Рарник - Евгений Кострица

– Спросишь у них, если захочешь, могу познакомить потом. На деле, как они говорят, все еще сложнее, совершенно невыразимо, за пределами концепций. Человеческий разум слишком ограничен и груб, но по их словам, все же есть люди, имеющие прямой опыт постижения, – высокомерно пояснил Зергель, раздувшись от важности.

– А что же они сами не постигли? – недоверчиво спросил я.

– Они стараются, но все это очень сложно на практике. Медитации, визуализации, долгая учеба и непростая философия. На это надо положить жизнь, да и то не факт, что получится. Это не языком в таверне трепать, придется пошагово работать с собственным умом. Очищать, успокаивать, смягчать, делать его более гибким и развитым, а у нас он сейчас словно помойка… – сказал Зергель с интонацией, дающей понять, что у него-то все по-другому. – Мы просто не замечаем этот бардак, потому что привыкли. Не знаем, как бывает иначе. Не уверен, что моя версия вам поможет, но, по крайней мере, я старался… – нарочито устало закончил Зергель, и благоразумно сделал шаг назад за спину магички.

– Ладно, спасибо за гипотезу. Думаю, после босса все и так прояснится, – внешне равнодушно кивнул я парнишке, поймав себя на желании отвесить ему хорошего пинка при случае. – Сельфина, а ты не расскажешь нам, как здесь вайпалась?

Золотистые косички недовольно качнулись, магичка болезненно поморщилась. Наша звезда не любила, когда вспоминали ее неудачи.

– Все достаточно просто на первый взгляд. Босс-варлок, ничего фатального, проблема лишь в том, что он не один. Там таких еще пара десятков. Против нас встанет как будто пвп-рейд. Спеллы соответствуют классам обычных игроков. Уровень аддов может сильно разниться, попадаются и умелые мобы, но до меня не дотягивают, – гордо заявила Сельфина.

Да уж, девушка не хвасталась. С ней и в рейде Нью-Лайфа не мог никто сравниться. Ее саму тут впору оставлять вместо босса, что я хорошо понял еще в шкуре горгульи. Но все же нас только пятеро, а их будет двадцать. Кроме того необычное подземелье страдало хроническим непостоянством. Вспомнить хотя бы Призрачный Эвент или смешанную фазу Обжорки…

– А вот дальше, уже страшнее. Как только мы разберемся с аддами, босс исчезнет в живом зеркале с огромным запасом жизней. У нас есть всего минута, чтобы снять их все, пока оно уязвимо. В этом суть нашей тактики. Если не успеем, то он вылезет оттуда в своей истинной форме Повелителя Демонов, – на последних словах Сельфина отчетливо вздрогнула и покрылась крупными мурашками.

– А что делать тогда? – полюбопытствовал я.

– Постараться как можно безболезненней сдохнуть! – ответила магичка и по ее тону стало понятно, что она не шутит. – У нас там нет ни единого шанса, поверьте. Мы раньше никогда не успевали разбить зеркало. Мне казалось, что не хватало двух-трех ударов. Я доходила девять раз до его новой формы и всегда очень жалела, что не умерла раньше. Монстр станет не просто убивать, он будет изощренно калечить, а вам останется только молиться, чтобы пытка как можно быстрее закончилась.

– Все ясно. Значит, придется напрячься, – нарочито спокойно сказал я, с удовольствием отметив побелевшее лицо Зергеля.

Мафанечка за все это время не произнесла ни слова. Обычное высокомерно-презрительное выражение ее лица, смотрелось наигранным и не могло спрятать за собой страх. Зергель же выглядел так, будто дал себе обещание залезть в стелс-режим, чтобы выйти из него только после окончания боя. Наш лидер всерьез рассчитывает, что эти храбрецы обеспечат достойный босса дамаг?

Мы стояли перед левым порталом собора. Теперь поворачивать поздно. Тяжелые кованые ворота бесшумно открылись, как только Сельфина легонько дотронулась до них пальцем. Мраморные ступени вели вниз. Из темноты несло сыростью и мышами. Застоялый, мертвый воздух и потолок в паутине больше подходили склепу забытого всеми вампира, покоям Повелителя Демонов. На месте главного босса я выбрал бы апартаменты повеселее, тем более, что по соседству высился когда-то роскошный дворец.

Лидер окинула нас взглядом, призванным вселить уверенность и смелость, но напугала еще больше. В глазах гордой магички читались сомнение и обреченность. Никогда не думал, что увижу на ее самоуверенном личике нечто подобное. Сельфину можно понять – она мучительно умирала здесь уже девять раз, но зачем тогда идет сюда снова?

