Побочный эффект - Алексей Фомичев

И новая плюха, по затылку, то тому месту, куда пришелся первый удар. И хотя было больно, конюх сдержал стон. Невидимый враг не шутил. Убьет.

В критической ситуации даже тупицы начинают соображать быстрее. А конюх тупицей не был. Умом, правда, не блистал, но отнюдь не дурак. Он сразу сообразил, кто грозит ему смертью и почему именно.

– Все унесли в складницу. Там все сбруи лежат.

– Вставай. Покажешь. Пикнешь – тебе конец. Понял?

– Д-да.

– Топай.

Конюх кое-как встал, пошел к дверям. На его плече лежала тяжелая рука, пригибая к земле.

Его последняя надежда – страж на стене. Заметит – поднимет тревогу. Но когда конюх вышел из конюшни и бросил взгляд на стену, то никого не увидел. Сердце конюха заполнил запоздалый страх. А чужая рука сжала плечо и подтолкнула.

– Живее!

…Макс незамеченным прокрался к воротам, бесшумно взлетел по узким ступенькам на стену и замер. Стражник стоял метрах в пяти. Надо убрать его тихо, чтобы не заметили в башне. Но как подойти? Шаги стражник услышит, доски настила хоть и негромко, но все же поскрипывают.

Макс нащупал край настила, опустил ноги вниз, повис на руках. И начал перебирать ими, двигаясь к стражнику.

Тот продолжал смотреть за стену, хотя кроме рва и озера рассмотреть ничего не мог. А чего ему смотреть назад? Тут все тихо, все свои. И гости спят… вечным сном. Должны спать.

Заметить ладони, державшиеся за край настила, стражник не мог при всем желании, даже если бы смотрел под ноги. Не увидел он и выросший словно из-под земли большой силуэт за спиной. И не услышал.

Макс мог сорок раз сделать выход на две руки в полной боевой форме на одной скорости. А сейчас взлетел на настил и того быстрее, подстегивали опасность и риск.

Стражник услышал едва различимый писк доски только когда жесткая рукавица закрыла ему рот, мощный рывок опрокинул назад, а горло пронзила дикая боль. Он судорожно вздохнул, но воздух не проник в легкие. Вместо этого боль разлилась по всему телу, в глазах потемнело, а потом стал темно и в голове.

Макс осторожно опустил обмякшее тело на настил, вытер лезвие ножа о штанину убитого и шагнул к двери башни. Заперта или нет?

В башне бодрствовал второй стражник. Он тоже смотрел за стену, но изредка поглядывал и во двор. Было скучно, но воин знал, как бороться со скукой и сном. Не первый год служит.

Стук в дверь прозвучал, когда стражник пил из кувшина. Холодная вода хорошо разгоняла дрему и освежала голову. Зачем напарник стучится, ведь не закрыто?!

– Ты чего, сам не можешь открыть? – сердито проговорил стражник и шагнул к двери.

Протянул руку, чтобы открыть ее, но дверь вдруг отлетела и с силой ударила его по кисти. В проеме возникла здоровенная фигура. И это был не напарник.

Стражник среагировал мгновенно. Кувшин полетел в фигуру, рука цапнула топор. Фигура уклонилась. Прыгнула вперед. В тесноте башни особо не помашешь; замах вышел слабым, и стражник ударил по прямой, целя топором в лицо врага. Но тот вновь ушел в сторону.

Ответного удара стражник не заметил. Но в горло вонзилась сталь, разом отняв силы и возможность сопротивляться. Второй удар угодил в глаз, достиг мозга и прервал муки воина.

Макс проверил тело. Уложил его на пол, выскочил из башни и прыгнул к воротам. Два здоровых бревна, служивших засовами, легко вышли из пазов и легли на землю. Все, дело сделано! Теперь надо ждать остальных. Как они там управятся?..

Складница была на первом этаже донжона неподалеку от зала. Конюх провел Виктора к низкой двери, обернулся и испуганно посмотрел на поисковика.

– Сюда нельзя входить без разрешения.

– Я даю разрешение. Открывай.

Конюх секунду помедлил и толкнул дверь. За ней оказалось просторное помещение с несколькими рядами полок по периметру. На них лежали седла, упряжь, стремена, подковы. В углу были мешки. А в центре стоял кастелян и дружинник.

– …Такие седла делают хординги, – говорил кастелян. – Они похожи на степные, только с более высокой спинкой. Хорошие…

– И впрямь хорошие, – отодвинув конюха, вошел в помещение Виктор. – Только зачем их было приносить сюда? Они вроде как не ваши?!

Кастелян застыл с открытым ртом, глядя на поисковика испуганным взглядом. А дружинник без промедления вытащил топор и шагнул вперед.

– Зачем же на гостей с оружием бросаться? – насмешливо спросил Виктор, не двигаясь с места. – Барон Дром не похвалит за это.

