В спящем режиме - Сергей Вольнов

Он судорожно сглотнул и посмотрел на свой рюкзак, набитый сохранниками. Не пустыми.

– Наша цель – пятый, – отрезал я. – Есть другие мнения?

– Та ну на фиг, – поддержал Пеца. – Мы ж не отмажемся потом перед представителем. И не поможет никакое бабло, сколько б мы его ни подняли за хабар. Всех киллеров в Зоне не перекупишь.

Чипс молча кивнул.

И я вывел оставшуюся тройку напарников из Бесконечности. Как это мне удалось, словами почти невозможно объяснить. Вообще очень сложно объяснить словами суть того, что с человеком в Троте происходит и что человеку доводится ощущать, видеть, познавать, пережить.

– Проскочили, уф-ф! – с облегчением выдохнул я, когда мы пересекли опушку и крайний ряд деревьев остался позади.

– Наконец-то! Я так соскучился по нормальным изменам и всяким мутнякам, ёпэрэсэтэ! – радовался наш неугомонный здоровяк.

– Мы там пробыли почти сутки! – с изумлением произнес Базя, глядя на заработавшие часы.

– Привал, – скомандовал я, плюхаясь на свой многострадальный рюкзак. – Наше счастье, что не целую неделю.

– Как пойдем? – поинтересовался Пеца, падая рядом и вытягивая ноги.

Чипс молчал и с опаской поглядывал на шеренгу древесных стволов, от которых мы отдалились не так уж намного, метров на двадцать пять.

– Для разнообразия – по прямой. Если повезет, через пару часов доберемся до спуска, – ответил я.

И сам очень хотел верить в то, что сказал правду.

Двадцать седьмой шаг. В рамках

Я испытывал противоречивые чувства. С одной стороны, неподдельное счастье оттого, что мы прошли лесную Бесконечность и выбрались живыми. Да, это действительно повод для истинной радости, потому что мало кто отваживается без проводника, способного разглядеть тропу, пройти Лес. Хотя и с проводниками случаются проколы, как довелось убедиться на собственном горьком опыте.

С другой стороны, в Бесконечном Лесу потеряли Мороза, осталось нас в группе почти вдвое меньше от первоначального количества. Не знаю, как остальных, но меня отсутствие белоусого даже угнетало. Я к нему не привязался, я не был его другом, как и он моим, но… Отсутствие Мороза остро ощущалось. Наверное, этот сталкер – один из тех людей, которые чем-то цепляют, заставляют считаться с ними. А может, все гораздо проще.

Мороз – все-таки лидер нашей группы, и теперь, когда его нет, полномочия ведущего во всех смыслах перешли ко мне. Перешли без голосования и разборок по поводу, кто достоин, а кто нет решать за всех. По-другому и быть не могло. Пеца, Чипс, даже Базя – далеко не новички. Только вот они, при всех их достоинствах – исключительно подчиненные. По своей сути. К счастью, все трое это прекрасно понимали, что и уберегло нашу поредевшую группу от внутренних конфликтов.

Дальше мы шли по лугу приличных размеров. Он раскинулся метров на триста в ширину, а в длину тянулся с километр, то есть примерно четверть расстояния, оставшегося до границы кругов. Дальше за ним более изрезанный ландшафт, потом ложбина, за ней хвойная роща, а за рощей опять травяное поле до самого обрыва, под которым – четвертый круг.

Ад становится все ближе. Неожиданно мне очень захотелось послушать скинутую Доком песню «Road to hell». Позже, позже! Не отвлекайся, проводник! Или правильнее будет сказать – проводник-командир…

– Отвали, сука! – рявкнул Пеца.

Резко поворачиваясь, я лихорадочно прокручивал в голове варианты причин, могущих вызвать настолько сильный гнев.

– Заткни пасть, ублюдок! – рявкнул и Базя.

«Что стряслось?!» – спрашивал себя я, не в состоянии представить, что они такое не поделили, что разъярило их до такой степени.

– Коз-злы! Как же вы меня дос-с-стали… – злобно зашипел я и тут же сам поразился своим словам. Чего это я?! Накипело, что ли?

– Заткнись, мразь! Пока я тебя не заткнул! – предупредил Базя. Меня.

– Заткнитесь оба! Иначе пеняйте на себя! – Пеца решил предупредить нас обоих.

– Крутой, да?! – с издевкой в голосе произнес Чипс. – Пора бы тебя на место поставить, ущерб…

Пеца резко развернулся и сделал выпад левой рукой в сторону Чипса. Но мелкий снайпер обладал отменной реакцией: не только ушел от опасной для своего здоровья ручищи, но и выхватил из-за пояса пистолет.

– Ни шагу, бычара! Не то в твоей башке будет на дырку больше! – угрожающе сообщил он. При этом глаза Чипса сверкнули, а рот искривился в демонической усмешке.

Я почувствовал, как во мне закипает лютая ненависть. К ним ко всем. Как же они меня достали! Незаметно для окружающих я перемещал правую руку к висевшему на поясе ножу. Три цели. Я должен уничтожить три цели.

