В теле дрища в военной школе аристо 2 - Андрей Борзов

на ком конкретно и этим подчёркивая свою непредвзятость, после чего развернулся на пятках и вышел из зала.

Створки дверей за ним закрылись с тихим щелчком, словно сработал капкан.

Из колодца посередине зала вытекли тени. Словно огромные щупальца они расползались в стороны, распространяя вокруг себя черноту. Семь щупалец — ровно по числу участников испытания. Лицо блондинки дёрнулось от отвращения, но она не двинулась с места. Иоичи Сато едва не медитировал, глядя на подползающую к нему тень.

На остальных я посмотреть не успел — щупальце тьмы закрыло обзор. Оно тянулось к моему лицу, и кожей я неожиданно ощутил дуновение ветерка от этого хищного движения. Блондинка всё же пискнула, а кто-то из мужчин судорожно вздохнул.

Я поборол инстинктивное желание отпрыгнуть. Щупальце неожиданно беспрепятственно прошло сквозь мой аурный щит, заставив ощутить себя голым и беззащитным перед его непонятной силой, и я провалился во мрак.

* * *

Круглый каменный зал значительно увеличился в размерах, диваны исчезли, но я не упал, а почему-то стоял, словно так и надо. В расширившемся центральном колодце появилась винтовая лестница вниз. Кованые металлические перила выступали над полом.

— Что это за чудовище? — закричал суетливый брюнет, он указывал дрожащим пальцем на меня. Внешне он немного изменился: нос стал длиннее, а рост уменьшился примерно на голову.

С лица блондинки пропал шрам, и волосы отросли. Теперь её окружали потоки ветра. Седина Иоичи Сато сменилась огненной шевелюрой. Остальные не изменились. Но их всех объединяло одно: они ошарашенно смотрели на меня.

Мне казалось, что я слышу их мысли, но слова размазывались, искажались и стали совершенно непонятными. Очень жаль — это было бы хорошим преимуществом.

— Что уставились? — спросил и обомлел от своего голоса.

Он был настолько жуткий и утробный, что даже мне стало не по себе.

— У кого-нибудь есть зеркало? — я попытался говорить мягче, но результат не радовал.

Я шагнул вперёд.

— Не-не-не подходи ко мне! — Черноволосый карлик, назвавший меня чудовищем, побледнел, ещё уменьшился в размере и с хлопком исчез.

— Осталось шесть претендентов! — сообщил голос, от которого всё неприятно затрепетало внутри: словно сама Смерть предупредила о скором визите.

Посмотрел на свои руки: длинные мощные пальцы с чёрными когтями, сероватая кожа. Мышцы знакомо бугрились, напоминая о прошлом теле. Обнажённый торс впечатлял. На остальных я теперь смотрел сверху, значит, и ростом я выше их.

У дикого мага нервно подёргивалась губа, а Иоичи Сато кивнул каким-то своим мыслям. Синеглазый, по коже которого начала струиться вода, выдавая в нём мага этого направления, медленно смещался в сторону.

Мной соперники дружно перевели взгляд мне за правое плечо.

Я не из трусливых, но сейчас это выглядело жутковато. Слегка повернул голову и скосил взгляд, но ничего достойного таких взглядов не обнаружил.

Снова посмотрел на соперников, но они теперь таращились за моё левое плечо.

«Это же не фильм ужасов, это серьёзное испытание», — напомнил я себе и, резко повернувшись влево, заметил, чёрные завихрения. А потом на меня обрушилась жуткая боль. В глазах померкло, меня разрывало, саму душу разрывало на части. Меня чуть не вышвырнуло из мира духов, хотя я ничего такого не хотел, просто желал, чтобы эта боль, это ощущение разрушения прекратилось.

Огромное чёрное существо вылетело из моей груди, словно душа, и набросилась на стоявшего чуть в стороне мага воды. Когтистые руки чёрного существа до хруста костей обняли мага. Одним стремительным рывком существо оказалось возле колодца уволокло пленника вниз. Его отчаянный крик постепенно удалялся. И, наконец, полностью стих.

А я ощутил невероятное, ошеломительное чувство потери, словно с этим чёрным существом исчезла часть меня.

— Осталось пять претендентов! — пробрал до мурашек голос.

Я схватился за грудь, когтями вспарывая кожу и крепкие мышцы, из ран потекла багряная, почти чёрная кровь.

Ощущение невосполнимой потери не отпускало и даже становилось сильнее. Я лишился части сил, и не только. Все воспоминания прошлого владельца тела исчезли. Теперь о жизни в этом мире я знал только то, что испытал и изучил сам. Осталось лишь знание, что я эти мои-чужие воспоминания были.

Выдернув когти из кровоточащей плоти, я опустил руку.

Густая, почти чёрная кровь, только что стекавшая вниз, вдруг остановилась и, замерев на мгновение, с завораживающей неспешностью потекла обратно. Она до последней капли втянулась в раны, и они сомкнулись, исчезая без следа.

И всё это под диковатыми от изумления взглядами магов. Иоичи Сато чуть сощурился, по его тёмным, отражающим свет глазам и невыразительному лицу трудно было понять его чувства. Мысли окружающих я теперь даже фоновым шумом не слышал.

Маг огня и блондинка переглянулись.

— Признаю поражение, — неожиданно громко сказал бугай с расфокусированным взглядом, уменьшился и исчез с тихим хлопком.

— Трус! — оскалилась блондинка и, подбадривая себя рыком, бросилась к лестнице в центре зала.

Едва её рык прекратился, оттуда больше не донеслось ни звука, словно она исчезла, но мрачный голос молчал.

Маг огня и Иоичи Сато не спешили нападать или уходить.

Мне же всё больше хотелось вернуть утраченные силы, это напоминало неутолимый голод, жажду. Всё моё естество требовало вернуть своё.

Смогу ли я?

Я вдруг понял, что лишился ментальных возможностей и телекинеза.

Как только тень оторвалась от меня, я лишился этих прекрасных и привычных сил.

На миг возникла крамольная мысль: может, это нормальная плата за возможность снова стать собой прежним? Без этой морально слабой стороны, из-за которой я снова научился бояться.

Но почти сразу возникала уверенность, что мне негоже бояться страха или моральной слабости, ментальные силы и телекинез нужны мне как оружие. Я должен догнать эту тень и решить вопрос с оторвавшейся от меня силой. Это даже важнее чем пройти лабиринт!

Не дождавшись от меня реакции, Иоичи Сато и дикий маг огня по дуге от меня двинулись ко входу в лабиринт.

Ухмыльнувшись, я молниеносно преодолел расстояние до лестницы и запрыгнул в темноту раньше них.

Глава 40

Я оказался в каменном зале с расходящимися в разные стороны коридорами. Они были освещены тусклыми сферами и вымощены грубым серым камнем. И абсолютно одинаковы.

Тяги к какому-то определённому коридору не возникло, ждать не имело смысла, я выбрал коридор наугад и осторожно вошёл в него, прислушиваясь и присматриваясь. Достигнув развилки, на мгновение задумался куда идти и пошёл налево.

Через полсотни шагов раздался щелчок — под ногой вдавился камень. Я хотел оттолкнуться телекинезом, но он не сработал. Вылетевшее из паза шипастое бревно сокрушительно врезалось в живот, насаживая меня на колья. И только потом пришла боль. Болтаясь на кольях, я отругал себя за рефлекторную попытку воспользоваться телекинезом.

Сейчас нельзя отвлекаться. Надо быть маскимально эффективным.

Уперевшись ладонями в участки между кольями, я с силой оттолкнулся, сдирая себя с них.