В теле дрища в военной школе аристо 2 - Андрей Борзов

очередного двухметрового паука, я вспорол его живот и извлёк кристалл жизни. Мне приходилось поглощать их для восполнения энергии.

— Око за око зуб за зуб, — пробормотал я этой твари и, не удержав равновесие, завалился на бок, потому что эта мерзость оттяпала мне ногу, поэтому я с особым наслаждением поглотил его кристалл.

Остановил кровотечение и направил силы на восстановление. Нога жутко зудела, пока росла заново. Помогая телекинезом, мне удавалось сохранять мобильность. Перед следующей волной я вернулся к этой твари и вспорол ему брюхо, чтобы достать сапог, а то босиком не очень уютно.

— Покойся с миром, — я прикрыл обрубок ноги куском хитина.

Послышался лязг цепей. Я подумал, что это очередные монстры, но ошибся. С потолка опустилось множество орудийных башен, и по мне открыли шквальный огонь.

На краткий миг я даже подумал, что от меня решили просто избавиться. Может, их смутили похороны ноги? Они не доверяют сентиментальным людям? Или решили, что я им мстить за это буду?

Прикрываясь щитом от шквального огня, мне приходилось при этом вспарывать не выпотрошенных ранее пауков, чтобы забрать их кристаллы для поддержания щита. Пару раз он слетал, и приходилось нечеловеческими усилиями уклоняться от выстрелов. Орудия уничтожить не получилось: стоило приблизиться, и их скорострельность увеличивалась, а я под таким градом энергетических и кинетических выстрелов терял аурный щит.

— Когда же у вас закончится снаряды! — прокричал, уворачиваясь от очередного залпа.

— Считай, что у них бесконечные патроны! — сверху раздался голос учителя. — Твой род предоставил очень большой боезапас. Можешь потом их лично поблагодарить, если выживешь.

«Вот гады!» — мысленно возмутился я.

Но хотя я и злился, у происходящего был смысл. Я чувствовал, как от напряжения гудел воздух. Чувствовал, что сила готова перейти на новый уровень. Испытание было настолько невыносимо тяжёлым, что мне приходилось задействовать абсолютно все ресурсы организма, и это заставляло его прогрессировать, чтобы выжить.

Щит в очередной раз слетел, и мою руку опалило, сжигая дотла. Пришлось уклоняться интенсивней, щит то и дело лопался из-за отвлечение на регенерацию руки.

Одно неловкое движение — и очередь снарядов отсекла ногу. Я падал, и время невыносимо замедлилось в это мгновение, я находился совсем на грани, боль и напряжение разрывали тело, заряды неслись ко мне, чтобы растерзать и уничтожить. Но я хотел жить. И только я мог себя защитить. А если на это нет сил — я должен измениться. Если прямо сейчас я не стану сильнее, я умру.

Нет другого выбора!

«А может, меня не убьют?» — мелькнула крамольная мысль. Она отвлекла на мгновение, я рухнул за тушу паука, последним рывком избежав попадания снаряда в голову. Аурный щит дрожал от попадающих в него выстрелов, я хрипло дышал и отчаянно пытался скорее регенерировать. Мне было холодно.

— Соберись! Если сдохнешь, твоё пропитанное энергией тело пойдёт на усиление других кандидатов! — рявкнул учитель.

Зажмурившись, я глубоко вдохнул, ощущая, как внутри закипает ярость. Была ли это провокация или правда — не знаю, но меня достало быть какой-то подопытной крысой, которую все таскают как хотят. Гнев пылал, заставляя сердце биться сильнее, натягивая нервы.

Я должен стать сильнее.

Я стану сильнее.

Мне нужны были кристалы жизни. Но в таком состоянии я не мог выковырять их из трупов пауков. Значит… значит, я должен получить их так! Я потянулся к ним мысленно, представил, что между нами нет преград, я действительно ощутил их и потянул на себя, и в меня действительно потекла энергия — прямо из останков паучьих тел. Даже крохи энергии, что были не в кристаллах, а в плоти, стали моими, помогали выжить.

Я не собирался проверять правдивость слов учителя.

Я просто не дам возможности их проверить.

Зарычав, я стал подниматься на своих заново отросших руке и ноге. Прикрывавший меня труп уже превратился в бесполезное мясо, меня прикрывал только аурный щит. Уворачиваясь от выстрелов, я чувствовал, что мне легче дышать, легче удерживать себя телекинезом, а аурный щит прочнее прежнего. Энергия волнами бурлила в теле, через мгновение она выплеснулась наружу, разнося в клочья орудия и даже камни стен. Трещины раскололи всё от пола до потолка. Каменный зал затрясся, послышался гул и отголоски человеческих криков. Трещины побежали по потолку, посыпались мелкие крошки камня и песка.

Потолок вот вот обрушится, раздавит в лепёшку, а дверь — выход до сих пор закрыт каменной плитой. Я не успел подумать, что делать — под ногами открылась чернота, унося меня из разрушающегося зала.

Я оказался в таком же просторном каменном зале. Только пол здесь был покрыт песком. В самом центре, убрав руки за спину, стоял учитель. И даже улыбался. Бесстрашный.

— Про планы на твоё мёртвое тело — это было несерьёзно, — слова учителя эхом отразились от стен.

— Это у вас такие оригинальные кричалки команды поддержки, я понял.

Он улыбнулся шире и вынул из-за спины бутылку воды, бросил мне:

— Прости, ученик, но это был обман во благо, чтобы ты задействовал скрытые в тебе внутренние ресурсы.

Поймав бутылку, я открутил крышку. После того, как вода смочила сухое, как пустыня, горло, я проникся добротой учителя. Я сам бывал не многим лучше, а может и хуже.

— Как впечатления от пребывания в статусе легендарного мага? — учитель с хитринкой посмотрел на меня.

Я провёл рукой по животу. Внутри будто сияло солнце. Энергия плескалась, хотела вырваться наружу, и мне было тяжело её сдерживать. Я усилил аурный щит, телекинезом воспарил над землёй на пару метров, но эти манипуляции почти снизили давление этой силы. Её было слишком много. А ещё я чувствовал, что могу подняться под самый потолок, хотя до него было метров шесть.

Равномерно удерживаясь силой между потолком и полом, я сделал молниеносный круг по залу. Глядя на это со стороны, можно было подумать, что я лечу. Я сам почти ощущал себя летящим, аж дух захватило от такого стремительного перемещения и от возросшей силы.

Я завис в десятке метров от учителя. В животе, там, где располагался мой источник, меня распирало от силы:

— Что-то не так с источником? Он воспринимается иначе.

— С твоим источником всё в порядке. У тебя кристаллизовалось внутреннее ядро. Ты на принципиально другом уровне силы.

Я парил над песчаным полом, делать это было удивительно просто. Магия подчинялась так же легко, как руки или ноги. Она окончательно стала частью меня, естественной, словно дыхание.

От открывшихся перспектив закружилась голова.

Я выпустил энергетические лезвия из рук. Они стали плотнее и длиннее. Я чувствовал, что такими будто концентрированными лезвиями я могу пробить самый крепкий щит. Теперь понятно, почему раньше глава отговаривал меня от прямого