Финал

32

Магичка зажгла фонарь, и мы осторожно спускались по пыльной лестнице в темноту. Казалось, тут никто не ходил как минимум несколько лет. Игра старательно затирала следы предыдущих экспедиций, генерируя тонны пыли, мышиного помета и паутины после каждого вайпа, чтобы воссоздать первоначальный вид подземелья. Потемневшие от времени картины описывали человеческие пороки и адские миры, подготавливая наш разум к встрече с Повелителем Демонов. На облупившихся стенах все еще видны остатки масляной росписи. Художники постарались, как следует, собрав разнообразную и полную коллекцию невероятных мучений и устрашающих пыток. У меня бы не хватило фантазии добавить к ним что-то новое.

Ступени все еще уходили глубоко вниз, но Сельфина остановилась у картины с изображением рыцаря. Человек на ней задумчиво всматривался в кровавое зеркало, где отражались его фигура в доспехах, но вместо лица там скалилось безобразное рыло демона, а на заднем плане угадывались размазанные очертания бесовских мордочек. В самом низу я разобрал полустертую надпись: «Ибо никогда в этом мире ненависть не прекращается ненавистью, но лишь отсутствием ненависти она прекращается…».

– Это слова Будды, – тихо сказал Зергель, и еле заметно поклонился.

– Лучше бы он подсказал нам этот проход, а то мы открыли его совсем недавно, – с сарказмом прошептала Сельфина. – Раньше приходилось пробиваться во дворец через толпы мобов с парадного входа.

Она нажала на спрятанный под паутиной рычаг, и кусок стены с лязгом ушел вглубь, а потом в сторону, открыв узкий темный проход. Зергель испуганно ушел в стелс-режим, не зря же магичка говорила так тихо. Фэй хорошо помнила свою прошлую выходку с червями и скрестила на груди руки, чтобы случайно не зацепить кого-нибудь вредоносного. Про Мафу все просто забыли, поскольку она держалась необычно скромно и незаметно. Позади нас бесшумно кралась ее безмолвная тень, напоминавшая жрицу лишь силуэтом.

Потолок оказался очень низким, и мне пришлось пригибаться, чтобы не царапать об него шлем. Длинный ход привел нас к еще одной закрытой кованой двери. Магичка снова толкнула Зергеля вперед и тот, став на колени долго пыхтел, пока возился с замком. Ловкий парнишка умел не только басни складно вещать. Наконец, что-то щелкнуло, дверь поддалась, и за ней открылся пустой коридор, заканчивающийся тупиком.

– Пора! – уверенно сказала Сельфина уже в полный голос.

Из ее ладони вырвалась струя пламени и прожгла большую дыру в стене оказавшейся частью холста. Обугливающиеся куски ткани разошлись в стороны, по глазам больно ударил свет. Мы, прыгнули за лидером в образовавшийся проход, и подслеповато щурясь, вывалились в просторный и роскошно убранный зал прямо из огромной картины, словно ее ожившие персонажи. Скорее, лучше назвать ее панорамой, где в несколько эпических сцен отображались наши предыдущие подвиги, словно ее писали с самого начала похода. Там успели нарисовать сражение с Мимикрой, Призрачным Эвентом и Обжоркой, отчаянный крик Лапули, жертвенный подвиг Макса, меня с задумчивой Фэй на башне под низкими облаками и даже вещающего Зергеля. Все это заканчивалось тоннелем с дырой, где части холста еще потрескивали и колыхались.

На темных витражах потолка я разглядел картинки с рожицами разнокалиберных бесов, скрашивающих свой досуг разнообразными кознями. Видимо тема нечисти в Цитадели была популярна. Между винтообразно закрученных колонн из малахита по всему периметру зала стояли мраморные статуи воинов, видимо представлявших доступные классы в игре. На высоком троне у дальней стены сидел смутно знакомый мне человек, лицо которого я никак не мог вспомнить, а рядом стояло зловещее напольное зеркало в золотой раме. Оно выглядело так, будто с пола подняли и горизонтально поставили большую кровавую лужицу. Его поверхность тронула легкая рябь, словно в темной глубине что-то беспокойно ворочалось.

– Андедушка! – потрясенно выдохнула Сельфина, отступая назад, словно увидела призрака.

Фэй побледнела. Вот теперь и я узнал своего верного офицера. Неистовый ветеран старого Нью-Лайфа… Он вместе с Лейлой первым присоединился ко мне в самоубийственной синхронизации, когда понял, что его рейд-лидер уже обречен. Мой друг, брат по крови, товарищ по оружию – неужели ты стоишь за всем этим?

– Скотина! Я сожгу твои кости, ублюдский извращенец! Что же не показал свое лицо раньше? – зарычала магичка в ярости, потрясая кулачками, между которыми начинали проскакивать первые искры. Девушка шипела как рассерженная кошка. Казалось, она вот-вот кинется на врага врукопашную, чтобы глубоко вонзить в бесстыжие глаза острые когти.