Печальный Ангел или девять жизней принца Кристиана - Алексей Фирсов

Дно медленно понижалось, там дальше уже виднелись темные заросли водорослей или морской капусты…

Появилисьрыбки. Золотистые, серые, голубоватые, стайками, поодиночке.

Скользили рядом, с любопытством разглядывая новый объект. Мелочь — в указательный палец и чуть больше — в ладонь.

Как только человек зашевелился, рыбки брызнули в разные стороны.

Облизнув соленые губы, Кристиан лег на спину и не спеша, поплыл к берегу, там, где маячил в своей мантии Лорас из–за шляпы напоминавший своим силуэтом поганку–переростка.

Он добрался до мелководья и встал на плотное песчаное дно. Вода доходила до груди и была теперь теплой и ласковой. Купание в море — особенное удовольствие, что не говори! Вода на самом деле смывает печали и тревоги. А может быть просто расслабляет нервы?

За спиной Лораса маячили двое слуг. Один с раскрытым зонтом, другой с простыней наготове.

Простыней высушили принца, одновременно закрыв его зонтом от солнца.

— Неплохо освежился! Вы что же, Лорас, никогда не купались в море?

— Очень давно, в детстве.

— Там, на Земле, когда вы пришли с бутылкой «абсолюта» мне показалось что мы ровесники. А как на самом деле? Сколько вам лет?

Лорас покосился на слуг.

— Я предпочел бы здесь мой возраст не обсуждать, мой принц.

«Такой простецкий сосед казался, а на самом деле чопорный сноб!»

Принц решил перейти на более удобную тему.

— В залах замка во множестве висит на стенах оружие. Фехтованию кто–то учит? Кто мог бы мне дать уроки?

— Принцу не потребуется фехтовать. — Безапеляционно заявил Лорас.

— Все королевства между собой живут в мире?

— Конечно же, нет, мой принц! Войны происходит и не редко. Я имел в виду, что в вашем распоряжении всегда будут рядом опытные телохранители и я собственной персоной, так что вам лично ничто не сможет угрожать.

«Хорошо, отложим это на потом!»

Как помнил Кристиан из давно прочитанных книг-в средневековье холодное оружие носили аристократы и наемники и владеть им учились, чуть ли не с пеленок. Отличительный признак тогдашних хозяев жизни–оружие на поясе–кинжал, меч, а потом рапира, шпага….Если рассчитывать на телохранителей и на мага, то можно долго не протянуть. Мало ли когда потребуется обнажить оружие.

Как говорили в армии: «В руках дикаря–автомат–дубина!» Вернувшись в замок, Кристиан до обеда читал исторические хроники. Книга была явно напечатана в типографии, с черно–белыми большими гравюрами и на толстой мелованной бумаге, что уже говорило о многом.

На Земле первым делом печатали Библию, а здесь что? Исторические хроники?

Лорас в ответ приказал слугам принести из библиотеки толстый том с золотым тиснением, назывался он «Книга Бытия» и в данном мире, как понял Кристиан была аналогом святого писания.

Монотеизм здесь еще не изобрели. На восходном материке все исповедовали веру в двуединого бога, а на закатном материке дикие племена поклонялись солнцу и многочисленным духам.

Планету свою аборигены именовали Миром, считая, что его создал Бог–единый и двойственный: Деухомо и Деудона.

Деухомо был мужчиной, а Деудона–женщиной. Они были прародителями первых людей и таким образом предками всех живущих.

Как следовало из Книги бытия, при рождении человека соответствующий по полу бог вдыхал в него душу–часть своей бессмертной сущности, которая после смерти тела возвращалась обратно к богам.

Книга бытия описывала потопы и иные бедствия, которыми боги пытались исправить людей, вроде порки устраивая человеческому роду. Религия Мира не знала Искупителя, а тем более и первородного греха.

«Если не было Христа–то, откуда же мое имя-Кристиан? Оно же на земле производное от Христа!»

Одинаково почитались как мужская, так и женская божественные сущности. Книга бытия восхваляла такие добродетели как почитание родителей и предков, скромность и аскетизм.

Поэтому и существовали монастыри, в которые в основном удалялись пожилые люди, чтобы повести остаток жизни в молитвах и посильном труде, сняв с детей бремя по уходу за собственной старостью.

Об этом, между прочим, рассказал Лорас.

— А кому принадлежит земля в королевстве?

— Земля и все сущее на ней принадлежит двуединому богу.

— А королю?

— Король–пастырь над народом, благословленный богом. Любой человек не вечен и все что его окружает–все вещественное находится только лишь во временном пользовании.

— Это все–философия. Скорее даже–ваше личное мнение. Люди работают на земле–растят скот и хлеб. Земля эта чья? Селяне сами собственники земли?

— Король над герцогами десяти марок как старший брат, но над их имуществом он не властен. Герцог в своей марке одаривает землей своих вассалов на время службы. Люди, живущие на этих землях обязаны, трудится и на своих наделах и на землях вассалов.

«Классический феодализм?»

— А вассалы обязаны герцогу служить военной силой?

— Все верно, мой принц.

— А король? У него тоже есть вассалы?

— Нет, мой принц. Герцоги преклоняют перед королем колени и обязуются служить ему перед двуединым богом, но они не вассалы. У короля, конечно, есть и собственные владения. На доходы от них живет двор. Десятая часть доходов идет на королевскую гвардию–четыре тысячи латников.

— Почему только десятая часть?

— Так определено Великой хартией, что подписал с герцогами сто лет назад король Годвин. Для исключения возможности деспотии и тиранства–король не имеет права содержать войско более чем позволит десятая часть от доходов с его имений.

— А герцоги не ограничены в этом качестве, как я понимаю?

— Все верно, мой принц. Они могут поднять каждый в случае военной угрозы по десять–пятнадцать тысяч копий.

— Каждый в отдельности сильнее короля? Зачем тогда король нужен?

— Власть монарха от бога и он должен быть, ибо без пастыря стадо разбежится и его сожрут волки.

Все герцоги королевства входят в Высший королевский совет, который помогает королю разрешать вопросы, что касаемых всего королевства Семиречья.

— А судьи?

— Король судья в своих владениях, а герцоги в своих марках. Иных судей в королевстве не имеется.

— Кто же судит герцогов?

Лорас удивленно задрал брови.

— Герцогов вправе судить только суд равных и такого еще не случалось в Семиречье.

Как понял Кристиан слабая королевская власть не смогла окрепнуть из–за самого географического положения страны: реки, болота, леса разделили обширную территорию на малосвязанные между собой марки–области. Достаточно местному герцогу контролировать мосты и броды — он суверенный господин и никто к нему не вторгнется и не навяжет свою волю.