Савок - Владислав Владимирович Гончаров

VI

Так и жил Сава с матерью. Ольга полностью оборвала связи с бабушкой Савы, даже когда она приезжала в гости, девушка гнала её подальше и ругала благим матом. Её сын тем временем рос, а денег на пропитание, после гибели Геннадия, не хватало. Это понудило Ольгу устроится на завод в городе, и она ездила на работу на электричке по пять-шесть раз в неделю. Сава тоже работал. Он собирал пустые бутылки по деревне и сдавал их, за что получал деньги. Потом, какое-то время он работал почтальоном. Сава ездил по всей деревне на велосипеде с целой пачкой газет и раскидывал прессу по почтовым ящикам.

Отношения матери и сына были нейтральным. Они довольно редко общались, будто ведя независимую друг от друга жизнь. Ольга редко спрашивала у Савы как у него дела в школе, как успехи в учёбе, не помогала ему с домашним заданием и не проверяла дневник. На родительские собрания она ходила изредка – могла посетить за учебный год одно собрание из четырёх. Очень часто она выпивала и кричала на своего сына. Сава, потеряв поддержку матери, стал больше лениться, если ему не хотелось делать домашнюю работу, он её не делал, плохо готовился к контрольным работам, отчего у него в дневнике стали появляться тройки и двойки.

Не подумайте, Родион, что всё это начало происходить прямо сразу после смерти Геннадия и его поминок. Нет, всё это происходило медленно, постепенно. Плавно из примерного ученика, Сава начал превращаться в неуправляемого и трудного подростка уже в одиннадцать лет. Он вёл себя грубо по отношению к учителям, порой ссорился с одноклассниками, запугивал их. В те же одиннадцать лет он пристрастился к курению, а пик духовного падения Савы пришёлся на весну, когда моему будущему другу уже исполнилось двенадцать лет.

В деревне дурной славой пользовалась банда из малолетних отбросов и преступников. Все её выходцы были детьми из неблагополучных семей и дети тунеядцев, товарищи которых когда-то убили бабушку и дедушку Савы. Называли они себя «Деревенскими орлам». Эта банда занималась грабежами, избиениями, кражами и разбоем. Жертв малолетних ублюдков с каждым годом становилось всё больше и больше, и никто не знал, как с ними бороться. Лидером банды был высокий белобрысый парнишка шестнадцати лет по имени Илья Паршин, также известный как Блондин. Это был высокомерный, уверенный в себе сын одного из тунеядцев, совершавшего нападения на деревенских жителей. Кроме того, Блондин был очень красив, из-за чего по нему сохли все девочки-подростки в деревне, несмотря на то, что он был ещё тем мерзавцем.

Сава впервые встретил их около одного заброшенного и недостроенного коттеджа, где собиралась компания преступников. Шёл он со своим другом и одноклассником Пашей, который был из неблагополучной семьи.

Паша на первый взгляд казался хлипким, щуплым, невысоким и патлатым «ботаником», носил круглые очки, однако на самом деле он был не таким, каким казался на первый взгляд. Именно он приучил Саву к курению. Одевался обычно Паша как оборванец, носил рваные джинсы и поношенную футболку своего отца, которая приходилась ему почти как платье.

Паша давно слышал о Блондине, кроме того, он учился в одной школе с вместе с ним, и, соответственно, Савой. Однако, долгое время он не решался подойти к Илье и попроситься к нему в банду, боясь, что высокомерный лидер банды пошлёт его подальше, сославшись на его юный возраст. В его банде были ребята не младше четырнадцати лет. Детей малых, Блондин в банду не брал.

– Пойдём домой? – спросил Сава, когда он вместе с Пашей доехал на автобусе до своей остановки.

– Нет, пойдём к Блондину, я знаю, где его логово, – сказал Паша.

– Ты серьёзно думаешь, что он возьмёт нас в банду? – вновь задал другу вопрос Сава, достав из кармана пачку сигарет.

– Конечно возьмёт, будем самыми молодыми гангстерами в его банде! Будем на людей нападать, грабить, убивать!

– Убивать? Ты серьёзно готов к этому?

Сава поджёг сигарету зажигалкой и сунул её себе в рот. Без разрешения, Паша достал сигарету из пачки Савы.

– Да я пошутил, дружище! – отвечал Паша, похлопав его по плечу. – убийство – это уже крайняя мера.

После этого, оба подростка закурили и пошли от остановки до деревни Рыкино. Вместо того, чтобы отправиться домой, мальчики пошли к заброшенному и недостроенному коттеджу, как и договаривались.

Из коттеджа громко звучала музыка – какой-то андеграундный рэп с провокационными текстами. На крыльце сидел Блондин, рядом с ним сидели две симпатичные девушки его возраста – блондинка и брюнетка, висели на его могучих плечах. Парень же в свою очередь приобнял красавиц и сидел гордо, как настоящий гангстер. Ему не хватало только двух пистолетов и пачки денег для большего пафоса. Парнишки, которые охраняли Блондина, были ребятами крепкими, как мне рассказывал Сава. На самом деле, он испугался такую охрану и уже собрался идти домой, но Паша подхватил его за запястье:

– Сава, ты куда это? – спросил Паша, – испугался что ли?

– Ну… – неловко отвечал Сава, пытаясь не выдать своего страха другу, – тебе не кажется, что эти ребята не возьмут нас в банду, а пошлют подальше?

– Да не пошлют они нас, не парься, что ты как баба боишься, а, Сава? Ну пошлют один раз, мы снова придём, что нам – я думаю, что они оценят, что мы не сдадимся, пока не получим своего.

– Ладно, пошли.

Паша и Сава выкинули уже выкуренные сигареты и подошли поближе к Блондину и его банде.

– Эй, вы кто такие? – резко спросил Блондин, – малые, а ну пошли отсюда, идите уроки делать, завтра в школу!

– Тебе тоже, я тебя знаю, видел, – смело отвечал ему Паша, – ты в нашей школе учишься, тебя в девятом классе на второй год оставили. Ты Илья Паршин, более известный как Блондин.

– Ну да, оставили, – Блондин оттолкнул от себя девушек и встал с крыльца, – и что? Я в школу-то потом не ходил, я и сейчас-то туда редко хожу, зачем она мне, я своё призвание в жизни нашёл.

– Мы своё призвание только ищем, – неожиданно для Паши, уверенно отвечал Сава, – и вот, среди вариантов – мы бы хотели вступить в твою банду, грабить, на людей нападать, знаешь, неплохая всё-таки профессия. Нас с Пашой привлекла.

– Паша? Ну ладно, буду его Парашей называть? А тебя…

– Эй, а с чего это я вдруг Параша? – перебил его Паша.

– Назвал Парашей, значит будешь Парашей, завались там, плесень, рот свой закрой и старших не перебивай, а то я своим друзьям скажу, они тебе наваляют.

– Этим двум амбалам? – спросил Паша, показав пальцем на двух крепких парней.

– Да, им. и рекомендую тебе их так не называть. Ну да ладно.