Через пятнадцать долгих лет - Дмитрий Алексеев

— Так и надо с ними работать. Чем больше они оправдываются, тем больше сами понимают, что не правы. Вижу, сработаемся мы с вами Артём. Занимайтесь пока проектом цеха, а там видно будет.

Он был занят в будние дни, да выходные прихватывал. Поэтому звонок от застройщика коттеджа застал его врасплох. Оказывается, надо ехать и принимать работу. В ближайшую субботу он открывал дверь в своё новое жилище.

Прораб, молодой парень до тридцати лет, уверенно показывал объект и хвалил с такой нежностью, будто любимую девушку, так ему самому нравилось. Действительно, придраться было не к чему: свет, вода подключены, нагреватели работают. Артём оплатил им установку кухонного гарнитура, встроенных шкафов, кондиционера, так что можно заезжать и жить.

Всё-таки, Кравцов со всей своей дотошностью пролез везде по два раза, включил все приборы и остался доволен.

Наконец, сбылась его мечта жить в отдельном доме со всеми удобствами и рядом с живописной природой. Мечта эта преследовала его с детства, а приходилось жить в осточертевших многоэтажках.

Он подписал акт приёмки, получил документы на дом и участок. Довольный прораб уехал, а Артём присел на крыльцо открытой веранды и целый час любовался видом на лес. Всё получилось, как и мечталось, правда, в мечтах рядом должна сидеть любимая женщина, да и неплохо бы, чтобы пара карапузов бегали по траве.

Теперь предстояло переселение, но с деньгами — это не проблема. Ещё до вечера он закупил основную мебель, а в воскресенье всё доставили. Ночевал он уже в новом доме, не слишком уютном без штор, да и мебели маловато, однако, спалось на широкой кровати, предусмотрительно рассчитанной и на будущую хозяйку, приятно и без снов.

Почти месяц обустраивал он свой коттедж, окончательно перевёз все вещи, и задумался, что делать с ненужной квартирой: продать или сдавать.

Ирина уехала в Москву, куда её пригласили преподавать в бизнес-школу. Как понял Артём, она заодно решила обсудить с женихом детали брачной церемонии, так что обещание о свидании повисло в воздухе и вряд ли теперь удастся встретится с бывшей любимой в интимной обстановке.

Очень жаль, а так хотелось поговорить откровенно без свидетелей и не оглядываясь на время! Похоже, не судьба.

Работа, наконец-то, занимала всё время и мысли, и Артём был доволен. Личную жизнь он решил отложить до свадьбы и отъезда Ирины. Всё-таки, её присутствие рядом гасило любые возможные чувства к другим женщинам. Он совсем не ощущал пятнадцати лет разлуки и по-прежнему был влюблён, если уж быть откровенным с самим собой. Только возраст и опыт загоняли эту любовь в самый дальний уголок мозга.

Очередная поездка на строительство завода обернулась жутковатым приключением. Они возвращались уже в сумерках, Порошин вёл свой Лэнд Ровер недалеко от выезда на КАД, а Кравцов сидел рядом, любуясь видами. Олигарх сам любил водить и ездил с водителем только при поездках на приёмы и в ресторан.

Неожиданно, их обогнал какой-то лихач на Камри, буквально протиснулся между рядами и рванул вперёд. Тут ему не повезло: не рассчитал габаритов и зацепил попутную Газель. Камри завертело на трассе и вынесло в первый ряд прямо на Ладу. На этом приключения лихача закончились и Камри замерла, а вот для Лады только начались.

Лёгкую машину от удара вынесло с трассы прямо на столб задней частью, разбило багажник и Лада перевернулась. Всё это произошло почти мгновенно на глазах Артёма и Порошина. Он затормозил совсем недалеко от места аварии.

— Бензобак разбило, сейчас загорится! — громко крикнул Артём. — Бери огнетушитель!

Все машины тоже остановились, но никто ещё не бежал на помощь. У Порошина огнетушитель был рядом с сиденьем, от крика Артёма он опомнился, схватил его и рванулся к перевёрнутой машине. Впереди уже нёсся Артём. Водительская дверь от удара открылась и видно было женщину-водителя без сознания.

Он быстро отсоединил ремень у неё и аккуратно оттащил пострадавшую на несколько метров. Из машины раздался плач, Кравцов действовал на инстинктах: рассуждать и думать об опасности было некогда. Попытался открыть заднюю дверь, но её заклинило. Он был в кожаной куртке и просто локтем выбил стекло, а потом рванул дверь со всех сил. Он отчётливо чувствовал сильный запах бензина из разбитого бензобака. Моторный отсек уже горел, а когда пыхнёт сзади, бежать будет поздно.

Машина было далеко не новая и дверца широко раскрылась. В тот же миг весь бензин вспыхнул и всё осветилось пламенем. Артём уже был наполовину в салоне, крепко схватил двоих детей и оттолкнулся от горящей машины.

Он чувствовал, что одежда на нём горит, но сначала начал сбивать пламя с детей. В этот момент подбежал Порошин, направил на них струю порошкового огнетушителя, убедился, что они не горят и быстро рванул к горящей машине. Ещё несколько человек бежали туда с огнетушителями. Огонь погасили довольно быстро, но от машины остались всё равно одни воспоминания.

Через несколько минут Порошин вернулся, испачканный в саже:

— Слава богу, ты всех вытащил, в машине больше никого; ну у тебя и реакция! Спортсмен, наверное?

— Да, случалось. Что с женщиной?

— Нормально, уже пришла в себя и детей зовёт.

Дети сидели рядом с Артёмом, прижавшись маленькими телами и всхлипывали. Кравцов протёр глаза — вроде не пострадали; поднял мальчика с девочкой лет семи, скорее всего, близнецов и отнёс к матери. Руки детей вцепились в его одежду, и только, увидев мать, ослабили хватку. Он подумал, что сейчас дети устроят громкий плач, но они прижались к матери и молчали. Сама женщина ещё не полностью пришла в себя, детей узнала и гладила их по головам.

Среди водителей нашёлся врач и он начал осматривать мать с детьми. Вскоре послышались завывания «Скорой», а Артём с Порошиным отошли в сторону, не дожидаясь благодарностей за спасение.

— Вот вам и развлечение в конце рабочего дня, — усмехнулся Кравцов. У него до сих пор перед глазами стояла незабываемая картина: мать обнимала спасённых детей почти как мадонна со старинных римских полотен.

— Давай-ка, Артём, на «ты» переходить. Работать нам ещё долго, а парень ты, смотрю, надёжный. Договорились?

— Без проблем, Павел.

— Раз так поехали ко мне, да хоть отмоемся от сажи и пыли. Возражения не принимаются, — добавил Порошин.

Полиция стала разруливать пробку на дороге и их машина уехала одной из первых. По дороге Порошин несколько раз покачал головой и оглянулся на Артёма:

— Заодно отпразднуем спасение невинных душ. Вычислят мою машину по номеру, так что придётся давать показания.

Дом, точнее, усадьба Порошина была в