-го ни хотелось. Как неприятно обманывать такого человека!

Дрожа от холодного предрассветного воздуха, она тихонько вышла из дома. Когда дверь за ней захлопнулась, ее вдруг охватило ощущение утраты, словно ненадолго перед ней промелькнула другая жизнь и внезапно исчезла. Так бывает, когда сгорает свеча и ты остаешься в темноте.

— Никки, Никки, — печально бормотала она, сбегая со ступенек и пересекая улицу, — какая же ты гордая и своевольная.

Возможно, она убежала не из-за этого, но ей хотелось думать именно так.

А наверху в доме Харпер открыл глаза, слишком ясные и настороженные для только что проснувшегося человека.

Никки легко поймала такси, доехала до Найтсбриджа и остановилась как раз перед небольшим двором своего дома. Ее просторная однокомнатная квартира находилась на четвертом этаже и представляла собой мансарду. Застекленная крыша с двух сторон пропускала более чем достаточно света, а также открывала головокружительную панораму звездного неба. Это компенсировало непомерные счета, которые она платила за газовое центральное отопление, поскольку если мерзли пальцы, то работать она не могла.

Стараясь не смотреть на свои перевязанные ладони, которые лишали ее возможности какое-то время работать, Никки медленно и неловко приготовила себе чай. Она могла бы отдохнуть, забраться в постель, свернуться клу-бочком под одеялом и проспать целый день, но у нее было очень много дел. Приготовление чашки чая заняло столько времени, что потратить даже час на пребывание в постели представлялось ей непозволительной роскошью.

Никки поставила чашку с чаем на поднос и отнесла на тахту у единственной не занятой книжными полками стены. Включив телевизор, чтобы посмотреть новости и одновременно не заснуть, она устроилась на тахте с чашкой чая с молоком.

Слава Богу, что мама и брат живут на другой стороне Атлантического океана. Хоть Никки и очень их любила, но предпочитала независимость семейному богатству и влиятельным связям. Стоит им узнать о случившемся с ней, и ей несдобровать. К тому же она хотела оберечь их от волнений.

Посмотрев на часы, Никки застонала. Она должна торопиться на работу, так как у нее встреча с Питером, директором-распорядителем маркетинговой компании. Ей очень не хотелось сообщать ему, что в течение ближайших двух недель она не сможет выполнять свои обязанности. Фирма Питера была небольшая, но дела в ней шли успешно, а Никки считалась самым известным дизайнером.

А пока что она совершила настоящее маленькое чудо. Надев на руки пластиковые пакеты, она вымылась под душем и даже не слишком сильно замочила повязки. После этого она надела черную юбку, доходящую до щиколоток, начищенные до блеска туфли и черную бархатную блузку-топ, открывавшую пле-чи, с плотно облегающими рукавами и лифом. Вид у нее был модный и элегантный, строгость черной одежды подчеркивала женственность тонкой шеи и ключиц. Но проблемой оставалась прическа и бледное усталое лицо, так что к девяти часам утра она уже была в ближайшей от дома парикмахерской, где обычно стриглась.

Никки повезло — у Джеммы, которая всегда ее обслуживала, оказалось полчаса свободных. Она вымыла ей голову шампунем, высушила и уложила густые блестящие черные локоны в красивую прическу, обрамлявшую решительную линию ее скул и нежную, с голубыми прожилками кожу на висках. Когда же Никки поведала о своем вчерашнем приключении, то взволнованная и сочувствующая Джемма предложила сама сделать ей макияж. Умелой рукой она положила голубовато-серые тени у Никки под бровями, от чего голубые глаза сделались еще больше, чуть-чуть подрумянила щеки и таким образом скрыла следы тяжелой ночи.

В десять часов Никки была готова встретиться с Питером и выслушать все, что он ей скажет. До разукрашенной нарядной рекламой фирмы она добралась автобусом. Внутри работа шла полным ходом, так как сроки, как обычно, поджимали.

Хор голосов приветствовал Никки, пока она шла по нижнему этажу, а она улыбалась и кивала в ответ. Не останавливаясь ни с кем поболтать, как бывало обычно, Никки направилась в кабинет Питера. Он разговаривал по телефону, так что она могла четверть часика от-дохнуть. Наконец дверь распахнулась и Питер вышел ей навстречу. Ему было за сорок, он напоминал тощую борзую, которая не могла устоять на месте, переполненная нервной энергией. На взгляд Никки, он был мил, но утомителен.

— Потрясающие новости! — заявил Питер. — Я только что говорил по телефону с будущим клиентом, и он весьма заинтересовался твоей работой, дорогая Никки. О, это будет огромный заказ! Если нам удастся заполучить этого мужика, наша с тобой репутация взлетит вверх со скоростью ракеты. Он приедет через полчаса, встреча будет короткой, но я бы хотел, чтобы ты не уходила до его появления — пусть он сам с тобой поговорит. Хорошо?

— Поживем — увидим, — осторожно заметила Никки и последовала за Питером в его кабинет, стены которого украшали большие обрамленные картины, в основном — ее работы: подлинники афиш для театра «Ковент-Гар-ден», мюзиклов Вест-Энда и одна афиша для прошлогодней выставки в галерее «Тейт». Изящные, красочные картины были ей настолько знакомы, что она не обращала на них внимания. Подавив вздох, она уселась напротив письменного стола Питера.

— Видишь ли, у меня плохие новости. Питер устроился на кончике стола, и тут его взгляд упал на руки Никки. Он замер.

— Что у тебя с руками?!

— Вот это и есть плохие новости, — криво усмехнулась она и, не вдаваясь в подробности, рассказала Питеру, что с ней случилось про-шлым вечером. — Итак, ты видищь, что я не смогу работать несколько недель. Тебе придется найти кого-нибудь, кто займется моими неотложными проектами.