Айсберг в джакузи - Луганцева Татьяна Игоревна

— Наркотики?  — спросила Аня с нескрываемым ужасом.

— А что? Какая тебе разница, о чем речь  — о презервативах или наркотиках? Твое дело  — переводить,  — строго посмотрел на нее Олег.

— А если я скажу, что не хочу даже слышать слово «наркотики» и в этом участвовать?  — спросила Аня, косясь на Эрвина и поражаясь его спокойствию.

Он совершенно не реагировал на разговор, делая вид, что ничего не понимает.

— А вот тут, Анюта, прокольчик. Кто же тебя отпустит после таких моих откровений? Тебя, девочка, как свидетеля, скоро выловят из Москвы-реки, если повезет, конечно, а то рыбки все косточки обглодают.

— Не зли его,  — сказал Эрвин по-английски.

— Что говорит этот красавчик?  — спросил Олег.

— Просит ввести его в курс дела,  — вздрогнула Аня, побледнев.

— Ну, так введи!  — откровенно издевался Олег.

— Вы же все слышали,  — сказала Эрвину Аня,  — что мне делать? Надо же так вляпаться, я не хочу иметь с этим ничего общего. За что мне такое?

— Я тоже не имею никакого отношения к наркотикам,  — ответил Эрвин,  — не бледней, я вытащу тебя отсюда.

— Там двое громил у выхода.

— Я знаю.

— А у Олега пистолет под пиджаком,  — ответила Аня.

— Что он говорит?  — прервал их беседу Олег.

— Он спрашивает: как вы на него вышли? Почему такие странные просьбы?

— Я интересуюсь въездом богатеньких иностранцев в Россию-матушку,  — Олег растянул губы в улыбке,  — а насчет просьбы он ошибается, это не просьба, а приказ.

— Перевести?

— А как же, деточка? От его решения зависит ваша жизнь,  — усмехнулся Олег.

— Я боюсь,  — прошептала Аня,  — я бы никогда не пришла… дура! Нужны были деньги! Так не хочется умирать! Я еще молодая! Я еще не стала матерью, я много чего не успела! А вы? Вы же не успели жениться!  — причитала Анна по-английски.

Даже спокойствие Эрвина не могло вернуть ей самообладания.

— Да, вместо женитьбы я получил по лицу, кстати, вы разбили мне нос,  — сказал Эрвин.

— Чего он бормочет?  — поинтересовался Олег.

— Звучит заманчиво,  — перевела Аня.

— Даже так? Ну что ж, наш иностранный дружок уразумел, что попал, а вместе с ним и ты, детка.  — Олег окинул грудь Анны масленым взглядом.

— Передай кетчуп!  — вдруг сказал Эрвин, обращаясь к Олегу на русском языке.

— На!  — Олег взял соусницу и протянул Ламару, на это понадобились десятые доли секунды. После чего в глазах Олега промелькнуло недоумение и осмысление того, что он проиграл. В тот же момент Эрвин схватил его руку с кетчупом и, вывернув ее, опрокинул бандита на стол и вырубил его одним ударом локтя в кадык. Аня даже рот открыла от удивления, она никак не ожидала от этого красавчика такой прыти. Олег только и успел дернуть ногами и затих на столе среди яств.

— Тише!  — приложил Эрвин палец к губам Анны, готовой закричать.  — Залезай под стол.

— Что?

— Залезай под стол, там ты будешь в безопасности,  — тихо, но настойчиво сказал Эрвин, и она впервые не увидела в глазах иностранного «жениха» насмешки.

Анна согнулась в три погибели и без лишних слов залезла под стол, напоследок увидев, что Эрвин достал из кобуры пистолет Олега. Ее просто затрясло, девушка впервые попала в ситуацию, опасную для жизни. Ей хотелось провалиться сквозь землю, причем в прямом смысле слова. Анна с трудом верила, что Эрвин справится с двумя огромными охранниками, вооруженными до зубов. Он выглянул из кабинета для приват-переговоров и обратился к телохранителям:

— Вас шеф зовет.

Потом быстро вернулся назад и напал на вошедшего охранника, оглушив его кувшином с вином. Второго охранника Эрвин дернул за руку, уложив рядом с обездвиженным хозяином и приставив к его спине пистолет Олега.

— Одно движение  — и ты покойник!  — рявкнул он, а потом обратился к Анне:  — Детка, или как там вас, Нюра…

— Анна!  — рявкнула та из-под стола.

