Невеста Безумного Ястреба - Рей Полина

Из этого мира нужно было выбираться и как можно скорее. Страна, в которой я очутилась, называлась Алафлия и, как выяснилось, окружена была землями не самыми добрыми. Посему Мирогаст, занимавший такой высокий пост, никогда без дела не оставался. Как и легионы короля, что охраняли безопасность алафлийцев днём и ночью. Ну и самого монарха, конечно же.

Я не знала, что правда, что ложь в тех историях, что матушка читала мне, но это были весьма себе мрачненькие сказки. Где водились чудовища, а зло не всегда обходило страну стороной.

Конечно, это было бы весьма интересно и занимательно, если бы не одно «но». Мне пока очень нравилось жить. А учитывая, что я успела разузнать, слушая болтовню Кати, как раз опасностей впереди у алафлийцев могло быть с избытком. Мирные годы в любой момент могли подойти к концу, потому что с севера уже приходили нехорошие вести.

Но это ладно. С этим я могла разобраться весьма просто – вернувшись обратно… Хотя, как посмотреть. Пока что я ни на шаг не продвинулась в этом вопросе, но планировала заняться им вплотную как можно скорее.

А вот если мне домой попасть не удастся, я решила, что долго тоже не проживу, если не примусь делать из Кларелии девушку на полцентнера легче. Для начала. Помимо того, что лишний вес, на мой взгляд, её уж точно не красил, он ещё и сделал из неё совершенно нездоровую особу. Подумать только! Ей ведь было всего двадцать. Да я в этом возрасте скакала горной козой, а Кларе, по личным ощущениям, можно было дать все восемьдесят. То болело тут, то стреляло там… А ужасная одышка! Нет, это оставлять вот так вот я не собиралась.

В общем и целом, мне пришлось быстро прийти в себя и, несмотря на недомогание, сделать вид, что я здорова и полна сил и бодрости. Особенно учитывая тот факт, что впереди уже замаячила моя свадьба.

Ястреб, как и обещал, прислал те самые указания. Торжество планировалось провести во дворце – именно так его называли сёстры – самого Андора. И начать его с бала, который бы стартовал прямо с утра.

Меня это, конечно, немного удивило. У нас обычно такие мероприятия заканчивались именно танцами, но Ястребу было, наверное, виднее.

Когда близость свадьбы стала совершенно очевидной, в доме нашем началось настоящее безумие. Сёстры и матушка носились по этажам, за ними бегали то швеи, то слуги, то папенька. Гомон голосов не замолкал даже ночью… У меня беспрестанно болела голова, и я никак не могла выяснить причину этого. То ли тело Клары и впрямь не выдерживало напряжения, и маменькина забота о ней была весьма оправданной. То ли мигрени случались от жуткой суеты и шума.

Впрочем, на следующий день, когда должна была состояться моя свадьба, я поняла, что голова у меня будет болеть теперь денно и нощно. В переносном смысле. И повод для этого мне преподнесёт никто иной, как мой будущий муженёк.

В зал, который уже кишел людьми, мы входили в числе последних. Матушка заверяла меня, что немного опоздать на собственную свадьбу – хороший тон. Я посудила, что изыскивать способы добраться до «дворца» Андора самостоятельно – слишком трудозатратно. Потому пришлось согласиться, тем более, что всё же прибыли мы почти вовремя.

Я была одета в белоснежное платье, которое модистки сумели сшить, как в сказке – едва ли не за одну ночь. Оно представляло собой особый вид искусства, который про себя я именовала не иначе как «конфликт двух миров». Настаивавшая на жутких розочках безвкусного ярко-голубого цвета, мама в итоге смирилась с тем, что видеть этот ужас на себе я не хочу. Потому розочки всё же присутствовали, но не в таком количестве, как планировалось родительницей. Они искусно оторачивали подол и почти не портили общую картину. В остальном же, мама, трижды за минуту закатывая глаза во время обсуждения со швеями, была вынуждена пойти мне навстречу и принять тот факт, что выходить замуж я буду в том фасоне платья, который выберу сама.

Описывать причёску и своё одеяние не стану – они, в целом, не сильно исправили недостатки внешности Клары. Хотя, надо сказать, частично замаскировать их всё же удалось.

