Измена (СИ) - Авонадив Анель

Опомнилась только когда почувствовала руки Андрея, скользившие по спине. Я помогаю ему, избавляясь от своей одежды, снимаю длинное платье, отбрасываю белье в сторону.

Я забываю как дышать, не могу говорить. Мое тело, натянуто словно струна, спина касается холодной простыни и Андрей сверху накрывает меня собой. Его губы охватывают сосок, он чуть втягивает его в себя, а у меня по всему телу мурашки, его влажный язык скользит по коже и я погружаюсь в нирвану. Андрей может настраивать меня как скрипку: дорожка его поцелуев спускается до живота, заставляя мое тело вздрагивать от каждого прикосновения его губ.

— Дина посмотри на меня, — я с трудом заставляю поднять на него глаза, Андрей натягивает контрацептивы, упаковывая себя, смотрит не разрывая зрительного контакта, говорит:

— Я хочу видеть, как ты будешь кончать, — мои пальцы вцепились в широкие плечи, когда он погрузился в меня полностью. Медленно. С каждым сантиметром повышая внутри меня напряжение до опасных значений. Еще немного и замкнет. Этот секс точно похож на медленный танец на краю пропасти, одно неловкое движение и смерть, и я отчаянно хочу броситься в пропасть вместе с ним.

— А ты не такая уж и ледышка, — я слышу слова Андрея фоном, потому что он все еще удерживает меня на волне удовольствия, я слабо соображаю, и он тоже, потому что говорит:

— Не могу сдерживаться, Дина, прости, — затем он приподнимаясь на руках, перенося на них тяжесть своего тела, просит:

— Закинь мне ноги на бедра, — я послушно обхватываю его талию и с каждым толчком понимаю, что "подмахиваю" ему, словно хочу, чтобы он вошел в меня целиком весь.

Мое тело горит в местах его прикосновений, а мозг отказал мне в оценочных суждениях относительно данной ситуации. Я не могу ни о чем думать кроме собственного наслаждения, и когда, наконец, погружаюсь в плен удовольствия, ощущая внутри себя толчки Андрея, думаю что все-таки умерла, до того мне хорошо в конкретный момент времени. Андрей почти что сразу же после меня дошел до финиша. Я еще чувствую пульсацию внутри себя, в то время как он смотрит на мое лицо, вероятно думая, что я отключаюсь, целует макушку моей головы, резюмируя:

— Еще ни одна женщина не теряла сознание в постели со мной, Дина, — ничего не отвечаю, мне не хочется возвращаться из рая.

Я не хочу думать о том, что будет завтра, не могу и не хочу.

Глава 5

Дина

Просыпаюсь ночью от того что жутко хочу пить. Не сразу понимаю, что со мной рядом лежит мужчина, но стоит мне пошевелиться, как память быстро воспроизводит картинки прошлого вечера.

Я отдалась по доброй воле человеку, который для меня уже много лет перестал существовать!

Зачем, спрашивается?

И второй вопрос, почему я до сих пор в его номере, я обезумела!?

Аккуратно скидываю ноги с кровати, не слышно ступаю по полу, стараясь не разбудить Андрея, нахожу платье, натягиваю его, поправляю нижнюю часть, проклиная себя, что выбрала для конференции такую длину и теперь она мне только мешает.

Разглаживаю ткань, поправляю волосы, нахожу сумку и быстро выхожу из номера, аккуратно прикрывая дверь. Обувь несу в руках, не хочу тратить время на сборы, по ворсу ковра в коридоре, ступаю босиком.

На мое счастье, ночью в коридорах гостиницы я никого не встречаю. Быстро преодолевая пространство до лифта, нажимаю третий этаж, прислоняюсь к холодной панели, закрываю глаза, мысли со скоростью света несутся в моей голове.

Выдыхаю я только оказавшись в своем номере.

Беру сумку, достаю телефон, в попытках включить его понимаю, что аппарат испорчен и придется по возвращению в Москву покупать новый.

Съездила на конференцию. Молодец! Мало того, что изменила Егору, так еще и осталась без связи! Злюсь на себя, потому что в том, что произошло винить больше некого.

