Самая полная энциклопедия психотерапевта. Клиническая психология - Старшенбаум Геннадий Владимирович

Новая девушка объяснительную написала: «После дождя на асфальт выползли дождевые червячки, мне пришлось их всех перенести назад на газон. Поэтому я опоздала». Не знаем, что с ней делать.

Клиническая иллюстрация

Мужчина 32 лет направлен психиатром с диагнозом: депрессия с навязчивостями, в связи с отсутствием эффекта фармакотерапии. Алексей усаживается в кресло боком, смотрит исподлобья, озирается, смущенно улыбается, ерзает, то подтягивает широкие джинсы, то подхватывает портфель, лежащий на коленях, то вытирает пот со лба, так как одет не по сезону жарко. На нем большого размера темная толстовка, из-под которой выглядывает такая же темная футболка. Держится Алексей то стеснительно, то фамильярно. Говорит вначале тихо, затем очень громко, пересыпая книжный слог матом. Пытается контролировать ход беседы, навязчиво задавая уточняющие вопросы. Он обстоятелен, эмоционально монотонен, серьезен.

Алексея беспокоят навязчивые движения: он часто подергивает брюки, это вызывает опасение потерять управление во время езды на автомобиле. В общественном транспорте у него развиваются панические атаки со страхом смерти от удушья, сумасшествия, деперсонализацией-дереализацией. Алексей с детства боится темноты и закрытых помещений, спит с ночником и открытой дверью. Алексей не может смотреть людям в глаза. Ему страшно и впустить взгляд другого в себя, и открыть свою враждебность. Он не слушает собеседника, пытается перекричать его, чтобы высказаться до конца, часто переходит на мат.

Ухудшение состояния началось у Алексея после очередной потери работы. Он очень старался, был на хорошем счету, затем вступил в конфликт с администрацией из-за нескольких опозданий и был уволен. Такие ситуации с работой и последующие болезненные состояния повторяются у Алексея неоднократно, в это время он залеживается в постели, пользуется материальной поддержкой отчима, а затем ссорится с ним.

С любыми авторитетами Алексей ведет себя одинаково: вначале заслуживает расположение, а потом «гадит». Алексей ценит жену за ее заботу и терпение, но считает ее скучной и неспособной понять его переживания. Он уходил от нее к другой женщине, которая была старше его, с готовностью занималась с ним анальным сексом, в котором ему отказывала жена.

Алешу очень любил родной отец, который оставил семью, когда сыну было 8 лет, и больше с ним не общался. Алеша спал в одной постели с дедом и однажды проснулся оттого, что дед «пристроился сзади». От испуга Алеша притворился спящим, испытывал удовольствие оттого, что дед ласкал его, так как родители обращались с сыном строго. Он побоялся рассказать им о поведении деда, который был главным авторитетом в семье. С этого времени Алеша ложился спать в трусах, ждал, пока дед заснет, и только после этого засыпал, крепко сжимая трусы обеими руками – так же, как непроизвольно подтягивает их теперь.

В ходе психодинамической терапии у Алексея прошли навязчивые движения, выровнялось настроение, улучшились отношения с женой, он отказался от материальной поддержки отчима, устроился на работу.

Прошло около двух лет, и Алексей пришел ко мне снова, на этот раз – с женой Лидой. Лида жалуется на мужа: он уже третий месяц не работает. Оформил отпуск без сохранения содержания, так как у него не получился служебный роман с начальницей. Алексей проводит время за компьютером, лазает на порносайты. Он не слушает собеседника, пытается перекричать его, чтобы высказаться до конца, часто переходит на мат.

Лида хочет опираться на сильного мужчину, а не на мужика, каким изображает себя Алексей, когда бодается с каким-нибудь случайным человеком или когда изъясняется с ней матом. Лида убеждена, что она для него только баба и кормилица, которую он с перепугу хочет унизить, чтобы этим доказать, что он реальный мужик. Они постоянно на ножах.

