'Фантастика 2025-140'. Компиляция. Книги 1-30 - Алекса Корр

драке, — призналась Марина. — Он в тот день вообще болел и лежал в постели — это может подтвердить госпожа Эгнерция, оставленная присматривать за больными. Я поехала в город за лекарствами. Взяла с собой здоровых учеников, чтобы они не заразились. Мы надели те самые плащи и пошли в лавку лекаря.

Председатель глянул на артефакт правды, но тот лишь пару раз слабенько засветился оранжевым — явно реагировал больше на переживания Марины, чем на потенциальное вранье.

— Но свидетели заявляют, что демон был с Вами, — не смог не вмешаться Тельпе. — Капюшон, знаете ли, весьма специфично топорщится в области рогов.

Послышались смешки.

— Это был другой демон, — возразила Марина. — В моем классе их двое, и оба с рогами.

— Кто бы он ни был, он совершил нападение на человека! — возразил Тельпе.

— Вы так говорите, как будто были там, — укорила его Марина.

— Меня в таком захолустье быть не могло, — презрительно ответил проректор. — Это вы со своими… учениками зачем-то шастаете по трущобам и бандитским углам.

Марина проглотила оскорбление и через силу ответила:

— Раз Вас там не было, значит, и видеть происходившее Вы не могли. Вместо этого Вы поверили словам закоренелого преступника. И я не понимаю, с каких пор слова отпетого уголовника, за чью поимку назначена награда, значат больше, чем слова преподавателя Академии⁈

— Спокойнее, леди Калинина, — сказал председатель, внимательно глядя на артефакт, чтобы отметить малейшие всплески оранжевого цвета. — Комиссия сама решит, чьи слова имеют больший вес.

Однако по его тону Марина поняла, что председателю тоже не нравится, что обвинение строится вокруг признательной речи закоренелых преступников, и немного приободрилась:

— А я Вам скажу, как все было, — она развернулась ко всем своим недоброжелателям. — Итак, в тот день у меня заболели дети. Я взяла с собой пятерых не заразившихся и поехала с ними в город, в лавку лекаря. Увы, богатые лекари мне не по карману, да и не любят они лечить магиков. Поэтому я обратилась к господину Тулглторну, обслуживающему районы победнее. Так, собственно, и оказалась в бандитских трущобах.

Она покосилась на председателя, но тот лишь покивал: мол, продолжайте, слушаю Вас.

— Когда я вышла из лавки, то обнаружила, что меня подкараулил десяток головорезов, — Марина стала говорить еще более уверенно. — Они сразу стали требовать с меня денег и угрожать. А я, как видите, обычная человеческая женщина и сверхсилами не обладаю. Мне стало страшно, мне нужна была помощь. Но жители района попрятались в своих домах, так что рядом остались только ученики моего класса. У них не было другого выбора, и они защитили своего учителя, как могли. Мне действительно угрожали.

Марина умолкла, предоставляя комиссии возможность обдумать ее слова. Артефакт правды ни разу не вспыхнул за время ее речи, и председатель принялся задумчиво потирать подбородок, пытаясь сообразить, что ему с этим делать.

Проректор, поняв, что Марина быстренько учится играть по местным правилам, тут же поторопился вмешаться:

— «Помочь», знаете ли, можно по-разному, — заметил он. — Зачем избивать людей до полусмерти? Вы могли просто продемонстрировать, что вы сильнее, и разошлись бы миром.

— Плохо себе представляю, как можно разойтись миром с уголовниками, которые уже идут на тебя с ножом, — укоризненно поджала губы Марина. — К тому же, там было всего пятеро моих учеников против десяти взрослых мужиков, привычных к уличным дракам. Причем двое из моих учеников были девочками! Это просто огромная удача, что мои ребята оказались сильнее. Возьми я вместо кого-то из них еще двух других девочек… ну, вы понимаете, чем закончилось бы для нас, дам, такое знакомство с бандой уголовников. Так что это я должна жаловаться!

Преподаватели возмущенно зароптали. И на этот раз Марина заметила, что те, кто прежде был против нее, как будто начинают сочувствовать. Проректор, видно, тоже это ощутил, и снова пошел в атаку:

— Но чуть позже, уже на территории академии именно Амадеус напал на этих господ! — он ткнул пальцем в избитых уголовников, стоявших в отдалении под конвоем.

Председатель поднял бровь, явно с интересом дожидаясь, сможет ли девушка возразить.

— Да, признаю, — сдержанно кивнула Марина. — Но я уже рассказывала об этой драке и расплатилась за нее штрафным баллом. И участники драки также были наказаны и усвоили этот урок.

Комиссия переглянулась.

— В тот момент речь шла об оскорблении дам, а не о стычке с преступной группировкой, — нахмурился председатель. — У меня крепнет чувство, что нас хотят обдурить. Только не понимаю, какая сторона.

Тельпе открыл было рот, но Марина успела первой:

— Стычки с группировкой и не было, — сказала она. — Были возмутительные хамы, наговорившие мне и моим ученикам гадостей. Меня прилюдно назвали потаскухой, обвинив в любовной связи с одним из знатных лордов.

— А что, были предпосылки для такого оскорбления? — тут же уточнил председатель. — Вы состоите в отношениях вне брака?

— Нет, — с внутренним торжеством ответила Марина: наконец-то артефакт правды покажет всем, что она чиста, как первый снег! И артефакт не подвел — не засветился ни на чуть-чуть. Мужчина удовлетворенно покивал, глядя на него.

— Поэтому и я, и мои ученики были крайне возмущены этим оскорблением, — продолжила она на правах победителя. — Амадеус — потомок благородного рода. Да, он немного горяч. И вот как раз его горячность и привела к избыточной реакции, и он полез в драку. Но за эту драку я уже расплатилась своим штрафным баллом. Хотите наказать меня повторно?

Над двором снова разлилась тишина. Комиссия переглянулась.

— Пункты с драками вычеркиваем из обвинения, — наконец, подытожил председатель. У Марины здорово отлегло от сердца. Хоть немного, но она облегчила вину Амадеуса!

Неожиданно голос подал секретарь комиссии:

— Хотите сказать, один из ваших учеников — аристократ? — уточнил он.

— Вообще-то, двое. Амадеус и Ксавьер, — Марина указала на обоих.

Среди собравшихся снова пролетел ропот.

— Почему нам об этом не сообщили? — сдвинул брови секретарь. — Дела благородных рассматриваются иначе и оформляются тоже! Это другой уровень ответственности, другие формы, другой подход. Многоуважаемый председатель правильно сказал: что это вообще за фарс? У меня теперь тоже ощущение, что нас пытаются обдурить, пользуясь нашим незнанием ситуации. Как можно скрывать такие сведения, господин Тельпе?

Он сурово уставился на проректора. Но тот сдаваться не