Но вот Андор… Боже, ну почему я становилась женой этого мужчины не в виде Ольги? Как же он был прекрасен! Мощное тело, закованное в броню красивого голубого мундира… Выправка, стать, широкий разворот плеч.

Когда он подошёл к нам, встречая возле дверей своего дворца – надо сказать, Мира и Аура ни разу не преувеличили, называя особняк Мирогаста именно так – я одурела от восторга.

– Доброе утро, – поклонился он всем нам и протянул мне руку, затянутую в белоснежную перчатку. – Гости ждут, что мы с вами откроем бал.

– А король? – всполошилась матушка.

Я мысленно закатила глаза. Её страсть к тому, чтобы встретиться с властьимущими, сейчас была совсем некстати.

– Он будет присутствовать при заключении союза. Не волнуйтесь, госпожа Оугуст, – со стальным спокойствием в голосе пообещал Мирогаст, и мы с ним двинулись в центр залы.

Перво-наперво, я успела перепугаться, что обделаюсь на месте, причём едва ли не в прямом смысле этого слова. А именно – меня ждёт конфуз, когда вдруг выяснится, что Кларелия танцевать не умеет от слова «совсем».

Но потом… Я оказалась в сильных руках своего будущего мужа и поняла – он не даст мне краснеть алым маком, потому что Андор сразу же повёл в танце. Мне только и оставалось, что переставлять ноги и доверять.

Доверять крепким ладоням – одна из них лежала на моей пояснице, вторая – сжимала пальцы. Доверять самому Мирогасту, ведь так не хотелось, чтобы он выбрал невинную девочку Клару жертвой каких-нибудь своих инсинуаций.

– Кажется, мы стали предметом повышенного интереса, – сообщила я Ястребу, когда заметила, что одна из дам, кружившихся рядом в танце со своими кавалерами, уделяет нам особенно пристальное внимание.

Андор весьма удивил меня, стоило ему безошибочно найти взглядом ту, о ком я сказала лишь вскользь.

Ага, интересненько. Может быть, это и есть одна из тех самых хрупких любовниц моего будущего мужа, о которых упоминала Катя?

Я нахмурилась и посмотрела на девицу. Ну как, девицу? Вполне себе даму взрослую. Она была похожа на балерину – невысокая, с идеальной осанкой. Тонкие запястья, изящные лодыжки, которые можно было рассмотреть лишь чудом, когда эта дамочка выписывала па. Да так, словно не танцевала, а порхала по паркету.

Красоткой при этом она не была. Больше походила на бледную моль, чем на ту, кто мог обжечь яркостью образа. В общем и целом, моя полная противоположность.

Андор, надо сказать, мне не ответил. Его челюсти с силой сжались, на скулах заиграли желваки. Кажется, ему совсем не нравилось то, что блондинка танцует с другим. И вдруг меня опалило тем чувством, которое стало сюрпризом – ревностью. Да ещё такой, какой не испытывала по отношению ни к одному своему мужчине раньше. Какого вообще чёрта Ястреб проявлял своё недовольство танцем чужой женщины? А может, всё объяснялось довольно просто? Может, эта моль до сих пор согревала его постель ночами, а то и днями?

Я не успела прикусить язык до того, как изо рта моего вырвалось:

– Ревнуете?

Мирогаст перевёл на меня взгляд, в котором сквозила оторопь.

– Простите, что, Клара?

В голосе послышались явственные нотки недовольства, но меня ими было не напугать. Если сейчас скажу что-то не то о моли, а Андор вдруг объявит, что свадьбы не будет – плевать.

– Вы ревнуете эту даму к её мужчине? – вскинула я брови.

Ястреб закрылся. Мгновенно. Хотя, и до сего момента распахнутым в чувствах рубахой-парнем, конечно же, не был. Но я физически ощутила, какая ледяная стена отчуждения встала меж нами. Если до этого момента Андор хоть как-то выказывал свой интерес ко мне, бог весть на чём основанный, то теперь передо мной был незнакомец.

– Эта дама, как вы помните, прима театра «Беренгария». Она замужем, это вам тоже должно быть известно, если ваши интересы простираются дальше скромного окружения семьи Оугуст. При этом, хочу лишний раз уведомить – женюсь сегодня я вовсе не на Тинеоле, а на вас. Следовательно…