Северная невеста (СИ) - Катерина Полянская (Фиалкина)

Только выбежала на тропинку, как меня поймал полный беспокойства крик:

— Ариишааа!..

Звала Нира и, судя по хриплым ноткам в голосе, уже не первый раз. Все обиды мигом были отодвинуты на потом, со всех ног я бросилась к огневичке.

— Я тут!

Страх за погибающее существо перевесил все. И неважно, что это жутких нелюдь, коих я до сих пор только на картинках в учебнике видела. По защите от порождений тьмы, кажется. Так вот, в одном таком ниже размещалась статья про лечение несчастного от жуткого проклятья, оборотничества, то есть, а в другом — список трав, способных нюх у перевертыша отбить, а то и сразу упокоить его благополучно. И никакого там лечения!

Под такие вот занятные воспоминания я и налетела на магиню. Та, зареванная и испуганная, ловила меня с шубой наперевес.

— Ясные боги, Аришка!.. Ты совсем сдурела?! Зачем на холод выскочила?

Плечи тут же окутало мягким теплом, Нира заботливо помогла мне запихнуть руки в рукава. И вот тут пришел холод! Меня меленько, противно затрясло. Навалилась ужасная слабость, хоть прямо тут и ложись.

— Н-надо б-было п-подум-мать… — простучала зубами оправдание.

— Прости меня-бестолочь, а? — всхлипнула девушка и потянулась обнять, но быстро передумала. — Ада, у тебя кровь! И на руках тоже… Что случилось?

Ой, что-то я совсем в ступор впала…

— Не моя, — облачком пара выдохнула в ответ на неподдельное беспокойство и махнула рукой в сторону, откуда пришла. — Там… раненый. Позови стражников, его перетащить надо. По следам сориентируешься?

Нира мгновенно взяла себя в руки и кивнула. Вот, что значит настоящий маг! Уже удаляясь, я услышала ее крик:

— Этельвин! Иди сюда, нашлась твоя пропажа!

Меха таки пришлось снять, ими я укрыла бессознательного… оборотня. Брр, даже думать жутко! А он и не шелохнулся, точно заледенел. Бедный… Хоть бы успеть!

Набежали воины, под руководством Ольлинда охраняющие замок, Нира склонилась над раненым и без малейшего стеснения стала водить ладонями по обмякшему телу, делясь теплом. Ко мне же из-за спины подкрался Эт, обнимая полами своего пальто. Вместе с теплом внутри разлилась уверенность в благоприятном исходе.

Каким бы он ни был.

— Снежный барс, — задумчиво сообщил безопасник моей макушке.

Однако ж. Занятная зверюшка… И потенциально свободное тело. Последняя мысль стала утешением на случай, если бедняга все же не выживет. Внутри меня установилось почти ледяное спокойствие, душу затопила отрешенность. Сделаю, что смогу, а там… Будь, что будет.

Раненого перенесли в свободную комнату на первом этаже замка, Нира согрела воздух и разожгла камин, я принесла ларчик с лекарствами и выдворила всех любопытствующих за дверь. Братьев в том числе.

Приблизившись к пациенту, категорически запретила себе удивляться. И чувства покорно застыли под корочкой льда, подобной той, что остановила кровотечение.

— Сможешь отогреть осторожно?

Магиня прищурилась на анестезию, но ничего говорить не стала. Вместо этого аккуратно коснулась пальцами побелевшего края раны, возвращая коже чувствительность. Барс тут же зашевелился, фыркнул что-то недовольное, но в себя так и не пришел. Вот и славно.

— Его надо обездвижить, — монотонно проинформировала Ниру. И та так же молча стала что-то колдовать.

Чтобы разобраться в тонкостях ее мастерства, мне лет пять еще учиться, поэтому я снова запретила мыслям уходить в сторону от основной проблемы, коей сейчас являлся раненый оборотень. Не скажу, что часто кого-то лечила, но нужные знания яркими вспышками выплывали из памяти. Значит, год в Школе был прожит не зря.

Руки интуитивно принялись за работу. Очистить, промыть, брызнуть обеззараживающим раствором, наложить обезболивающую и заживляющую мази. Туго перевязать. Без швов я решила обойтись, доверившись интуиции, которая в последнее время будто бы жила собственной жизнью. И неизменно оказывалась права. А вот жаропонижающий отвар все же приготовила, как чувствовала, что понадобится. И настои, призванные уменьшить боль и придать сил, исправно вливала в приоткрытый рот, чудом успевая отскакивать в сторону, когда опасно щелкали клыки.

Нира исчезла, как только отпала необходимость в связывающих заклинаниях. Бледная и едва сдерживающая тошноту, девушка с такой скоростью метнулась к выходу, что, кажется, стражники по ту сторону двери раздвинуться не успели. Шипение, точно на огонь водой плеснули, и сдавленная ругань вперемешку с извинениями были тому ярким свидетельством.

Но происходящее за пределами этой комнаты меня мало волновало. Я обессилено осела на стул и с загадочным равнодушием взирала, как медленно расползается на белоснежной повязке алое пятно, а сам барс мечется в горячке. Выживет? Нет? Пока трудно сказать.

А чего бы мне хотелось? Жизни для незнакомца, от которого не знаешь, чего ждать, или… тела для Эвина и решения всех проблем? Я до рези в глазах вглядывалась в бледное лицо, пытаясь понять себя. Без заметного, впрочем, успеха. До сознания не сразу дошло, что пальцы самовольно сжимают нечто твердое и холодное.

Первой эмоцией за долгое время прорезался страх. Холодком полоснул по нервам, заставил вздрогнуть. Взгляд опустился и наткнулся на тонкий нож с серебряной ручкой, который я еще дома использовала для срезания трав. Когда успела из ларца вытащить?

Затравленно глянула на бьющегося в конвульсиях барса, перевела взгляд на поблескивающее в свете камина острие. Снежные духи! Внутри все похолодело!

— Ариииша, — выдохнул в самое ухо бархатистый голос. Горячие ладони погладили мои дрожащие руки и мягко, но настойчиво отняли опасный предмет. Я не сопротивлялась. — Очарован твоей заботой, но это тело нам не подходит.

Из горла вырвалось что-то среднее между вздохом и всхлипом.

— У меня и в мыслях не было…

Или было? Слава Ладин (да, я старалась постепенно привыкнуть к новым божествам), этого мы никогда не узнаем.

Эт почувствовал, что я дрожу, и крепко обнял за плечи, прижимая меня спиной к своей груди. Размеренное биение его сердца успокаивало.

— Не оправдывайся, мне понравилось.

Для себя он уже все решил. И, кажется, был доволен.

— Не сомневаюсь, — спорить не осталось сил. Я откинулась назад и просто наслаждалась теплом. Его близостью. — А почему, кстати?

За спиной презрительно хмыкнули.

— Делить тело с родным братом мне больше по душе, чем с незнакомым зверем.

Ну… Вообще-то, логично.

Из груди вырвался умиротворенный вздох. Это был первый момент, который Этельвин спас. Но делиться с ним наблюдением я не собиралась.