Любимая ведьма инквизитора - Марей Соня

– Тогда давай поспешим, – подхватила подол платья и зашагала к топтавшемуся поодаль Сапфиру. Ему было не по душе происходящее.

Погладив коня по боку, я шепнула несколько ласковых слов и попросила успокоиться. В ответ он послал мне образы того, как вместе с хозяином бился против диких ведьм и призванными из Хаоса чудовищами.

– Да, верю, ты смелый парень, – я улыбнулась, а подошедший инквизитор сказал:

– Верно.

– Я не о тебе говорила, – буркнула себе под нос, и мы продолжили путь.

К тому времени, как на дороге выросла деревушка, я почти перестала ощущать собственное тело. А инквизитор за спиной нервировал. Нет, все-таки верховая езда, да еще и с попутчиками – явно не мое.

Обычно близ сел и деревень кипела жизнь: сновали по дороге и обратно повозки, крестьяне шли трудиться в поле, пастухи гнали скотину на луга. Людской гомон и самые разнообразные звуки слышались издали. Но здесь концентрация Хаоса была еще плотнее, он темным коконом висел над поселением, создавая иллюзию полной заброшенности.

Этот Хаос был мне чужим, не таким, к какому я привыкла. В нем было столько жуткой ненависти и силы разрушения, что даже голова заболела. Интересно, как буду снимать это проклятие? Выдержу ли напор такой огромной силы? Я достигла лишь третьей ступени из пяти, мой магический потенциал только раскрывается, источник укрепляется. Такая сила может или сломать меня, или лишить рассудка, заставив подчиниться себе, а тело сделать сосудом для зла.

И тогда инквизитор точно меня убьет.

– Лишь бы успеть, – процедил Эйван сквозь зубы и спешился. – Надеюсь, там остался хоть кто-то живой.

От дурного предчувствия, сковавшего горло, я не смогла произнести ни слова, лишь кивнула в ответ на его слова. Я пока еще не представляла, с чем нам придется столкнуться.

– Держись за моей спиной и не отставай, – произнес инквизитор Эйван.

– Поняла.

И, переглянувшись, мы вошли в деревню.

Глава 3. Охота на ведьму

Эйван

Деревню наполнял особый запах: мокрых гнилых тряпок и плесени. Ароматы проклятий из Хаоса были мне хорошо знакомы. Я бросил короткий взгляд на ведьму – бледная, потерянная. Идет, поводя плечами, и боязливо озирается по сторонам. Что, неужели подобные картины не знакомы?

Поселение представляло из себя плачевное зрелище. Под ногами валялись тушки мертвых птиц и домашних животных. Скрипела распахнутая настежь дверь крестьянской хижины. Замерев у крыльца, на нас поглядывал с опаской тощий пес.

– Где все? – подала голос Йованна.

– Не сомневайся, скоро мы их увидим.

Так и случилось. Первая жертва проклятия лежала на дороге лицом вниз. Мужчина вытянул вперед руку, будто из последних сил пытался кого-то догнать или что-то ухватить. Из штанов выглядывали босые ноги, кожа была бледно-серой, покрытой кровавыми волдырями.

Ведьма испуганно выдохнула и прижала ладони к груди.

Чем глубже мы заходили, тем больше встречалось тел. Одни лежали на порогах домов, другие распластались на земле. У колодца, согнув ноги в коленях и низко опустив голову, сидел мертвый крестьянин. Могло показаться, что он просто уснул, если бы не дымка Хаоса и аромат разложения.

– Их даже некому похоронить.

– Теперь ты понимаешь, почему ведьм ненавидят и боятся? – я обернулся, чтобы увидеть ее лицо.

– Не все из нас такие! – горячо воскликнула она, всхлипнула и закусила губу. Зеленые глаза заблестели от подкативших слез, будто изумруды. – В нашем клане ценят и уважают любую жизнь.

Я покачал головой.

– Давай заглянем в дом, – предложила вдруг Йованна и поднялась на порог ближайшей хижины.

– Отойди, – оттеснив ее плечом, я вошел первым. В нос сразу ударила вонь от больных тел и до боли знакомый запах Хаоса. Здесь он был еще гуще.

Внутри царил погром: на столе миски с высохшей кашей, на полу в беспорядке валяются вещи и битая посуда.

– Здесь кто-то живой, – ведьма метнулась в комнатку и опустилась перед бледной женщиной с растрепанными волосами. Положила ее голову себе на колени и коснулась пальцами щеки.

