Непостоянное сердце - Джули Гаррат

— Тут уж ничего не спасти, парень. Теперь только пожарные смогут управиться.

Холт обернулся на голос. Рядом угрюмо качая головой стоял Джордж.

— Тут парень жил, помнишь? — спросил Холт. — Что с ним? Он успел выбраться?

— Молодой Райан? — У Джорджа отвисла челюсть. — Он здесь больше не живет.

— Сегодня он тут был. В гости приехал. — Холту хотелось встряхнуть старика. — Ты видел его, Джордж? Он выскочил?

Джордж замотал головой.

— Отсюда никто не смог бы выскочить. Как будто бомба взорвалась. Некоторые из нас уже на улице были, когда дом взлетел на воздух. Жутко пахло газом, понимаешь…

Холт повернулся к дому. Если Райан в момент взрыва находился где-нибудь в передней части здания, тогда еще есть шанс — маленький, но шанс — отыскать его. Он рванулся вперед, воротником куртки защищая лицо от раскаленного воздуха. Костяшки пальцев на руках покраснели, но огонь уже не свирепствовал. Та часть дома, что была увенчана щипцом, полностью обвалилась. Из груды обломков торчала лестница, словно гигантские уродливые качели, одним концом устремленная в пустоту. На ее ступеньках громоздились балки, горы кирпичей, стекла и штукатурки. Возможно, Райан под лестницей.

Холт осторожно приблизился к лестнице и едва не свалился с ног от ударившей в спину водяной струи. Он охнул от неожиданности и обернулся. Прибыли пожарные.

— Уходи оттуда, приятель, — крикнул один из них. — Оставь это дело нам.

Он жестом указал на лестницу и, не тратя времени, стал осторожно разбирать кирпичи, тлеющее дерево и прочие обломки, преграждавшие дорогу к треугольной нише под ступеньками. Почти сразу же рядом с ним появилась фигура в темном защитном костюме и желтой каске, потом еще одна и еще.

— Отойди в безопасное место, — сказал кто-то, пытаясь оттащить его от завала, но Холт уже увидел человеческое тело.

— Он там! Смотрите! Рука…

Райан еще дышал, когда его извлекли из-под обломков дома и погрузили в машину «скорой помощи». Кирстен поехала с ним.

Холт отер ладонью лицо. В глазах ощущалась резь, в горле пересохло. Серена стояла к нему спиной, глядя вслед отъезжающей «скорой помощи». Ее лица он не видел. Холт направился к девушке.

— Не надо тебе здесь торчать.

От дыма и пыли голос стал хриплый.

Серена медленно повернулась к нему. Холт увидел в ее руках переносное сиденье с ребенком. У него защемило сердце. Черты ее осунувшегося лица застыли в напряжении, но во взгляде, обращенном на укутанное в одеяло крошечное существо, светилось глубокое сострадание.

— Холт!.. — Она подняла глаза к его лицу. — Ты спас его. Никто не знал, что он там…

— Случайно угадал. — Он пожал плечами. — Только под лестницей его и стоило искать. Все остальное рухнуло.

— Я… даже не знаю, что делать. Ребенок… Что мне делать с девочкой? Кирстен не могла взять ее с собой. Отдала мне, и все.

— Надо унести ее отсюда. А то дыму надышится.

Холт схватил Серену за плечо и повел перед собой по дороге к тому месту, где припарковал ее автомобиль.

Девушка вместе с ребенком устроилась на заднем сиденье. Малышка жалобно пищала.

— Ты едешь ко мне домой, — заявил Холт, усаживаясь за руль.

Серена не стала спорить, но спросила:

— А чем ребенка кормить будем?

— Где-нибудь найдем открытый магазин. В большинстве из них всегда есть сухое молоко для грудных. Вряд ли она согласится лакомиться гамбургерами из «Макдональдса», как ты думаешь?

На губах Серены промелькнула улыбка.

— Я люблю тебя, Холт Блэквуд, — прошептала она, склоняясь над малышкой.

Холт, разместив их в «скверном доме», поставил греться чайник, умылся и затем объявил, что едет закупать еду и детские принадлежности для малютки.

Через десять минут после его ухода позвонила из больницы Кирстен и сообщила, что Райан находится в операционной.

— Как ты догадалась, где меня искать?

— Все же очень просто, Сера. Стоило мне только взглянуть на лицо того парня — Холта, и я сразу поняла, что он тебя и Рин не оставит.

— Кирсти?..

На губах Серены застыл непроизнесенный вопрос.

— В данный момент Райан вне опасности, — натянуто произнесла девушка. — Врачи говорят, что его состояние стабильное, хотя черт их поймет, что это означает. Он наглотался дыма, есть повреждения внутренних органов… В общем, хорошего мало…

— Может, я приеду?

— Нет! Не надо, Сера. Я сама управлюсь. Пока Рин с тобой, я за нее спокойна. Вы там останетесь? Просто я подумала, что ты, возможно, решишь перебраться в свой прежний дом… в Уинтерсгилл?

— Нет, я останусь здесь. Так лучше. Отсюда удобнее добираться до Кейндейла.

— Я… я перезвоню, Сера. Когда его привезут из операционной.

— Да. Да. Обязательно позвони, любовь моя.

— Я останусь здесь на ночь… если мне позволят. Ты не возражаешь? Сможешь управиться с малышкой?

Серена невольно улыбнулась.

— Холт отправился покупать для нее все необходимое.

— Вообще-то она не капризная. Дети в таком возрасте обычно не шалят. Так что не волнуйся, если не достанете молока. Сегодня ведь воскресенье. В Кейндейле, наверно, почти все магазины закрыты.

— Не тревожься за нее. Мы о ней позаботимся.

— Я знаю.

Холт вернулся спустя полчаса и с торжествующим видом стал демонстрировать свои приобретения — большущую банку молока, стерилизатор, две бутылочки для кормления, детскую присыпку, детский лосьон, мыло и огромный пакет памперсов.

— Для девочек, — объявил он, подозрительно разглядывая памперсы. — Я и не знал, что эти штуки бывают специально «для нее» и «для него». А ты?

Серена, на секунду позабыв о своем страхе за Райана, рассмеялась.

— Я тоже. Правда, мне до сих пор не приходилось иметь дела с грудными младенцами.

— Где она?

Холт, тревожно хмуря брови, обвел взглядом кухню.

— На диване, в большой комнате. Я ее подушками обложила.

— А где Грей? Кошек нельзя держать рядом с детьми, — заволновался он. — Ты не оставила с ней Грей, нет?

— Грей ушла вместе с тобой, если помнишь, — ответила Серена.

— Ах да! Наверно, отправилась в гости к Вив.

— Я позвонила Мари, рассказала о случившемся. Ты не против?

— Зачем ты спрашиваешь? — Холт ласково тряхнул ее за плечи. — Ты не должна ни на что спрашивать у меня разрешения, поняла? В этом доме ты можешь делать что хочешь. Он не только мой, но и твой. Думаю, он с самого начала был предназначен для нас, с тех самых пор, когда мы детьми взбирались на вершину скалы и рассказывали про него разные жуткие небылицы. С ним связано столько воспоминаний, поэтому, когда старуха умерла, я просто не мог не купить его. Это же кусочек нашего прошлого, а теперь в нем сосредоточено и все наше будущее.