— Да, Анна, а то я как-то не сразу вспомнил русское имя Нюра, оно не понравилось бы моей бабушке.

— Мне наплевать на твою бабусю…  — изрыгнула из-под стола Аня,  — черт! На меня капает «оливье»!

— Не упоминай мою бабушку вместе со словом «черт»!  — возмутился Эрвин.

— Бабушкин внучок!  — огрызнулась Аня.

— Истеричка!  — ответил он ей.

— Ого! Русский хорошо знаком австрийскому мальчику!

— А откуда ты знаешь, что я из Австрии?  — спросил Эрвин, улыбаясь, чего Анна не могла видеть.

В это время она радовалась, что и Эрвин не видит ее лица, так как Анины щеки сейчас алели, как маки. Конечно, она звонила Лизе и спрашивала, что за странное предложение сделал ей клиент ее агентства. Лиза кратко поведала Ане историю Эрвина. Аня слушала и не могла понять, как ее угораздило отхлестать по лицу самого красивого мужчину в мире. Его глаза, лицо, темные волосы, фигура, губы… да что там говорить! Все это не выходило у нее из головы последние дни. Встреча в ресторане явилась для нее шоком, и то, что она чуть не лишилась жизни, уже было не так важно.

— Ладно, об этом мы поговорим в другой раз,  — смилостивился Эрвин, усмехаясь, и дал Анюте следующее указание:  — Выйди и позови службу охраны клуба, а также вызови милицию.

Аня осторожно выглянула из-под стола и снова залюбовалась Эрвином.

— Анна, вылезай оттуда, тебе будет удобнее сбегать за помощью.

— Правда?  — уточнила она, скосив глаза на второго охранника, погруженного мордой в миску с салатом.

— Я, конечно, парень крепкий, но долго его держать не смогу. Да и эти двое могут очнуться, а второго кувшина с вином здесь нет.

Аня выползла из-под стола и двинулась по стенке мимо орошенного вином охранника на выход. Эрвин имел удовольствие лицезреть ее стройную фигуру всего лишь сотую долю секунды.

Выскочив в зал, Аня закричала диким голосом:

— Помогите, спасите! Караул! Убивают!

Эрвин с сожалением подумал, что не успел предупредить ее, чтобы она сделала это как можно тише, не поднимая панику в ночном клубе.

«Вроде переводчица, а кричит, как оперная певица»,  — вздохнул Эрвин.

Глава 4

Рейкин Павел Андреевич искренне считал, что все зло в этом мире творится из-за денег, и отчасти он был прав. В своем кабинете в следственном управлении он с нескрываемым интересом рассматривал длинноногую испуганную блондинку в бирюзовом брючном костюме и мужчину с внешностью киноактера, который к тому же имел гражданство Австрии, Германии и Америки.

— Знаете, очень странно, господин Ламар, что вы один смогли обезвредить эту банду.

— Я был не один,  — ответил Эрвин.

— Я вижу,  — хмыкнул следователь, оценив иронию иностранного гостя.

— Я ничем ему не помогла, фактически все время сидела под столом,  — призналась Аня.

— Насколько мне известно, вы занимались переводом… Тоже из-под стола?  — удивился следователь.

— Нет, сначала я сидела за столом, а потом по просьбе господина Ламара  — под столом,  — ответила Аня вполне серьезно.

— Я еще один момент не совсем понимаю. С какого иностранного языка и на какой вы переводили Олегу  — российскому гражданину?  — Следователь даже вспотел от работы мысли.

— С немецкого на русский,  — покосилась на Эрвина Аня.

— Но вы, господин Ламар, говорите сейчас по-русски? Зачем вам понадобился переводчик?

— Это не я пригласил переводчицу, а Олег, решив, что я не знаю русского. Кстати, наша смекалка и игра с Анной в перевод помогли нам выкрутиться из весьма неприятной ситуации,  — ответил Эрвин.

— Не знаю, помогла вам ваша игра или нет, но благодаря вам мы взяли того, кого давно искали. Олег Самойлов  — не последний человек в наркобизнесе, жалко, что вы не продолжили раскручивать его дальше и не узнали других фамилий,  — закручинился следователь, а Аня не смогла сдержаться от возмущения:

— Мы, то есть я могу говорить только за себя, я очень испугалась за свою жизнь! Мы мечтали ноги оттуда унести, мы не менты и не агенты, чтобы кого-то, как вы выражаетесь, «раскручивать»!