Женщина разомкнула веки. Сначала во взоре мелькнул испуг, но он быстро сменился надеждой.

– Помогите… пожалуйста. Воды… – просипела она.

– Сейчас пить нельзя, вода в округе заражена, – торопливо проговорила Йованна, а я отстегнул флягу и протянул крестьянке.

Та с жадностью припала к горлышку, а потом долго не могла отдышаться.

– Вы… инквизитор? – спросила так же тихо и слабо.

Я кивнул.

– Здесь еще остались живые?

– Не знаю… утром соседи были еще… на ногах…

Я подхватил женщину на руки и опустил на лежанку. Исхудавшая, она была легкой, как пушинка. Внезапно на запястье со странной для изможденного тела силой сомкнулись тонкие пальцы.

– Спасите нас… убейте ведьму, – проговорила она с диким отчаянием, и глаза наполнились слезами.

– За этим мы и здесь.

Я положил руку на плечо застывшей, как изваяние, Йованны.

– Пошли.

Увидев, что мы уходим, женщина запричитала:

– Не оставляйте меня… я не хочу оставаться одна!

– Мы вернемся, – пообещала ведьма, а я подумал, что слишком она жалостливая для своего племени.

Мы торопливо обходили деревню, стучась во все двери, оглядывая дворы и сараи. Йованна старалась не смотреть на мертвые тела, отворачивалась и пролетала мимо, как будто те могли восстать и наброситься на нее. Кое-где встречались живые изможденные заразой люди, они косились с недоверием на рыжие волосы ведьмы, но та клятвенно заверяла, что мы пришли избавить их от мук.

Когда мы оказались одни, ведьма заговорила, нервничая и комкая платье:

– Снять чужое проклятие – дело не из легких. Следует впитать в себя весь посланный Хаос, а ведь он, испробовав жизненную силу простых людей, будет сопротивляться до последнего. Это как голодающего оторвать от куска хлеба или дикого зверя от его добычи.

– Я знаю. Больше нельзя тратить время попусту, надо разделиться. Я иду за ведьмой, а ты занимаешься жителями.

Сжав губы, Йованна кивнула. Она выглядела серьезной до крайности. И без того светлая кожа стала еще бледней, а глаза, напротив, потемнели.

– Хорошо, тогда возьми с собой поисковик, – она протянула амулет, и я закрепил его на поясе.

– Как он работает?

– Сейчас покажу.

Она потянулась кончиками пальцев и коснулась прутьев. Вздохнув, стала медленно отводить руку. За пальцами потянулись тонкие зеленоватые нити магии – встряхнув запястьем, ведьма бросила их на землю. В этот миг нити ожили, стали складываться в причудливые узоры и плести подобие искрящейся тропы. Она убегала в сторону леса.

– Тебе надо туда! – ведьма указала пальцем направление и, когда я отвернулся, готовый броситься на поиски, Йованна вдруг окликнула: – Инквизитор!

Наши взгляды встретились. Глаза маленькой ведьмы сияли решимостью.

– Я докажу тебе, что я не зло.

– Ну попытайся, – я усмехнулся и оседлал Сапфира. – Надеюсь, у тебя все получится.

Уголки губ дрогнули, словно она хотела улыбнуться, но потом передумала. Взгляд посерьезнел, сама она стала хмурой, как ночь.

– Давай, Сапфир! Пошел!

Мы помчались в лес прямо по мерцающей тропке. Надеюсь, приведет точно к цели, не придется тратить лишнее время на поиски. Ведьмы любят прятаться и путать следы.

Вдруг промелькнула мелькнула мысль: а не решит ли Йованна сбежать? Все равно далеко не уйдет. Еще вчера, пока она спала, я накинул на нее магическую петлю – особую нить, которая не даст мне ее потерять. Даже если она убежит, я быстро отыщу след. Быть может, эта мера и лишняя, потому что ведьма выглядела так, словно от того, спасет ли она деревенских, зависит ее жизнь.

Если Йованна не справится с задачей, я должен буду помочь солдатам спалить эту деревушку вместе со всеми жителями и проследить, чтобы никто из проклятых не ушел. Сам не знаю, почему не сказал об этой маленькой детали. Но она должна понимать, что проклятье так просто не остановить, оно будет расползаться по округе вместе с зараженными.