Измена (СИ) - Авонадив Анель

Включаю телефон, и сразу же получаю "хуеву" тучу сообщений от "любимой" супруги, которая «наяривала» всю ночь. Засыпаю зерна в кофе машину, параллельно листая ленту полученных менеджеров, в надежде увидеть слово «развод», но поняв, что среди пяти десятка сообщений нет и намека на данный факт, удаляю всю переписку разом, даже не утруждая себя ответом.

Быстро одеваюсь, защелкивая часы на запястье, застегивая пиджак на ходу на среднюю пуговицу, покидаю свое холостяцкое логово.

Появившись впервые за эту неделю в нашей супружеской просторной квартире, сразу сбрасываю вещи для стирки в корзину для белья, уже заранее знаю, что будет очередной вынос мозга.

Вижу Ира сидит в чем мать родила на кухне, на столе открытая бутылка шампанского. Похоже, моя супруга, ко всему прочему, не совсем трезвая: глаза заплаканные, злая, словно фурия, мечет в меня острыми стрелами ненависти.

Прохожу на кухню, намеренно не начинаю диалог, чтобы не накалять, в душе надеясь, что удастся избежать скандала.

Открываю окно, впуская в кухонное пространство холодный утренний воздух. Поворачиваюсь, рассматривая более пристально свою жену с ног до головы, убеждаюсь, не хочу ее, абсолютно: у нее отличное тело, в груди силикон с размером "двойка", в губах какая — то салонная хуйня, кожа упругая. Совершенно определенно, что она может возбудить любого мужика, но не меня.

— Андрей с кем ты был этой ночью? — Ира сразу идет в атаку

Смотрю на нее в упор не понимая, она серьезно хочет услышать правду? За столько лет что мы вместе, я успел выучить все ее поведенческие реакции и точно могу спрогнозировать развитие нашего разговора: вначале будет истерика о "сучках", которые связываются с несвободными мужчинами, далее долгая лекция какой я мудак, но результат всегда один — я полное говно, а она молодец.

— Ир, а ты еще не успела придумать варианты? — «отзеркаливаю» истерику жесткой иронией. Честно, одно желание, взять то за чем я пришел, и просто уйти

— Ты издеваешься? «Я» твоя жена, «Я» заслуживаю уважения и «Я» требую объяснений!

— Как много «Я», не находишь?

— Андрей, прекрати!

Ира начинает выдавливать слезы, которые так и не появляются на ее искусственно сделанных ресницах, а я делаю вид, что верю в ее спектакль, только на аплодисменты уже не расшаркиваюсь.

Иду в комнату и под истерику жены, достаю рубашки, костюм, молча переодеваясь.

— Ты обращаешься со мной будто я вещь и красивый аксессуар крутого бизнесмена, — Ира подходит ближе сокращая расстояние между нами, а я отступаю назад, давая ей понять, что не хочу ее близости, вид пьяной женщины вызывает у меня отвращение, и ее выходки меня давно не трогают, напоминаю жене:

— Тогда будем откровенными, — я противно улыбаюсь, — я для тебя тоже своего рода аксессуар, который даже имеет точное название — «золотой пластик», без которого никак не получится хвастаться красивой жизнью подружкам в «сториз», только смотри как бы тебе не лишиться всего этого в одночасье! — такие слова всегда действуют на Иру отрезвляюще, потому что когда я намекаю на то, что поток финансирования я могу прекратить, урезав лимит, она отворачивается, уходит на кухню и начинает звенеть бутылками, убирая следы употребления алкоголя.

Когда Ира снова начинает разговор, то ее голос уже более спокойный, хотя я, в глубине души, каждый раз надеюсь, что жена скажет, чтобы я "шел лесом" со своими деньгами. В таком варианте, я хотя бы буду верить, что между нами еще остается что-то светлое:

— Андрей зачем тебе рубашки, ты что, снова не планируешь ночевать?

— Я сегодня лечу на конференцию в Питер, — отвечаю кратко, направляясь к выходу, все что нужно я взял, переоделся, в гостинице по месту приму душ, к "хуям", в этом доме мне оставаться не хочется.

Не реагирую ни на истерику ни на слезу жены, выхожу из подъезда, сажусь в машину, почти сразу же трогаюсь с места.

