Обратный отсчет: Распад - Токацин

не приспособились, — ухмыльнулся биолог. — Личинки защищены от ультрафиолета, но не от химикатов. А взрослые особи вообще довольно хрупкие. Похоже, у нас слишком чистая канализация, — некому бороться с вторженцами…

…Гедимин сквозь усиленные фильтры запаха не чувствовал, но слишком близко подошедшие «макаки» морщились и расступались, и даже «коп» за стойкой на пару секунд задержал дыхание.

— Только из канализации, да? Не жалейте хлорки! — он криво ухмыльнулся. — Сложная у вас работа, мистер Кет. Даже, можно сказать, грязная.

— Борьба с паразитарной инфекцией — важная задача, — бесстрастно проговорил Ренгер, придержав Гедимина за плечо (хотя сармат и так никуда не собирался).

— Ещё бы, — энергично кивнул человек за стойкой, высматривая что-то на экране. — А хорошо, что эти ваши твари не заползают, например, в мозги… Ну что, мистер Кет, ничего нового? Средняя характеристика… средняя из очень плохой и очень хорошей. Не собираетесь переходить в «Налвэн»?

…«Зачем Маккензи хвалит меня перед „макаками“?» — думал Гедимин, выбираясь из глайдера на стоянке у очистных сооружений. «И что опять не понравилось Гварзе? Расплавленные твэлы? Так сам предложил…»

Над открытым отстойником поблескивало, немного по-другому пропуская свет, растянутое от края до края защитное поле. Гедимин привычным жестом поправил респиратор и нырнул в слабый, но всё же заметный зловонный туман. Мелководный бассейн, перекрытый после очередного спуска, прожаривался под весенним солнцем. Кто-то из ликвидаторов стоял на краю с длинным захватом в руке, набирая мутную жидкость в пробирку. У приоткрытой решётки стока, забранной мелкоячеистой сеткой, горкой валялись белесые черви, и сармат с багром сгребал их в дальний угол.

— Дай сюда, — Ренгер сомкнул «щупы» анализатора на пробирке, извлечённой из бассейна, и удовлетворённо хмыкнул. — Вентиль на сброс!

Заглушка на «входящей» трубе приподнялась, и дно бассейна в считанные секунды покрылось водой на полметра. Сармат опустил заглушку. Волна ударила в дальний бортик, поколыхалась немного и замерла. На её поверхности блеснули длинные белые тела — и, медленно покачиваясь, ушли в мутную жидкость. Гедимин успел их пересчитать — этот сброс принёс всего пять червяков. Они долго пробыли в едком растворе — белесая кожа покрылась продолговатыми вмятинами, местами потрескалась, головные и хвостовые концы ссохлись, середина непропорционально раздулась.

— Хорошо, — Ренгер, опираясь на бортик, разглядывал воду. — Видимо, всё уже вымыло. Ещё сутки, и проливку можно будет закончить. Как всё стечёт, уберите со дна… да, ты и Гедимин, вдвоём справитесь.

— Образцы нужны? — деловито спросил Вепуат, споласкивая захват дезинфицирующей жидкостью. Ренгер на секунду задумался.

— Да, отбери из верхнего слоя. Пять-шесть, больше не надо. Эффект и так заметен.

Гедимин смотрел, как медленно, просачиваясь сквозь фильтры, уходит вода. За два дня к очистным сооружениям не вынесло ни одного живого червя — видимо, хлорная известь убила всех, даже микроскопические яйца в илистой мути. Вчера, кроме паразитов, всплывали какие-то шарообразные организмы с бахромой тонких отростков, — существа, не внесённые в справочник ликвидатора, случайно попали под зачистку. Сегодня их уже не было.

— Ну что, с тебя сняли запрет? — спросил Вепуат. — Нет? Так и продержат до сентября?

Гедимин недовольно сощурился.

— Зачем мне выезжать? Мало мне этого города на работе?

Он кивнул на приземистое здание за очистными сооружениями. Там, в стороне от ярко раскрашенных глайдеров, стоял бронированный фургон ликвидаторов. Вепуат похлопал Гедимина по локтю.

— Ничего, скоро вечер. Вернёмся на базу…

— Эй, вы там долго? — недовольно окликнул их сармат с багром. — Червяки уже обсохли — идите работать!

15 мая 16 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити

Передатчик на руке, подсунутой под голову, негромко пискнул. Гедимин привстал, покосился на запястье — и, резким движением поднявшись с матраса, потянулся за флягой. «В шесть в офисе,» — гласило короткое послание. «Скегги в курсе.»

Двери офиса были открыты и поставлены на стопор; изнутри чуть ли не в них упиралась очередь сарматов в лёгких комбинезонах. Гедимин протиснулся мимо неё и отошёл к стене, угрюмо щурясь на пост охраны. Видимо, охранникам нашли занятие, чтобы не маялись от безделья, — каждого сармата-служащего двое в пехотной броне проверяли считывателем и обшаривали карманы. Служащие держались спокойно — похоже, такой обыск тут был в порядке вещей.

Красная вспышка сверкнула под веками — кто-то из охраны «засветил» Гедимину в глаза считывателем.

— Кет? Вниз, вторая дверь налево, — охранник махнул в сторону лестницы. — И чтоб было тихо!

Иджес догнал Гедимина уже на нижнем ярусе, у массивной, плотно прикрытой двери. На ключ она заперта не была — створки легко отодвинулись. Гедимин зажёг свет, огляделся и неприязненно сощурился на стык между стеной и потолком. «Камеры!»

— Ты чего? — удивлённо спросил Иджес, глядя, как Гедимин, поддев плотно пригнанную панель, аккуратно перерезает кабель. — Камеры? Это ж, наверное, местных — Гварзы или ещё кого…

— Гварзу — в ядерный могильник, — бросил сармат, выключая лучевой резак и загоняя панель в пазы. — Не люблю, когда пялятся в затылок. Айзека не видел?

Дверь мягко приоткрылась, пропуская третьего сармата. Айзек в тонком красно-рыжем комбинезоне посмотрел на чёрные скафандры Гедимина и Иджеса и едва заметно усмехнулся.

— И верно. Вам потом ещё на работу…

Он осмотрелся и недовольно сощурился.

— А ведь, казалось бы, офис, — куча стульев в каждой комнате…

Гедимин удивлённо посмотрел на пустые углы. Стульев тут не было — тут вообще ничего не было. Небольшое помещение с толстыми стенами и крепкой дверью — почти карцер, только просторнее.

— Тебе плохо? — он озадаченно взглянул на Айзека. — Тогда поищу матрас…

— Да нет… но я сяду, — Айзек, вяло отмахнувшись, опустился на пол и обвёл сарматов повеселевшим взглядом. — Ровные стены… и пол, и потолок. Острые углы… Всё-таки мне этого не хватало.

Гедимин и Иджес переглянулись. «Равнина,» — ремонтник вспомнил бочонки с сингитом и трубчатые контейнеры из обрезков стеблей — острых углов там и вправду не было, как и ровных поверхностей. «А