Любимая ведьма инквизитора - Марей Соня

– Ты от Фловина? – он стянул рубаху и небрежно швырнул на кровать. – Не в моем вкусе, но ладно. Раздевайся и иди сюда.

Что?!

Нет-нет, на такое я не соглашалась! Да если бы и согласилась, то священное пламя сожгло бы меня дотла от одного прикосновения.

– А как же… молоко? Пока не остыло, – пролепетала я жалко.

С каждым словом я топила сама себя все глубже и глубже. Все ведьмы мира умерли бы от стыда за меня.

Инквизитор обернулся и вздернул бровь.

– Почему ты так настойчиво пытаешься напоить меня?

– Хозяин велел позаботиться о госте…

– Так позаботься, – он усмехнулся с явным намеком, а у меня душа в пятки ушла. – Хотя нет, для начала принеси свежее постельное белье, – инквизитор брезгливо поморщился, оглядев простынь.

– Хорошо, я мигом!

Дверь! Родненькая, до тебя лишь пара шагов!

Спиной я ощутила опасность, не успела ничего предпринять – жесткие пальцы стальным браслетом сомкнулись вокруг запястья.

Кожу словно оплел металлический раскаленный прут, жар пронзил руку до плеча, и я закричала от невыносимой боли. Иллюзия заколебалась, чужой облик задрожал и пошел рябью. А потом вернулось настоящее обличье: рыжие локоны рассыпались по плечам, взметнулся зеленый подол.

Меня швырнули на кровать, как котенка. Руки туго стянули ремнем за спиной. Корчась от боли в обожженном запястье, я позорно лежала, уткнувшись лицом в матрас.

– Ведьма! – процедил инквизитор, нависая надо мной. – Отродье Хаоса!

Отпираться? Бессмысленно.

– Сама будешь говорить или помочь?

Мысли лихорадочно забегали. Первое правило инквизитора: встретил ведьму – убей. Но этот не спалил меня сразу, хоть и ухватил знатно. Возможно, есть призрачный шанс на спасение. Эта мысль немного успокоила, и сердце забилось ровней. Я медленно вдохнула, выдохнула и произнесла:

– А что говорить?

– Что ты делала в моей спальне?

Я осмелилась пошевелиться и повернуть голову.

– Я не могу вот так… Пожалуйста, развяжите меня. И тогда поговорим, как приличные люди.

Он дернул меня за предплечье, усадив, а сам встал напротив, широко расставив ноги и скрестив руки на обнаженной груди.

– Так достаточно прилично?

– Вполне, – я дернула головой, откидывая с лица огненно-рыжие пряди.

– Итак, что ты здесь делала? Собиралась меня убить?

– Нет! – воскликнула, напустив на себя самый честный вид. Я ведь действительно этого не хотела.

– Допустим, я тебе поверил, – он хмыкнул. – Тогда зачем пришла? Искала что-то?

Я молчала. Причин посетить инквизитора у ведьм было мало. Если не убить, то пленить или что-то украсть. Но точно не погреться в пламенных объятьях.

Как назло перед глазами маячил вид обнаженного торса, и я отвела глаза. Попалась, как мышка в клетку.

– Я не собираюсь играть с тобой в молчанку. Предупреждаю сразу, я знаю много способов разговорить ведьму.

Кто бы сомневался!

– Сама хотела поговорить как приличные люди. Начинай. Я жду.

– Что говорить?

– Не прикидывайся! – рявкнул он, потеряв терпение. – Рассказывай, зачем ты пришла сюда. И не трать мое время попусту.

Голос инквизитора изменился, стал холодней и строже. А я уж подумала, что у него сегодня хорошее настроение, раз не стал сжигать меня сразу.

Я откашлялась. В горле было сухо и хотелось пить. Как любила говорить Верховная: «Если не знаешь, что солгать, скажи правду».

– Это было моим испытанием. Я должна была украсть вашу инквизиторскую бляшку, тем самым доказав свою ловкость, силу и ум. И право занимать свое место в клане. Вредить вам я не собиралась. Честное слово.

Ну вот, видите, господин инквизитор? Я – сама невинность.

Он долго смотрел на меня и, казалось, что сейчас рот мужчины исказит презрительная усмешка. Доказала так доказала! И ловкость, ага. И ум.

– И не жаль вашей главной ведьме отправлять на такие глупые задания молодых неопытных девчонок?