– Знаете, чем тут смердит? – тоном победителя спросил Чипс. – Это запахи вашего страха и вашей ничтожности.

Он прав. Вокруг сильно пахло. Розами, ромашками и сиренью одновременно.

– Сдохните, мля! – Базя вскинул свой «калашников» и дал веерную очередь.

Рефлексы сработали безотказно: я упал на землю еще до того, как из ствола вылетели первые пули. Пеца и Чипс, видимо, поступили так же.

Отгремела очередь, и я подхватился с земли, прыгнув с места, как охотящийся на голубя кот. Правую руку сжать в кулак, левую чуть растопырить… Удар правой в челюсть, левой схватить за ворот комбеза.

– На, сука! На, сука! – кричал я, колотя извивавшегося подо мной Базю. Жаль, что он, сука, вовремя и хорошо закрывал лицо руками.

– Заполучи, ёпэрэсэтэ!!! – услышал я рев, одновременно ощутив в позвоночнике жгучую боль.

Чувствительность всего тела вдруг пропала. Земля начала удаляться, а потом резко смазалась. Мгновение – и перед глазами уже затянутое плотными тучами небо… «Меня схватили сзади и отбросили в сторону», – догадался я, шмякнувшись обратно на землю. Ничего не оставалось, кроме как наблюдать за другими.

Чипс разбежался и в прыжке ударил Пецу пяткой в грудь. Тот упал, как подкошенный, но из борьбы не выпал. Здоровяк сделал Чипсу подсечку и, когда снайпер упал, навалился на него. Затянутые в перчатки ручищи сомкнулись на горле Чипса. Базя подобрал свой автомат и, не без труда поднявшись на ноги, навел его на меня…

Недалеко рвануло. А потом еще и еще. Воздух заполнило ужасно противное, вызывающее острую головную боль пипиканье. Перед глазами заметалось, поплыло…

Ощутив, что уже могу двигаться, я приподнялся на локтях. Картина мира перед глазами дергалась, словно сильный ветер трепал не закрепленный в раме холст. На мгновение я заметил торчащие из травяного покрова луга зеленые, кочкообразные хреновины высотой в метр и шириной вполовину меньше.

Гнев, до этого бурлящий во мне вулканической лавой, начал улетучиваться. Испарялся он, похоже, также из голов Бази, Пецы и Чипса. Они прекратили драться и замерли.

– Сдохните, твари! – услышал я знакомый голос и вслед ему выстрелы. Доносилось все это с другой стороны.

С трудом повернув голову, увидел бегущего к нам Мороза. Выглядел он жутко – весь в крови и зелени, комбез в нескольких местах разорван. Усатому сталкеру пришлось нелегко. А его усы… Ранее белоснежные, они теперь были красными. От крови, сочившейся из его носа.

Мороз снова выстрелил. Пипиканье стало громче. Сталкер быстро сменил магазин своей «беретты». Снова выстрелил, но уже в другом направлении. Пипиканье нарастало.

Картина перед моими глазами сузилась до щели, концы которой начали стремительно уменьшаться к центру. Секунда – и щель превратилась в точку.

– А-а-а-а-а-а-а… – голову словно пронзило раскаленным прутом. Мозг не сумел обработать столь необычную зрительную информацию.

Очнулся я от того, что в лицо брызгали холодной водой.

– Вставай, сталкер! – бодрым голосом призвал Мороз.

Открыв глаза, я увидел перед собой его усатую рожу. Усы уже были белоснежно-чистыми. И когда он успел отмыть их?

– Хватайся за руку! – потребовал Мороз.

– Осторожней, голова болит, – предупредил я.

Вопреки опасениям, Мороз медленно и аккуратно помог мне сесть на пятую точку.

Неспешно, боясь новой вспышки боли, я осмотрелся. Тот же луг. Почти тот же… Если бы не стоящие то тут, то там, странные кочкообразные предметы. Из них сочилась зеленая фосфоресцирующая жидкость – по-видимому, аналог крови. Некоторые из них были и вовсе разорваны, а то и выкорчеваны с корнями. Ну да. Были же взрывы – без гранат не обошлось.

– Вставай! – Базя тряс лежащего без чувств Чипса.

– Черт возьми, что произошло? – спросил я у Мороза.

– Вы попали под ссорняки.

– Твою мать… Это ж вроде байки! – не поверил я, растерянно почесав затылок.

– Хороши байки. Ссора знатная вышла! Пеца чуть не задушил Чипса, а Базя едва не набил тебя свинцом.

Блин, а я-то не врубился, откуда во мне столько гнева взялось…

Да уж, ссорняки потому и зовутся так, что всех ссорят между собой. Я припомнил слухи об этих влияющих на психику мутантах-растениях.

– А потом, когда сталкеры поубивают друг друга, ссорняки запускают в них свои корни и начинают медленно поедать трупы, – добавил Мороз, как будто расслышал, что появилось в моих мыслях.