Еду в аэропорт, в офис в паршивом настроении тащиться не хочется.

Да, я не святой и могу объективно оценивать себя со стороны. Но святые не добиваются финансовых успехов, и не дают женам, вроде Иры, жизнь, которую они выставляют напоказ своим куда менее успешным подругам. К сожалению, в наших с женой отношениях давно отсутствуют сантименты.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

В очередной раз думаю, что мою семейную жизнь можно охарактеризовать одним матерным словосочетанием «глобальный пиздец».

***

В Питере как всегда дождь, но не торопливость жизни местных аборигенов мне даже нравится. После Московской суеты хочется сеть на берегу Финского залива и любоваться его акваторией, с небольшими скалистыми архипелагами, расположенными близ берега.

Покидая комфортную зону прибытия, выхожу на улицу, запахиваю пиджак, морщась от встречного ветра, не выбирая, сажусь в первое подъехавшее такси.

Я не слишком горел желанием ехать на этот форум. На работе полно дел, но меня выбрали одним из спикеров, которому доверена честь поделиться своим опытом в "IT технологиях", решил пусть будет и такой опыт, для "галочки".

По хер, что вначале у меня вообще ничего не получалось и меня в моменты отчаяния посещали мысли пойти работать к дяде на зарплату, об этом я говорить, разумеется, не буду. Сегодня по программе мероприятия я буду выступать как специалист в своей области рассуждать о том, что все держится на трех китах: это передовая команда специалистов, грамотно составленный бизнес план и смелость в создании новых "трендов".

Закончив выступление иду в фойе, понимаю, что численность участников огромная: некоторых я знаю по интервью из журналов, нс некоторыми знаком лично.

Хочу найти Акулова и перекинуться с ним с глазу на глаз парой идей, ищу глазами партнера.

Мимо проходит официант с виски. Я забираю стакан, продолжая рассматривать гостей мероприятия.

Найдя Акулова, направляюсь уверенной походкой в его сторону. Вижу он находится в компании женщины: она стоит спиной ко мне, но я успеваю оценить стройный силуэт в длинном кремовом платье, замечая, что ничего так, со спины его спутница.

Незнакомка заливисто смеется, а потом поворачивается в профиль и я не могу поверить, "динамо" тут, среди приглашенных? Что она здесь делает?

Хотя, если она работает в юридической конторе Егора Утенкова, то вполне вероятно, что они также могли быть заявлены в числе участников. Крупная юридическая компания.

Так странно, я не думал про Дину, не вспоминал ее глаза и волосы, во мне вообще не было никакой романтической чуши. В момент, когда вижу ее в мыслях только одно — почему эта женщина в очках с черной оправой продолжает торчать у меня в голове, вопреки?

Не нашел ничего более вразумительного, чтобы объяснить себе самому, делая вывод, что это просто спортивный азарт. Она меня отшила в свое время и во мне говорит обыкновенное любопытство.

Пока иду к партнеру, в компании которого находится Дина, рассматриваю детали, подмечая, что на ней не много косметики, губы не накачены, на мой вкус, не хватает работы косметолога, но в целом выглядит просто, улыбка открытая и искренняя, без жеманства и кокетства.

Ледышка в своей репертуаре, не подступиться.

Замечаю ямочки на щеках, они появляются, когда она улыбается чуть смущаясь.

Интересно, что там Акулов ей нашептывает, что даже румянец выступает на ее лице?

Едва я подхожу, Дина не шарахается, мы синхронно поворачиваем головы, смотрим друг на друга, обмениваемся улыбками, нет никакой вспышки, которая всегда случается на подсознательном уровне, хотя должна быть, мы, все-таки, когда-то встречались.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Получилось, как в кино, пауза, а потом обычное:

— Привет, Андрей, — Дина первая здоровается, никакой искры между нами нет.

— И все же, — Акулов кивком приветствует меня, продолжая разговор с «динамо», — давай поработаем над этим проектом, это новое направление, я же не говорю, что тебе нужно от Утенкова уходить, разовая работа, у нас не так много специалистов в этой области, — потом легкая усмешка и следом Макс чуть более приглушенно произносит: