Зачет по любви - Анастасия Градцева

действительно ли она так глубока и опасна, как кажется. Я ведь та еще адреналинщица.

– Давайте закончим этот разговор. Пожалуйста! – почти жалобно попросила я. Адреналин адреналином, но мой чудом сохранившийся здравый смысл сейчас бегал туда-сюда, заламывал коротенькие ручки и вопил: «Алярма! Алярма! Лика, у нас жопа по курсу! Полная жопа! Срочно тормозим и валим отсюда! Чую, нас ждет какой-то пиздец. Пиздеееец! Ааааа!»

– Почему ты хочешь закончить? – спокойно спросил Кашнов, перекрыв своим уверенным низким голосом все вопли в моей голове. – Я тебе не нравлюсь?

– Да! То есть нет. В смысле, не в этом дело. Просто… мне уже пора на работу.

– Тебе же не надо сегодня на работу. Игорь отпустил тебя.

Бля! А такой хороший предлог был.

Ладно, попробуем так. С открытым, так сказать, забралом.

– Максим Вла… тьфу, Максим. Вы… Вот что вам от меня надо? Только честно. Планируете позвать меня в ваш пентхаус, чтобы показать свою грандиозную коллекцию виниловых пластинок? Так я вам сразу скажу, что мне такое неинтересно. Простите за прямоту.

– Неинтересны виниловые пластинки? – хмыкнул он с непередаваемой иронией.

– Неинтересно то, что на самом деле показывают вместо этих пластинок, – парировала я.

И Кашнов вдруг опять громко и искренне рассмеялся. Я против воли зачарованно прилипла к нему взглядом. Как же ему шел смех! Лицо сразу оживало, казалось проще и моложе, а глаза искрились весельем.

– Нет, Лика, – отсмеявшись, сказал он. И это вдруг прозвучало очень убедительно. – Никаких пластинок, никаких грязных намеков и гнусных поползновений. Даю тебе честное слово.

Я недоверчиво молчала.

– Раз уж ты хочешь откровенности, то вот она: секс – это не то, ради чего я стал бы за кем-то бегать.

– Нет необходимости? Сами предложат и сами все дадут? – не удержалась я от шпильки.

– Приятно поговорить с начитанным человеком, – улыбнулся он. – Не совсем так, но…

– Что, неужели никогда не брали кого-то в кино через постель? – округлила я глаза в притворном ужасе. – А как же все эти истории про продюсеров?

– Лика, – он вдруг смешно фыркнул. Точно огромный кот. – Поверь: жаждущих попасть куда-то через постель продюсера гораздо больше, чем пропускная способность этой самой постели. И уж точно больше, чем желание самого продюсера.

Теперь уже рассмеялась я. Блин, а он клевый. Хоть и старый.

Ну как старый? Не старый. Просто взрослый, очень взрослый, неподъёмно взрослый.

– Тогда зачем вам я? Вы так и не ответили.

– Ты интересная, – Кашнов ответил сразу, не раздумывая. – Сначала мне просто хотелось загладить вину за ту некрасивую ситуацию, а сейчас есть огромное желание узнать тебя поближе. Понять, что ты за человек.

– Обычный человек, – пожала я плечами. Мне было неловко. Выглядело это все так, как будто я приписала Кашнову сексуальный интерес к своей персоне, а его там на самом деле не оказалось. – Не то что вы.

– Я тоже обычный, – возразил он.

– Ой вот не надо этого кокетства! Вы креативный продюсер самого успешного в стране канала, у вас тачка за десятку лямов и дом в элитном комплексе на берегу реки. Вы совершенно точно не обычный человек. Смиритесь с этим!

– Попытаюсь, – серьезно кивнул он и пытливо на меня глянул. – А ты, Лика? Кто ты?

– Несостоявшаяся актриса, несостоявшаяся студентка продюсерского факультета, бывший бармен, таксист и няня, – отрапортовала я. – В настоящем секретарша. Достаточно полный ответ?

– Сколько же тебе лет, что ты все это успела? – слегка приподнял бровь Кашнов. – Выглядишь, уж прости, лет на восемнадцать.

– Мне двадцать. Просто я дважды, а нет, уже трижды не поступила, так что эти годы были, хм, довольно увлекательными.

– Непросто было?

– Ну вообще-то да.

– А родители не помогали?

– Немного. У меня просто только папа, и он не в Москве живет.

Кашнов так смотрел и слушал, будто ему и правда было интересно, и от этого непривычно теплело внутри, где-то под ребрами. Кажется, спроси он у меня сейчас хоть что, даже самое личное, я бы ответила, не задумываясь. Но вместо этого он совершил тактическую ошибку:

– Лика, тут рядом кофейня есть. Давай я угощу тебя кофе и там как раз нормально поговорить можно будет…

– Нет! – мысль о кофе вернула меня в реальность, к моему здравому смыслу, а он буквально на коленях умолял меня ехать домой. И как можно быстрее. – Простите, но я не считаю это правильным. И нужным. И… короче, я поехала домой.

Я выскочила из машины, но Кашнов каким-то образом оказался быстрее и отрезал мне путь к отступлению.

– Подожди, я тебе хотя бы такси вызову! И деньги…

– Никаких денег! – замотала я головой. – Считайте, вы уже расплатились тем, что дали своей тачкой порулить.

– Упрямая, – пробормотал Кашнов. Но не стал возражать. Спросил у меня адрес, забил в приложение и вызвал мне какое-то понтовое такси, где водитель был одет лучше меня.

– До свидания, Максим Владимирович.

– Максим.

– Да, Максим…

– До свидания, Лика.

Мне пришлось задрать голову, чтобы посмотреть в его глаза – Кашнов все же был прилично выше меня. И сложен… ну отлично сложен, надо признать. Да и выглядел, конечно, на высший балл: мощный, смуглый, темноволосый и золотоглазый. Почему же тогда я отказываюсь от его внимания?

Потому что все это странно. Очень странно. А я не люблю, когда чего-то не понимаю. Меня это безумно напрягает.

Да и нет у нас ничего общего. Так что…

Я ехала в удобной машине к себе домой и изо всех сил надеялась, что больше никогда не увижусь с Максимом-не-называй-меня-Владимировичем-Кашновым. Но моя мерзко хихикающая интуиция шептала мне совершенно противоположное.

Глава 3. Плов и кастинг

В девять утра следующего дня на пороге деканата нарисовался Максим Влади…Тьфу, то есть просто Максим. На самом деле нихрена не просто, но пусть будет так.

– Доброе утро. – Вид у Кашнова был сонный и довольно хмурый, но при этом он все равно умудрялся выглядеть идеально: гладко выбрит, темные волосы аккуратно уложены, и пахло от него так вкусно…

Я, стараясь не палиться, втянула носом воздух. Терпкий запах кожи, древесины и почему-то дыма. Очень взрослый, подчеркнуто мужской аромат. Ему идет. Никаких там унисексов, так любимых теми мальчиками-актерами, с которыми я тусовалась последние два года. А вот одет Кашнов был наоборот очень расслабленно и, я бы даже сказала, молодёжно: в джинсы, белую футболку и черную кожаную куртку. Постойте, а разве продюсер не должен одеваться как-то посерьезнее? Особенно в его возрасте? Пиджак там. И строгие брюки. Что за безобразие! Особенно если учесть, что выглядел Кашнов во всем этом слишком… слишком человечным.