– Третья ступень не первая. Пришло и мое время пройти испытание.

Кому-то из моих сестер поручали найти редкий и опасный ингредиент для зелья, кому-то уничтожить монстра, кому-то исцелить тяжелобольного человека. А мне вот «повезло».

«Йованна, каждая ведьма всю жизнь подвергается риску. И мы должны уметь оставаться живыми и невредимыми даже после встречи с инквизиторами. Наши враги не всесильны, у них тоже есть свои слабости».

В старых книгах писали, что когда-то не было разделения на инквизиторов и ведьм. Магия поровну принадлежала всем нам, как и право ее творить.

Но кто-то терял голову от своей силы, начинал считать себя вершителем судеб и использовать ее во зло и ради собственной выгоды.

Темная магия брала свое начало именно в Хаосе, частое обращение к нему развращало душу и уродовало внешний облик. И когда много столетий назад люди взбунтовались против произвола магов, первыми под удар попали именно женщины. Была создана Инквизиция, непокорных убивали, девочек запрещали обучать магии вообще. Но то, что заложено природой, не вытравить никакими запретами. Начались кровавые стычки, бунты, а потом и войны, которые раз за разом вспыхивали на протяжении столетий.

Сглотнув вставший поперек горла ком, я спросила:

– Что вы сделаете со мной? Отведете в Оплот?

Оплотом Инквизиции называли крепость в столице. Говорят, оттуда никто из нас не возвращался живой, дорога была одна – на костер для показательной казни.

Он томительно долго молчал, потом бросил:

– У меня есть идея получше. Ты покажешь мне, где находится ваш клан.

– Нет!

Инквизитор присел на корточки так, что наши лица оказались вровень. На груди у него покачивалась серебряная инквизиторская бляха с двумя скрещенными мечами и россыпью мелких рубинов. Сощурившись, он поглядел мне в глаза, и от этого взгляда вздыбились все волоски на теле.

– За это я сохраню тебе жизнь.

– Ты предлагаешь стать предательницей? Знаешь первое правило ведьмы?

– Ведьмы никогда и ни при каких обстоятельствах не предают своих сестер, – закончил он за меня.

– Если тебе все известно, зачем предлагаешь пойти на это?

– Я думал, ты хочешь жить, – он подцепил прядь моих волос и поглядел на них, как на что-то интересное. – Кто не хочет прожить подольше и умереть в окружении правнуков? Если ты это сделаешь, то я помогу тебе получить клеймо и поступить на королевскую службу.

Грудь сдавило от отчаянья. Я опустила голову.

– Нет. Никогда.

Знала, что произнеся эти слова, подпишу себе смертный приговор. Не об этом я мечтала. Ох, не об этом. Но предать своих сестер, с которыми росла и которых любила – просто за гранью. Это невозможно. Даже за все золото мира, за долгую безбедную жизнь я не пойду на этот гнусный шаг.

С бешено колотящимся сердцем я ждала, что скажет и сделает инквизитор. Наверное, пора готовиться к тому, что скоро Хаос примет мою душу. С детства нас учили не бояться смерти и расценивать ее, как нечто естественное и неизбежное. Но все равно страшно!

– Что ж, – мой враг нахмурился, – кажется, ты не до конца понимаешь, чем тебе это грозит.

– Понимаю. Ты меня убьешь.

Раз все уже решено, можно и на ты перейти. К чему вежливость? Стиснув зубы, я отважно глянула своей судьбе в лицо. Говорят, ведьмы сгорают быстро. Если бы он подержал меня за руку подольше, я бы вспыхнула белым пламенем и осыпалась пеплом к его ногам.

Надеюсь, это не больно.

– Мы еще вернемся к этой теме, – произнес он и нахмурился, о чем-то размышляя. Инквизитор больше не смотрел на меня, его взгляд был устремлен куда-то вглубь собственного я, губы упрямо сжались.

Спустя длинные-длинные мгновения густой вязкой тишины он кивнул, будто на что-то решившись, и заговорил:

– В окрестностях появилась дикая ведьма. Одиночка, не принадлежащая ни одному клану. Сначала она насылала болезни на скот, потом перешла на людей. Одна деревня близ леса уже вымерла, проклятье перекинулось на вторую. Королевские люди получили приказ окружить ее и сжечь вместе со всеми жителями, а ведьму – уничтожить. Завтра выдвигается отряд.