Клановое проклятие - Игорь Ковальчук

Осушив два бокала, мужчина расстегнул пиджак и чуть ослабил галстук. Загадочно посмотрел на молодую женщину.

– Я полагаю, ты подумала.

– Подумала.

– И что же? Какое решение приняла?

– А ты полагаешь, у меня есть выбор?

Он искренне рассмеялся и снова полез в подпространство. Оттуда, дохнув озоном, появился компактный кейс для бумаг, который Вернон небрежно бросил на столик, рядом с бутылкой игристого вина и бокалами. Мужчина и женщина обменялись взглядами. Странный это был поединок – она пыталась казаться усталой, а он – радушным, хотя напряжение, наполнявшее все существо обоих, чувствовалось все равно.

– Значит, будешь готовиться к свадьбе? Очень хорошо. Когда предпочтешь торжество?

– Как можно скорее.

– Разумно. Конечно, – Вернон неторопливо расстегнул кейс и вынул пластиковую папку. Расстегнул ее и подал Катрине. – Тогда подпиши.

– Что это? – молодая женщина осторожно, будто ядовитую змею, приняла папку. Открыла. Внутри лежал мелко отпечатанный документ.

– Брачный контракт, разумеется. В наши дни никто и никогда не заключает брака без брачного контракта. Подпиши, дорогая, – и протянул ей ручку.

– Надеюсь, здесь не предусмотрено, что я должна любить тебя? – холодно спросила она, не протягивая руку.

– Думаю, и без документа я смогу добиться всего, что мне нужно, – улыбнулся мужчина. – Подписывай, родная. К женщине, как известно, любовь приходит в браке. После рождения детей.

– Детей?

– Разумеется. Ты же родишь мне парочку детишек, Катрина.

– Я собираюсь родить только одного. Сына моего покойного мужа.

– Я не против, чтоб ты его родила. Но потом наступит очередь моих собственных детей.

Катрина быстро просмотрела брачный контракт.

– И в случае развода дети останутся с тобой?

– Конечно. Дети должны быть с отцом. Но мы же не будем разводиться, верно, родная? – он подался вперед и придвинул к ней ее бокал. – Я так долго тебя добивался – и не хочу потерять. Я сделаю все, чтоб не потерять тебя.

Почему-то от этих слов женщине стало холодно. Но она не подала виду и, просмотрев контракт еще раз, резко осведомилась:

– Имущество, которое осталось от Руина, будет принадлежать моему ребенку, так? Ты на него не наложишь лапу?

– Зачем мне нужны жалкие деньжишки твоего покойного супруга? Я же говорил, ты не будешь нуждаться. Я в состоянии обеспечить тебя и любое количество детей, которых ты родишь мне. И, разумеется, твоего сына тоже. Кстати, ты так уверена, что будет сын?

– Уверена.

– Ладно. Как видишь, в контракте есть соответствующий пункт. Лучшее образование, лучшее содержание – все лучшее для твоего отпрыска от первого брака. Подписывай, Катрина.

– Контракт вступит в силу лишь после заключения брака?

– Естественно. Я думал, ты знаешь законы.

– Я знаю законы. Когда ты отдашь мне ребенка?

– Как только ты подойдешь к алтарю храма Талаэро в белом платье и под фатой.

– Ты собираешься венчаться в этом храме?

– Именно. Всегда мечтал обвенчаться именно там. Не волнуйся, на самое лучшее платье и на все остальное я дам тебе деньги. Много денег.

– Я предпочла бы венчаться в черном, – сквозь зубы проговорила Катрина.

– Белое платье, – безапелляционно возразил он. – Пышное, все в блестках, с роскошным декольте и шлейфом. Длинная фата с вуалью, бриллиантовое ожерелье, белые туфельки и букет лилий. И все остальное – тоже белое. Я сам выберу все это для тебя в лучшем магазине. Потом будет ужин в ресторане… Скорее всего, в «Аэве»… А потом свадебное путешествие. Ладно, не на яхте. Принимая во внимание твое положение, лучше всего не ставить тебя в ситуацию, когда тебя будет тошнить непрерывно, от любой, самой слабой болтанки. Или, может, ты обождешь с возвращением энергетической составляющей на месяцок-другой?

Молодая женщина сдержалась.

– Нет, – холодно отмела она. – Мы договорились.

– Я помню уговор. И нарушать его не буду. Я забочусь о тебе. Как тебе будет лучше.

– Мне было бы лучше немедленно.

– Ладно. Но надо же нашим родственникам подготовить нам подарки. Поэтому свадьба будет через месяц.

– Я предпочла бы поскорее.

– Через месяц, Катрина. И я хотел бы видеть на свадьбе свою будущую тещу. Против тестя тоже не возражаю.

Щеки молодой женщины вспыхнули. Она на миг стиснула губы, голова закружилась от ярости, но и с этим она сумела справиться.

– Я не позову маму на эту свадьбу.

– Позовешь. Все должно быть, как у всех.

– Не позову. Никто, включая мою собственную мать, не поймет, почему я выхожу замуж через два месяца после того, как овдовела. Мне придется объяснить, что ты меня шантажируешь. Ты этого хочешь?

– Ты сможешь придумать что-нибудь убедительное. Я уверен, что сможешь. Любая женщина на это способна.

Катрина взглянула на него с ненавистью. Вернон ответил ей чарующей улыбкой.

– Злость тебе очень идет, детка. Но в супружеской жизни тебе лучше научиться держать себя в руках.

Женщина закрыла лицо руками.

– Я уже поняла.

– И не нужно делать из этого трагедию. В браке со мной тебе понравится больше, чем с твоим предыдущим придурком.

– Давай договоримся. Я иду на эту сделку, но ты никогда не будешь касаться вопроса моего предыдущего брака.

Вернон немного помолчал.

– Идет.

У Катрины еще никогда в жизни не возникало такого мерзкого ощущения, какое посетило ее в момент, когда она переступила порог салона свадебной моды. Любая женщина, сколько бы раз в своей жизни она ни выходила замуж, входя в магазин, забитый соблазнительными нарядными штучками, чувствует себя совсем юной. У нее замирает сердце, и даже самая незначительная мелочь доставляет удовольствие. Если брак заключается по любви, то красивое платье и туфельки – это зримое воплощение той золотой мечты, что толкает женщину в объятия мужчины. Если же речь идет о браке по расчету, то товары брачных салонов и роскошная свадьба, пожалуй, самое главное удовольствие от брака в целом.

В этом правиле получилось одно-единственное исключение. Катрина Айнар. В салон она вошла с тягостным и стесненным чувством унижения. Вернон, выбирая самые дорогие наряды, гонял ее в примерочную кабинку больше десятка раз, а потом под аккомпанемент аханий продавщиц шумно восхищался своей невестой. Она же краснела, бледнела и мечтала лишь об одном – скорее бы он унялся. Скорее бы это все закончилось.

Но новоиспеченный жених, наконец-то добившийся того, о чем он мечтал уже не одно десятилетие, не унимался. Он-то как раз наслаждался всеми мелочами предсвадебных хлопот. Он таскал Катрину в ювелирные салоны, выбирал с нею кольца и украшения к ее платью, заставлял ее ездить с ним в кондитерские фирмы – заказывать торт – и в ресторан – выбирать меню. Даже выбор машин и корабля, который должен был отвезти их на уединенный остров посреди моря, в благоустроенный, снабжаемый магически двухместный коттедж, оснащенный демонической прислугой (именно там предполагалось провести медовый месяц), он не стал брать на себя. Заставил поучаствовать и ее.