ГИТЛЕР, Inc.Как Британия и США создавали Третий рейх - Гвидо Препарата

В конце войны авторы Версальского договора приказали со­юзническим инспекторам оставить в покое «И. Г.».

В отличие от французов, американцы и британцы проявля­ли большую деликатность и не тревожили руководителей «И. Г.». Со стороны англо-американцев были даны уверения в том, что инспекторы не будут «проявлять любопытство к коммерческим тайнам, когда будет установлен мир». Кон­церну не придется раскрывать секреты технологии или отве­чать на соответствующие вопросы, если они не касаются производства оружия или военного применения имеющихся технологий. «Эти уверения, —докладывал начальству офицер из Службы ведения химической войны американской ар­мии, — позволили нам установить с ними более или менее сердечные отношения» (96).

Благодаря зарубежной помощи и «либерализации капиталов» во время организованной согласно плану Дауэса передышки, шесть концернов картеля «И. Г.» горевшие желанием усилить свое при­сутствие на мировых рынках, решили, наконец, объединить свои научные разработки и финансовую мощь. «Слияние про­изошло 9 декабря 1925 года. Компании, объединившись, стали называться Internationale Gesellschaft Farbenindustrie A. С, или коротко «И. Г. Фарбен» (97). Этот чудовищный конгломерат, по мысли своего руководителя, Карла Боша, должен был вывес­ти Германию из зависимости от зарубежных источников нефти.

Разве это не были те дни, когда великий пушечный король Крупп, чьи сборочные конвейеры день и ночь громыхали на Урале и близ Ленинграда, скромно снимал в Берлине помеще­ния, находившиеся рядом с министерством обороны? Разве не могли в этих помещениях лучшие крупповские инженеры в ти­шине и без помех разрабатывать оружие массового уничтоже­ния будущего, в то время как высшие армейские чины по сосед­ству набрасывали мобилизационные планы, согласно которым Германия могла быстро создать армию в составе 63 дивизий? (98) Никто не сомневался в следующей аксиоме: «В механизи­рованной войне будущего потребность в жидком топливе будет астрономической» (99).

Ради этой цели алхимики из «И. Г.» состряпали изумитель­ный процесс, названный ими гидрогенизацией, с помощью ко­торого уголь, которым Германия была очень богата, можно бы­ло превращать в нефть. В то время BASF представила способ, которым в жидкое топливо можно было перевести половину ве­са угля. За это достижение Бош, «первый из инженеров» (100), был удостоен Нобелевской премии.

Бош понимал, что единственный способ претворить мечту в реальность, состоял в том, чтобы создать — в том или ином виде — союз с ведущим нефтяным трестом Америки «Стандард Ойл», при этом могучая корпорация из Нью-Джерси могла финансово поддержать исследования «Фарбен» и широкомас­штабное производство синтетического топлива. После не­скольких лет взаимно приятного сотрудничества, каковое бы­ло особенно приятным для американцев, в 1929 году было заключено соглашение со «Стандард Ойл». В обмен на право применять промышленные способы гидрогенизации во всем мире, за исключением Германии, «Стандард» передал концер­ну «И. Г. Фарбен» акции «Стандард Ойл» на сумму 35 миллиар­дов долларов. В декабре 1929 года было создано совместное предприятие «И. Г» и «Стандард Ойл», в прерогативы которо­го входило взаимовыгодное использование дорогих патентов и производство синтетического горючего. Новое учреждение было названо «Америкэн И. Г. компани», места в совете дирек­торов которой заняли ведущие капитаны промышленности и бизнеса: Эдсел Форд из «Форд Мотор компани»; Уолтер Тигл, глава «Стандард Ойл» и один из директоров Федерального резервного банка Нью-Йорка; К. Ю. Митчелл, шеф нацио­нального «Сити-банка» и директор ФРБНИ; и Пол Варбург, первый член и создатель Федерального резервного Комитета и председатель банка «Манхэттен» (101).

