Яростный клинок - Дэвид Геммел

— Можно задать вопрос, генерал?

— Конечно.

— Почему лучники находятся за стенами? Ведь с укреплений можно было бы убить сотни врагов.

— Это означало бы, что они поднимутся на стену и сами станут мишенями. У меня их только шесть сотен, и я слишком ценю их, чтобы бездумно разбрасываться. Смотри на них и учись.

Лучники ждали сигнала Джасарея. Кргда он махнул рукой, они подняли луки и принялись пускать стрелу за стрелой. Те взлетали и сеяли своими смертоносными наконечниками панику во вражеском войске.

На укреплениях шла ожесточенная битва, но солдаты Каменного Города, защищенные нагрудниками, шлемами и прямоугольными щитами убивали легковооруженных нападающих. И, как Бануин и говорил, короткие мечи были очень удобны в битве на близком расстоянии. Несколько кердинских воинов с лицами, раскрашенными охрой, прорвались сквозь ряды тургонцев. Джасарей отправил три отряда по шестьдесят человек, чтобы остановить их и защитить укрепления. Со стороны западных ворот донесся глухой звук, похожий на дальний раскат грома. Ворота дрогнули. Конн глянул на лица солдат рядом с ним. На них было написано ожидание, но не страх. Джасарей стоял спокойный, как всегда. Сняв шлем, он провел рукой по редеющим волосам.

— Хорошо, что дождь кончился. Ненавижу сражаться в ливень. Что ж, пойдем им навстречу.

Офицеры отдали приказы, и войско построилось в колонны по четыре и отправилось мимо обозных телег к открытому пространству возле ворот. Там они перестроились в боевой порядок — десять человек в глубину. Первый ряд сомкнул щиты. Конн и Джасарей стояли за четвертым рядом.

Удары продолжались, и одно из бревен треснуло. Потом второе. Через несколько минут ворота приоткрылись и показался обитый бронзой таран. В пролом кинулись сотни намазанных охрой воинов. За тургонцами ударил барабан, и они начали продвигаться вперед. Кердины бросились на строй, на жестокие колющие мечи первого ряда. Сотни погибали, и солдаты шли по их телам. Люди во втором и третьем рядах добивали упавших, втыкая короткие мечи в тела раненых кердинов. Кельтоны не теряли мужества, и битва продолжалась почти час, пока строй тургонцев не достиг разрушенных ворот. В этот момент затрубили отступление, и кердины скрылись в темноте. Ворота быстро починили, а солдаты принялись выносить тела мертвых противников за пределы лагеря, складывая их в кучу. В битве погибло более двух тысяч кердинов и всего шестьдесят солдат Каменного Города, а около ста пятидесяти получили сильные раны, которые приходилось зашивать.

Ближе к рассвету Конн подошел к стене и посмотрел на три огромные кучи мертвых тел. Солдаты, не принимавшие участия в битве, выкопали огромные ямы и набросали в них пропитанных маслом дров. Туда же сбросили трупы, добавив еще хвороста.

Когда солнце поднялось выше, солдаты бросили в ямы факелы из соломы, пропитанной маслом. Дрова легко загорелись, и Конн смотрел, как языки пламени лижут мертвые тела. Вскоре огонь загудел, пожирая трупы, и над лагерем поплыл сладковатый запах горящей плоти.

«Моя первая битва, — подумал юноша, — а я не обнажил меча в гневе. Сражение не достигло четвертого ряда».

К нему подошел Валанус. У офицера была рана на щеке, искусно зашитая.

— Что с тобой случилось? Я надеялся, что буду сражаться с тобой рука об руку на северной стене.

— Я был с генералом. Он как-то узнал, что на нас нападут? Неужели Джасарей провидит будущее?

— Он чувствует такие вещи. С другой стороны, это не первый раз, когда солдат заставили встать и построиться посреди ночи. Он часто делает так, чтобы они не расслаблялись. Может быть, ему просто повезло. Однажды я сказал ему, что на его долю выпало больше удачи, чем положено. Знаешь, что он ответил? «Чем лучше планирую, тем больше мне везет». Почти пошутил, можно сказать. Так зачем ты ему понадобился?

— Так и не знаю. Хотел поговорить о Бануине. Кажется, он некогда был генералом.

— Так это был тот Бануин, — присвистнул Валанус. — Мне и в голову не приходило. Бануин довольно распространенное имя в Каменном Городе. Но твой друг был Призрачным Генералом. Он командовал кавалерией и всегда появлялся там, где враг его не ожидал. После первой гражданской войны ушел в отставку. Это многих удивило. Все думали, что он займется политикой.

— Джасарей сказал, что Бануин был его учеником и учителем. Не знаешь, что имелось в виду?

— Знаю. Когда Ученого отправили в армию, он не знал ничего о военном деле. Зато прекрасно знал логистику и науку о снабжении. Бануина направили к нему учить военному этикету, умению командовать и так далее. Как легко заметить, Джасарей способный ученик.

Ветер поменялся, и черный дым от горящих тел пополз на лагерь.

— Две тысячи умерло, и ничего не достигли. Какая потеря жизней.

— Они не делают выводов, эти дикари. Вечно наваливаются все сразу, думая, что захлестнут нас. По-другому они сражаться не умеют. Никакой организации, никаких офицеров, никакой развитой командной структуры. Стратегия всегда одна — вот враг, давайте нападем на него, а там видно будет. Как ты верно подметил, пустая трата жизней.

— А что бы ты сделал на месте Карака?

— Сдался бы и подписал союз с Камнем. Он не может победить нас. Мы неуязвимы. После сегодняшней ночи его люди узнают об этом. Они вернутся и примутся обсуждать, как мы смертоносны и сильны. И страх их будет расти. К концу лета мы будем строить здесь укрепленные города и сюда приедут тысячи эмигрантов из Каменного Города. Мне самому обещали хороший надел земли, который я могу оставить себе или продать.

— Думается мне, ты с удовольствием поменял бы его на хорошую палатку.

— Ты абсолютно прав, — согласился Валанус.

Остарана настигала смерть. Что было очень обидно сразу по двум причинам: во-первых, это была очередная стычка, а не славная полноценная битва, а во-вторых, Яростный Клинок отговаривал его от безрассудных атак. Ударив саблей противника по лицу, Остаран перепрыгнул через мертвого коня, чтобы сражаться было просторнее. В него метнули копье, пробившее рубашку и задевшее плечо. К нему бросился мечник. Остаран заблокировал сильный удар, подошел ближе и ударил врага головой по лицу. Тот отлетел наполовину ослепленный. В ясном голубом небе сияло солнце, и дул свежий ветерок, неся ароматы травы и сосен. Остаран глубоко вздохнул. Все-таки жизнь прекрасна.

Кердины по крайней мере знают, что такое честь, и нападают по одному, проверяя его и свое мужество. К нему подбежал еще один человек. Остаран высоко подпрыгнул и ударил его в грудь так, что тот упал. Слева бросился мечник. Гат принял удар на круглый деревянный щит и попытался нанести ответный удар. Кердин отпрыгнул, споткнулся о мертвого коня Остарана и тяжело упал.