Они едут через неделю отдыхать, запланировали три встречи через день. Лида рассчитывает, что несколько встреч со мной вправят мужу мозги и он приступит к работе. Алексей упрекает ее: она самоутверждается за счет его невроза, не хвалит, когда он справляется с его отдельными проявлениями. Он интересует ее только как мужик и добытчик. Если бы она любила его, то не критиковала бы, не требовала, а радовалась, когда ему хорошо, пусть и за ее счет.

Лида – менеджер продаж. Ей безразличны товары, которые она продает, и работа мужа, технического дизайнера. Ему тоже неинтересна ее работа. Алексей обижается, когда Лида, придя с работы усталая и злая, хочет полчаса побыть одна и не занимается им.

Мать Лиды – директор гастронома, пьет и матерится. Она командовала мужем, который был гастролирующим музыкантом, хорошо зарабатывал, но карьера не удалась, и матери пришлось все взять в свои руки. Лида до 6 лет жила в другом городе у бабки по матери, но, когда надо было отдавать девочку в школу, бабка заявила, что дальше не справится, и родителям пришлось взять ее к себе. У Лиды есть брат на 10 лет младше, которого мать тревожно опекает. Лида так же тревожно опекает Алексея.

Я спрашиваю Алексея: если жена подражает своей матери, то что мешает ему подражать своему отцу, который кормит его до сих пор? Алексей с горечью поправляет меня: не отцу, а отчиму. И тут же упрекает Лиду в том, что она никогда так его не спросит, ей наплевать на его чувства. Отчим тоже не смог заменить отца, откупается деньгами.

Алексея волнует, что 13-летняя дочь провоцирует воспитательный конфликт между родителями, изображать ли перед ней согласие? При малейшем споре они оба матерятся и готовы разойтись, но снова сходятся, как товарищи по несчастью. Они с Лидой не умеют конструктивно спорить, каждый сразу защищает свою правоту, умничает и умаляет партнера, лишь бы победить.

Алексей согласен выйти после отпуска на работу, если тогда жена будет уважать его. Лида признает, что сотрудничает лишь по-деловому, не позволяя грузить себя невротическими переживаниями мужа. Она готова советовать ему и может обходиться без его советов (и моих).

Лида признает у себя созависимость к компьютерной зависимости Алексея, которую она ревностно пытается контролировать. Она сама заигралась в роли доминирующей матери, то потакающей, то наказывающей. У них с мужем садомазохистские отношения, других якобы никогда и не было.

Лида продолжает искупать свою вину, что в 19 лет не сразу ему дала. Алексей доказывает всем, что он мужик, наигранной грубостью, а у Лиды на это аллергия. Лиде надоело сексуальное однообразие: муж всегда как будто опускает бабу. Когда Алексей уходил к любовнице, которой нравился анальный секс, Лида встречалась с успешным бизнесменом, но не осталась с ним, чтобы сохранить семью.

Алексей полагает, что жена просто не захотела подчиняться реальному мужику. Он признается, что боится ее и хочет унизить, чтобы этим доказать, что он настоящий мужик. Когда Алексей напоминает, что его опустил дед, Лида злорадно хихикает, глядя на меня и приглашая присоединиться к ней. Алексей упрекает жену: она не тонкая, чуть что злится и командует, и это неизлечимо.

Алексей. Я дизайнер, творческий человек, мне интересны чувства, между мной и Лидой пропасть.

Лида. Тогда нечего тратить деньги на Геннадия Владимировича, разойдемся. Я пришла попробовать в последний раз.

Я. Лида, вы действительно готовы уйти?

Лида. Ну… Не сразу.

Я. Странная улыбка сейчас у вас обоих: мучительная и как бы извиняющаяся…

Алексей. Мы все время на таком надрыве. Уже 22 раза сходились и расходились. Такое садо-мазо.

Я размышляю вслух. Алексей мог бы, когда из-за невроза сидит дома, что-нибудь делать для ее работы, используя Интернет, да и домашнюю работу делать. Таким образом он разделял бы интересы и заботы Лиды. Сейчас Лида – первая скрипка в делах, Алексей – в любви. Может быть, стоит иногда менять роли? Лида вопросительно смотрит на мужа, он – доверчиво на нее, их руки соединяются. Вспомнив о приличиях, Лида от лица семьи благодарят за помощь, высказывает надежду, что дальше они справятся сами.