Сползаю вдоль стены гостиничного номера, какое — то время просто сижу. На часах четыре утра. Вылет у меня в семь, а значит нужно поторопиться. Уже стоя в душе и натирая свою кожу мочалкой, желая смыть с себя следы от прикосновений Андрея, мысли постоянно возвращаются к Егору.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Меня накатывает чувство вины, я ведь ему изменила, предала наши отношения. Господи, Егор не заслуживает предательства. Этот мужчина помог мне в трудный момент моей жизни, подставил свое плечо, дал работу, сделал предложение!

Даже в своих мыслях я понимаю, что все что я сделала, проведя ночь с Андреем это не просто ошибка, это абсурд! У нас с ним нет будущего.

С каждой секундой чувствую себя все хуже.

И в моей голове нет ни единого объяснения почему я вдруг отдалась Андрею, человеку, о котором не вспоминала и не страдала по нему все эти годы.

И главное, без сопротивления!

Про него все понятно: он женат и, скорее всего, одноразовые связи на стороне для него норма, а для меня? Для меня это не норма!

Меня должен был остановить тот факт, что он женат, но вместо анализа ситуации, я, как последняя шлюха, стонала под ним.

Становится гадко на душе и противно от самой себя. Я не знаю почему я это сделала, я не понимаю в какой момент, вспоминая наше общее университетское прошлое, по которому я иногда ностальгирую, находясь наедине с собой, я потеряла голову, забыла обо всем. В какой момент я вообще решила броситься в омут его глаз? Может когда мы оказались одни в замкнутом пространстве лифта? Еще в такси я была уверена, что меня этот мужчина не интересует.

И не пойму почему отец моего ребенка так на меня действует спустя столько лет!?

У меня нет к нему привязанности, может это какая-то ностальгическая одержимость разве что: увидела его страсть в глазах и пропала.

И с горечью замечаю, в очередной раз попала в один и тот же капкан. У меня одни вопросы и ни единого вразумительного ответа.

В полнейшем опустошении выхожу из душа, собираюсь активно.

Все уже произошло, посыпать голову пеплом можно бесконечно, но самолет меня ждать не будет, вылет через несколько часов. А мне еще нужно вызывать такси. А поскольку связи у меня нет, то придется просить это сделать на ресепшен отеля.

Быстро привожу себя в порядок, мне необходимо как можно скорее уехать, не хочу чтобы Андрей выяснил в каком я номере и приперся.

Я не знаю, что люди обычно говорят в таких ситуациях, и говорят ли вообще, ведь я участвую в этом позоре впервые.

Лучше, чтобы мыс Андреем, как и пятнадцать лет назад забыли друг о друге, просто без объяснений, потому что у каждого из нас своя жизнь, мы не маленькие дети, немного расслабились, поддались искушению, и все.

Выхожу из номера, оглядываюсь, будто воровка, хотя я ничего не украла. Молюсь, чтобы не пересечься нигде с мужчиной с которым я провела ночь, параллельно предполагая, что Егор скорее всего, с ума сходит, ведь я не выходила сутки на связь, хотя мы договаривались созвониться вечером.

Сын точно не волнуется, мы созванивались днем, когда я была еще на конференции. И потом я спокойна, моя соседка Аделина Серафимовна за ним присматривает, докладывая обстановку.

Мой сын не заметно повзрослел, стал приводить домой девчонок, пока я на работе и именно от нашей соседки я узнала об этом факте.

Теперь после общения с его отцом, я понимаю, что родила ребенка который является уменьшенной копией своего папаши: та же мимика, те же глаза, даже привычка всем давать клички тоже как у папаши, кровь не вода, я просто забыла какой Андрей в общении, мы со времен университета ни разу не виделись. А там в кафе вспомнила: человек не поменялся, стал только чуть старше, но внешним признакам такой же привлекательный.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

И только сидя в самолете я выдохнула: все в порядке, я скоро буду дома, напоминая себе, что первое что я сделаю, это куплю телефон, восстановлю связь.

Андрей

Утром меня будит звонок телефона. Поднимаясь на локтях, чтобы отключить звук, уверенный, что это моя жена, но увидев на экране номер Макса, беру трубку, сонным голосом заявляю: