Нумерос 78 - Raavasta

— Нет, нет, нет, — захлопав в ладоши, привлек к себе внимание другой арранкар с темной кожей и монструозной рыжей афро-прической. — Нноиторра-сан, я повторяю вам уже в десятый раз…

Выйдя из-за пульта, напоминавшего те, что встречаются в студиях звукозаписи, второй пустой подошел к первому и перелистнул нотную тетрадь на пюпитре, стоявшем рядом.

— Вот, Нноиторра-сан, видите. Здесь переход не «ля», а «ля-бемоль». Вам надо уловить момент и тогда…

— Послушай, умник, нах! — набычился одноглазый. — Ты думаешь, мне так легко играть с раздробленными пальцами?

В доказательство Нноиторра поднял руки, демонстрируя свои перебинтованные кисти, на которых, судя по виду, были переломаны все десять пальцев.

— Хочешь, сам попробовать так помудохаться?! Могу устроить! — буркнул Нноиторра и отвернулся от «учителя».

— Москеда-сан, вы, пожалуйста, не обращайте сильно внимания, — голос третьего пустого, незамеченного Садо ранее, разорвал повисшую паузу.

Еще один одноглазый арранкар только уже с платиновыми волосами сидел в самом углу, удачно «спрятавшись» за барабанной установкой.

— Просто Нноиторра-сама немного переживает, — продолжил объяснение парень. — Вы ведь знаете, если мы не успеем закончить запись музыкального извинения к вечеру, то Старрк-сама пообещал оставить себе занпакто Нноиторра-сама уже навсегда.

— Тесла! Психолог недоделанный! — обернулся тощий пустой. — Ты б лучше вообще не отсвечивал! Сиди и думай, где нам третьего достать для этой партии, а тот ты только и умеешь своими палочками стучать!

Облаянный Тесла быстро ретировался обратно под прикрытие барабанов. Москеда тяжко вздохнул и снова залистал ноты.

— Откуда только вообще вы взяли эту песню, еще текст такой…

— Есть тут одна мелкая тварь, — глухо буркнул в ответ Нноиторра, — у которой какой только фигни не находится, по делу и без…

Разум Садо, медленно приходивший в себя, наконец-то, наладил контакт с остальным телом. И первое, что сделал мексиканец, это попытался уйти отсюда также незаметно, как и удалось проникнуть. Но на этот раз удача ему не сопутствовала. Головы всех пустых синхронно повернулись на неосторожный шорох со стороны.

— Опаньки, — прищурился одноглазый верзила. — Гости! Эх, ну, хоть развеюсь…

Одна из рук Нноиторры рефлекторно потянулась куда-то в сторону и сделала движение, будто бы пытаясь что-то схватить. Но ничего кроме воздуха в том месте не было, и когда осознание этого достигло арранкара, его лицо болезненно скривилось.

— Вот же гадство!

— Это, парень, ты неудачно зашел, — счел нужным заметить Москеда, хотя Чад и так уже все прекрасно понял.

Высокая фигура выпрямилась над роялем, но только начавшееся движение «ученика» и «учителя» в сторону мексиканца прервал голос Теслы.

— Подождите! Эй, парень!

Садо, изготовившийся к смертельной битве, перевел удивленный взгляд на барабанщика, остальные арранкары тоже невольно покосились на оратора.

— Нноиторра-сама, Москеда-сан, подождите! Может быть, нам как раз повезло, — Тесла подался вперед над своей установкой. — Парень, ты случайно ни на чем не играешь?

— Вообще-то играю, — непонятно почему вырвалось у Ясуторы. — На гитаре. В группе…

Услышав ответ, Нноиторра прищурился еще сильнее и задумчиво погладил ладонью себя по острому подбородку.

— Тесла, у нас есть электрогитара?

— У нас все есть, Нноиторра-сама! — радостно откликнулся барабанщик и тут же метнулся куда-то через зал, начав греметь непонятными коробками в другом углу. — Нацу тогда все по моему заказу принес, до последнего переключателя…

Упоминание Нацу заставило Садо вздрогнуть. К его удивлению, реакция тощего пустого была почти такой же.

— Значит так, смертный, — заявил верзила безапелляционным тоном. — Я — Квинта Эспада Лас Ночес! Пятый по силе арранкар в армии Айзена! И ты либо помогаешь мне и валишь отсюда на все четыре стороны, или я тебя прибью прямо сейчас!

— А что делать? — так и не понял до конца мексиканец.

— Поможешь нам песню записать, побренчишь немного и свободен. И вообще, не доводи меня дурацкими вопросами!

— Но у меня времени на это нет. Я должен…

— У тебя имя есть? — перебил Чада арранкар с афро-прической.

— Ясутора Садо…

— Так вот, Ясутора, — продолжил Москеда, пока Квинта Эспада возвращался обратно за рояль, — ты либо, молча, помогаешь, либо придется с нами драться. И поверь, времени это в любом случае займет гораздо больше. Вот держи!