«Полную историю «И. Г. Фарбен» и ее деятельности на миро­вой арене перед Второй мировой войной узнать невозможно, так как все немецкие документы на этот счет были уничтожены перед победой союзников» (102), но есть достаточные основа­ния полагать, что германо-американское техническое и воен­ное сотрудничество, прикрытое сложными и запутанными кор­поративными контрактами, опиравшееся на «нейтральные» узлы решетки (например, в Голландии и Швейцарии), продол­жалось в течение всех тридцатых годов, а вероятно, что и во время Второй мировой войны:

«Стандард Ойл» [будет поддерживать] картельные отноше­ния с «И. Г. Фарбен», независимо от того, будет война или нет... Официальный представитель «Стандард Ойл» сказал: «Технология должна развиваться...» (103)

Во время Второй мировой войны «И. Г.» производила и обеспе­чивала нацистский режим большей частью, если не всем коли­чеством следующих материалов: синтетический каучук (100 процентов), лакокрасочные материалы (100 процентов), отравляющий газ (95 процентов), пластмассы (90 процентов), взрывчатые вещества (84 процента), оружейный порох (70 про­центов), авиационный бензин (46 процентов), синтетический бензин (33 процента); мы не упомянули еще «Циклон Б», упа­кованный в банки цианид, которым убивали заключенных кон­центрационных лагерей. Это соединение производило пред­приятие «И. Г.» в Леверкузене и продавало его государству из Баварии под невинным названием «Дегеш» (104).

Созданный после войны в Америке сенатский комитет, воз­главляемый Харли М. Килгором, демократом из Западной Вир­гинии, добросовестно разобравшись в разветвлениях тайного сговора американцев с врагом и не удержавшись от некоторой подчистки обнаруженных при этом непристойных фактов, оформил свое заключение вполне в духе известной еще с вер­сальских времен союзнической апологетики:

Соединенные Штаты случайно сыграли важную роль в тех­ническом вооружении Германии... Ни военные экономисты, ни корпорации, как представляется, не понимали в полном объеме, что все это означало... немцы приезжали в Детройт изучать технологию специализированного производства компонентов... Технологии, усвоенные немцами в Детройте, впоследствии с успехом были применены при создании пи­кирующего бомбардировщика «Ю-87» («Штука») (105).

Таким образом, даже по доступным скудным свидетельствам, можно резонно предположить, что американское сотрудниче­ство с немецким военно-промышленным комплексом во време­на Веймарской республики и нацизма было действительно ин­тенсивным и всепроникающим. «Машина Дауэса» возвестила решающую фазу инкубации нацизма в 1924 году, когда властите­ли американской банкирской решетки, высиженные Норма­ном, принялись со знанием дела делить между собой квоты про­даж облигаций гигантской германской индустриальной оси.

«Морган и К°» и Рокфеллер через «Чейз Нэшнл» продвигали акции «И. Г Фарбен» и немецких химических заводов на Уолл­стрит. «Диллон и Рид» разместили долговые обязательства (на сумму 70 миллионов долларов) от лица угольных и стальных концернов, таких как Vereinigte Stahlwerke Альфреда Тиссена. Эти деньги послужили тайным фондом нацистской партии*,

* См. стр. 233

а также источником создания чугуна и тяжелого проката для Третьего рейха. «В. А. Гарриман и К°», слившаяся в 1931 году с «Браун-бразерс» спонсировала германские электротехниче­ские конгломераты (106). Как мы увидим в дальнейшем, пере­смотренный план Дауэса, так называемый план Янга 1929 года, был назван по имени сотрудника компании «Дженерал элект­рик» Оуэна Янга. Янг после этого был назначен одним из зару­бежных директоров АЭГ. АЭГ, германский аналог «Дженерал Электрик», крупный, созданный еще старшим Ратенау, получил но плану Дауэса только в виде заимствований не меньше 35 мил­лионов долларов. К 1933 году, когда с неопровержимой яснос­тью стало понятно, что компания финансировала Гитлера, 30 процентов акций АЭГ принадлежали ее американскому партне­ру — «Дженерал электрик» (107).

Это отнюдь не случайность: Германия постепенно, но неу­клонно вооружалась в полном соответствии с диктатами Верса­ля. С 1924 года англо-американцы оснастили и снарядили то, что впоследствии стало германской военной машиной, потра­тив на это более 150 долгосрочных займов, заключенных в те­чение менее семи лет (108): чем лучше и совершеннее оснаще­ние, тем более мощной станет германская армия, тем более кровавой будет война, тем более громкой будет неизбежная победа союзников (и поражение Германии, умело направлен­ной на конфликт), тем более полными и окончательными будут завоевания англо-американцев. За планом Дауэса не было ни алчности, ни коварства, преследовалась единственная долго­временная цель — подготовить вечного врага к смертельной конфронтации, конфронтации, план которой будет отработан несколько позже.

На эти американские заимствования Германия оказалась спо­собной восстановить свой промышленный потенциал, сде­лав его в целом вторым в мире... и платить репарации, не имея ни сбалансированного государственного бюджета, ни положительного торгового баланса (109).