«Если», 2003 № 05 - Дэвид Барр Кертли

Однако для съемок самых фантастических кадров — световой феерии в финале, когда на экране взрывались и разбегались галактики и перед взором ошеломленного астронавта проносились мерцающие пейзажи иных миров — потребовались не компьютеры, а… простой тазик! Туда налили химически несмешиваемые и разноцветные реактивы. Тазик слегка покачивали ассистенты, жидкости перетекали с места на место, создавая потрясающую — и неожиданную — гамму красок. При монтаже добавили кадры обыкновенных земных каньонов (США) и гор (Шотландия), но снятых как бы в цветном негативе (соляризованный свет), и — готово!

Фильм Кубрика лишний раз подтвердил старую истину: на добротные трюки деньги, конечно, нужны немалые, однако и простая смекалка дорогого стоит. Любопытно, что, несмотря на отсутствие современных технических средств создания виртуальной реальности, картина и по сей день остается непревзойденной по части «космического реализма».

Если понимать под ним космос как он есть на самом деле. Каким он может быть в фантастическом боевике, фантастической сказке или в фантастическом комиксе, впечатляюще продемонстрировал другой великий мастер — уже упомянутый Лукас.

Сказать, что фильм «Звездные войны» (1977) произвел переворот в представлениях о качестве и возможностях спецэффектов, значит ничего не сказать. Это был шок, землетрясение, после которого серьезные дядьки с сединой в висках визжали, как мальчишки. На сей раз — никаких картонных макетов на ниточках! Звездные флотилии в фильме Лукаса летали так, что за поединками космических асов публика следила с тем же напряжением, с каким их отцы и деды смотрели кинохронику воздушных боев второй мировой войны.

Эта кинохроника, кстати, очень помогла добиться максимального правдоподобия. В «Звездных войнах» впервые в составе съемочной группы появился едва ли не самый необходимый для подобного кинозрелища специалист — компьютер. Но, вопреки расхожему заблуждению, никаких компьютерных (в сегодняшнем понимании) съемок Лукас не применял. В ту пору техника создания виртуальной реальности пребывала еще в младенчестве.

Компьютеры помогли в другом. Команда Лукаса просмотрела массу кинохроники с кадрами воздушных боев 40—60-х годов. Затем программисты перевели двумерные изображения в трехмерные — с точной привязкой объектов (самолетов) в пространстве и времени. Компьютеры выдали подробные инструкции, как располагать аналогичные объекты (теперь уже модели звездолетов) в кадре, с какими скоростями и в каких направлениях их передвигать. После чего оставалось только скрупулезно следовать полученным рекомендациям. Снимали батальные сцены рапидом, зато на экране вся эта техника летала с теми скоростями, с какими и должны пикировать на вражескую Звезду Смерти звездные истребители!

Еще одно изобретение, недоступное предшественникам Лукаса, — волоконная оптика — помогло создать эффект масштаба. Наиболее продвинутые в техническом отношении зрители видели крошечные бисеринки освещенных иллюминаторов на бортах звездных крейсеров и изумлялись: какие, однако, огромные макеты построили на студии «XX век Фокс»! В то время сверхтонкие проводки, светящиеся на концах, большинству были в новинку, и мало кто верил, что модели звездных крейсеров умещались на письменном столе.

После триумфа «Звездных войн» казалось, что предел совершенства достигнут. И ничего круче придумать невозможно. Заблуждение развеял спустя два года режиссер Ридли Скоп, сняв фильм «Чужой» (1979).

Формально это тоже была научная фантастика, однако сравнивать «Звездные войны» с «Чужим» все равно что «Три мушкетера» — с «Войной и миром». Обе книги «про историю», обе гениальны — но каждая в своем роде. Лукас снял великолепный кинокомикс, космическую оперу, сказку — лишь слегка приодетую по моде галактического будущего. Скотт задумал снять фантастику реалистическую, попытаться понять, каким все это может быть на самом деле: космические корабли, их экипажи, неведомая форма жизни… Для этого нужно было найти художников, которые ценят достоверность и одновременно не лишены фантазии!

Выбор Скопа оказался попаданием в яблочко. Американский художник Рон Кобб создал, пожалуй, самый убедительный звездолет будущего в истории кино. Его творение — мрачноватый космический сухогруз «Ностромо» — функционально: непонятно, как он устроен и как преодолевает межзвездные расстояния, но что на подобной махине можно куда-то лететь — веришь сразу же. (О другом триумфаторе «Чужого» — швейцарце Хансе-Руди Гигере, создателе инопланетного чудовища, см. «Если» № 8,2000 г.)

После этого дорога в кинематографический космос была открыта. И туда ринулись десятки режиссеров, которые за последние два десятилетия умудрились так «заездить» галактические просторы, что стало неинтересно! Звездные армады одна другой убедительнее или пейзажи иных планет при современных компьютерных средствах наворотить не проблема. Проблема в другом: «киношный» космос перестал… удивлять. Может быть, последним фильмом, где был достигнут золотой баланс между научной реалистичностью и космической романтикой, тайной, которая и влекла туда сотни писателей и миллионы их читателей, стала очень странная и очень «не американская» картина «Контакт» Роберта Земекиса. Но это, скорее, исключение из правил.

В космос современные постановщики научно-фантастических блокбастеров теперь отправляются запросто. Превратив Вселенную в своего рода Диснейленд, куда можно сходить с детьми, поглазеть и отдохнуть. Но где все — понарошку, поставленный на коммерческий конвейер увлекательный аттракцион. Все вернулось на круги своя: Мельес был бы в восторге.

THE END?

С выходом десятой картины легендарной киносаги «Стар Трек» затянувшееся почти на 40 лет путешествие крейсера Звездного Флота Земной Федерации «Энтерпрайз», кажется, подошло к завершению. В конце 1990-х, сразу после съемок «Восстания» (предпоследнего фильма саги), британский актер Патрик Стюарт, исполнитель роли капитана Жана-Люка Пикара, категорично заявил: «Ну, еще один фильм — и все. Передадим эстафету «Глубокому космосу-9». Нам совсем не улыбается превратиться в «Rolling Stones» от «Звездного пути».

По долгожительству на теле- и киноэкранах «Стар Трек» давно побил все рекорды. Напомним, что первый эпизод телесериала был показан в июне 1964 года, а последнее телепутешествие «Энтерпрайза» состоялось в мае 1994-го. А ведь, помимо двух классических сериалов, существуют еще два «побочных», так же являющихся неотделимыми составляющими вселенной «Звездного пути» — «Глубокий космос-9» (1993–1999) и «Вояджер» (1995–2001). Наконец, с 1979 по 1998 годы вышло девять полнометражных кинолент — шесть о путешествиях команды капитана Джеймса Ти Кирка (оригинальный экипаж) и три — о подвигах команды Жана-Люка Пикара (новое поколение).