В руках у Чада оказался лист с нотами и текстом песни.

— Чем быстрее вы сыграете, тем быстрее ты отсюда уйдешь, — на полном серьезе заключил пустой и, повернувшись к одноглазому, дождался подтверждающего кивка.

Садо оставалось лишь несколько раз безмолвно хлопнуть глазами. Из темноты появился улыбающийся Тесла, волокущий на себе гитару и усилители.

Развалины, в которые угодил Рэнджи, выглядели пугающе. Странно, зачем его доставил сюда тот люк, внезапно раскрывшийся под ногами у шинигами? Если бы это была камера заключения или нечто подобное, то понятно, но порушенное здание…

Заглядевшись на небо, оказавшееся неожиданно голубым и светлым, лейтенант не сразу ощутил чужое присутствие. Хотя хаотичные нарушения в общем фоне реяцу этого места тоже сыграли свою немаловажную роль.

— Уроды, — послышался из-за развалин чей-то разочарованный голос. — Тупые надменные гуманитарии! Да что они понимают! Сволочи… Нет, ну, нельзя же так, в самом деле, обращаться с ценным оборудованием…

Любопытство оказалось сильнее здравого смысла, и Рэнджи начал пробираться по завалам на звук. Периодически, пространные сетования неизвестного прерывались булькающими звуками непонятного происхождения. Выбравшись, наконец, на гребень бетонной кучи, некогда являвшейся, по-видимому, стеной, шинигами узрел поистине неожиданную картину. К такому в Академии его точно не готовили.

Среди развалин на пяточке, очищенном от мусора, возвышался прямоугольный стол, подпертый с одной стороны вместо ножки расколотым блоком. На двух таких же камнях по разные стороны от столешницы сидели двое пустых, имевших некоторое внешнее сходство. Правда, один был жгучим блондином, а волосы второго имели удивительный розовый оттенок. На столе возвышалась початая бутыль с неизвестным содержимым, пара стаканов и какие-то тарелки с мелкой нарезкой из мяса, сыра и овощей.

— Вот, скажи мне, брат! — поддатым голосом протянул розовый арранкар. — Почему, люди науки, такие как я, постоянно должны пробиваться, мучиться, страдать от угнетений со стороны массового потребителя, зачастую вообще не способного оценить тот труд, что был затрачен на открытия?! Которыми он, скотина, пользуется каждый день своей никчемной жизни, даже не задумываясь об этом?!

— Наука — это постоянное развитие, — подумав, ответил блондин и стал разливать жидкость из бутылки по стаканам. — Ты сам мне так говоришь все время, брат. А что же такое развитие? А развитие — это эволюция! Борьба! Каждый день, с утра и до вчера! Каждый день, брат! И либо ты силен настолько, что можешь идти этим путем, либо…

Арранкар пожал плечами, как бы намекая на не озвученное окончание мысли. Как ни странно, в отличие от Рэнджи, собеседник блондина прекрасно понял.

— Тогда, за тех, кто не сдается!

— Правильно.

Братья чокнулись и осушили стаканы залпом, после чего чинно закинули в рот по кусочку мяса и некоторое время, молча, жевали.

— И все-таки, они сволочи… Я для них… а они!

— Но за дело же, — укорил розового собеседник.

— Все в юности совершают ошибки, — угрюмо вздохнул пустой. — Но лабораторию зачем же было громить! Опять!

Пребывая в полном шоке, от увиденного лейтенант Абараи слишком сильно высунулся вперед, и кусок бетона, на который он опирался, неожиданно поехал вперед и вниз. Не удержавшись, Рэнджи на брюхе съехал вниз, подняв облако пыли и оказавшись у самого стола арранкаров-философов.

— О! Шинигами… А откуда?

Рэнджи вскинул голову и стер ладонью с лица толстый слой пыли, готовясь к самом у худшему. Но оба пустых продолжали сидеть на прежних местах, с вялым интересом рассматривая сверху неожиданного гостя.

— Вспомнил, точно, — заговорил тот, что был розовым. — Я же комплекс «Ловчая сеть» не успел отключить, когда ко мне эта банда моралистов ворвалась. Это один из вторженцев, видимо, о которых Айзен-сама говорил на собрании…

— Понятно, — кивнул блондин, извлек откуда-то новый пустой стакан, дунул в него и снова посмотрел на Абараи. — Шинигами, третьим будешь?

Оглянувшись по сторонам, Рукия поборола свои последние сомнения и, все же сохраняя некоторую опаску, двинулась вслед за белой фигурой в высокой маске. Неизвестный уже скрылся в темноте за воротами на другой стороне моста, и шинигами решила, что стоит поторопиться. И хотя почти настоящее небо над головой неумолимо притягивало взгляд, особенно после бесконечных подземных коридоров, слишком долго оставаться на открытом пространстве было, вероятно, гораздо опасней.