Воин также молча сократил дистанцию и приподнял топор, готовя замах. Его намерения были ясны, как стекло, но Виктор продолжил игру.

– А что это вы ночью-то седла взяли? Мы ж на охоту собрались?!

Говорил он для кастеляна, и ответом ему было выражение лица Этоха, побледневшее до предела. Он-то думал, что наймиты уже мертвы, в их комнате тихо, видимо, всех перерезали.

Дружинник резко замахнулся, ударил быстро наискосок по шее. Виктор ушел финтом, одновременно выхватив фальшион, и с неудобной позиции снизу-вверх по косой траектории полоснул воина по внутренней стороне руки.

На том был кожаный доспех, но он не защищал подмышки, клинок поисковика вспорол кожу, мышцы, дошел до нерва и артерии. Кровь брызнула тугой струей, рука мгновенно обмякла и топор выпал из ослабевших пальцев. Лицо воина перекосила гримаса боли, он попробовал достать кинжал, но второй удар пришелся по шее. Он перерубил позвонки и мышцы, голова слетела с плеч, упала на пол и подкатилась под ноги кастеляна.

Этох вскрикнул, отступил назад и привалился к полке. Расширенными глазами смотрел на поисковика, сдерживая крик.

Витя поманил конюха, вжавшегося в дверной косяк, велел подойти ему к кастеляну.

– Берите седла и упряжь и несите в конюшню. Живо! Иначе головы поотрываю!

Вид обезглавленного тела ясно говорил, что наймит не шутит. Кастелян трясущимися руками подхватил ближайшее седло, на него положил второе, третье. Оно соскользнуло вниз, но конюх успел подхватить его.

Нагруженные до предела конюх и кастелян под присмотром Виктора прошли к конюшне, где, повинуясь коротким командам, стали седлать лошадей, а потом запрягать битюгов в повозку.

Витя на миг выглянул наружу, провел взглядом по стене и башне, заметил рослую фигуру Макса, махнул рукой. Часть дела сделана. Во дворе тихо, путь свободен, транспорт готов. Что у Тёмы с Михой?

…Ведущая на второй этаж лестница была такой же узкой, как и во всем донжоне и на стене. Суровая необходимость диктовала свои условия строительства. По узким ступенькам можно пройти только одному. Врагам будет сложно захватить верхние этажи, по очереди подставляя головы под удары всего одного человека. Так строили во все эпохи во всех мирах. Не были исключением и домининги.

Лестница выводила в узкий коридор. В дальнем конце он раздваивался. Слева были покои барона, справа его будущей жены. А ближе к лестнице остальные помещения.

Артем и Михаил немного задержались у ближних дверей, слушая, что за ними. Но там было тихо. Потом осторожно выглянули за поворот. У двери в покои барона никого. А вот у дверей, где сейчас были баронесса с сыном и служанкой, стояли два воина. В доспехах при оружии и даже при щитах. Почетный караул, мать их так! За каким он там?

От поворота до дверей было метров семь. Коридор освещается тремя факелами, их света хватало, чтобы разогнать тьму, но все равно было темновато. Однако вплотную к дверям не подойти, воины заметят и поднимут тревогу. Сколько дружинников с Дромом? И сколько еще в донжоне? Нет, шуметь нельзя. Надо тихо. Но как?

– Давай сюда, – прошептал Артем. – Я тебя на плечо подниму.

– На хрена?

– Попробуем отвлечь внимание. Приготовься к падению.

– Ты чего удумал? – шепнул Михаил.

– Шутку. Некогда объяснять, по ходу поймешь. Готов?

Михаил пожал плечами и дал поднять себя. В доспехах и при оружии он весил больше сотни килограмм. Такой вес на одном плече не потаскаешь, но у Артема хватало сил и на большие веса. Лишь бы получилось.

Появление воина с перекинутым через плечо телом привело дружинников в удивление. Лица воина не видно, скрывает шлем и тело лежащего на плече. Чего он прется сюда? И кто это?

– Эй, ты что? – окликнул один дружинник, делая шаг вперед. – Куда несешь? Что с ним?

Воин подошел вплотную, двинул плечом, перемещая лежащего выше, сдавленно охнул.

– Пить надо меньше! Как пройти в библиотеку?

Последнее слово прозвучало на русском и дружинники его не поняли. Нелепый вид воина и его странная ноша привели их в замешательство. Однако полученный от Дрома приказ гласил: «Никого внутрь не пускать!» И дружинники загородили наглецу путь.

– Иди отсюда, пока хозяин не увидел!

– Топай!

– Ща! – Артем зыркнул из-под шлема, уточнил местоположение дружинников и повернул корпус. – Пусть он у вас полежит! А то устал таскать. Лови!

Он сбросил Михаила на дружинников, те инстинктивно подхватили его, набирая воздуха в легкие, чтобы послать наглеца подальше, но крик застрял в их глотках.