Ненавижу колдунов! - Андрей Денисенко

Наруолрен прошелся по комнате, сдвинул в сторону покрывавший пол ковер. Само по себе воззвание к Стражам было несложным. Вот только мало кто из колдунов на него решался. Наруолрен помедлил, подошел к столу и ослабил сжимающее мужчину заклинание Петли.

– Как тебя зовут, человек?

Несчастный некоторое время не мог произнести ни слова, открывая и закрывая рот, но все же совладал с собой.

– Ренн… Я местный булочник. Меня все здесь знают…

– Скажи, булочник Ренн, ты когда-нибудь опасался за свою душу?

– Я хожу в храм, и жрецы считают меня хорошим прихожанином… Молю, отпусти нас! У нас ничего нет!

Некромант покачал головой.

– Может быть, ты был не слишком хорошим прихожанином, если сегодня ночью боги привели меня именно в твой дом? Знаешь, кто я, булочник Ренн?

Глаза булочника расширились.

– Ты… колдун, да?

– Я некромант, Ренн. И то, что я задумал, может стоить мне души. Я не смогу попасть даже в ад. А вот тебе самому – страшно?

Наруолрен нарочито не спеша зажег остальные свечи. Уверен ли он, что до рассвета сумеет получить Книгу Ветров? Да, тысячу раз да! Где бы она ни была, кто бы ее ни прятал! И Стражи помогут ему, став на эту ночь верными псами Хозяина. Двенадцать Стражей. Двенадцать высших демонов, готовых исполнить любой его приказ. Да!

Наруолрен медленно подошел к булочнику. Что-то прочитав в его глазах, несчастный задергался, пытаясь освободиться. Небрежным жестом Наруолрен сильнее стянул Петлю.

– Чего ты боишься, булочник Ренн? Смерти? Не бойся, я не стану тебя убивать. И твоя жена останется жива.

Не в силах говорить, булочник только вращал вытаращенными глазами.

– Ты даже станешь сильнее. Намного сильнее. Ты не представляешь, как изменишься, Рен.

Жена булочника, неимоверным усилием преодолев сопротивление заклинания, просипела что-то нечленораздельное. Некромант улыбнулся.

– Что говоришь? Вам может не понравиться? Ну, не знаю, мне трудно судить. Признаться, это будет серьезным испытанием и для меня тоже. Представляешь, пройдет совсем немного времени, и если я ошибусь, вы сможете забрать мою душу. Забавно, верно?

Женщина снова открыла рот, но на этот раз ей не удалось выдавить не звука. Наруолрен осуждающе покачал головой.

– Прошу, не мучь себя. Если ты будешь дергаться, мне придется затянуть Петлю потуже. Так, что ты не сможешь дышать. Расслабься. Ничего уже не изменить, дорогие мои, я выбрал вас. Просто закройте глаза и приготовьтесь.

Главное – решиться. Эти будут первыми из двенадцати.

Скинув плащ, Наруолрен стал вычерчивать на полу пентаграмму.

32

Неестественно тяжелое, наполненные странным свечением небо над Калунтой завораживало взгляд.

– Это оттого, что Царицу Ветров угробили, – Длиннорукий Стод поправил широкую боевую перевязь. – От магии всякой. Без Царицы небось по всей Калунте колдуны повылазили.

– Магия… дерьмо морской рыбы, да над Калунтой все небо заколдовано! – Рыжий Гаш нехотя перевел взгляд на идущий впереди «Мертвый штиль».

– Нам бы парусов добавить, капитан, – Стод кивнул назад. – «Черная звезда» в корму дышит, того и гляди обойдет. Если мы хотим слизнуть сливки, подсуетиться надо.

– Рулевой! Два правее! И держи против волны, раздери тебя акула! – слушать помощника Гаш не собирался. Первым достаются не только сливки, но и сталь под ребра. «Зубастая рыба», резво поймав ветер, ушла правее, оставив нагоняющую «Черную звезду» между собой и бойницами, возвышающимися у входа в бухту форта. Длиннорукий Стод радостно расхохотался.

– Клянусь печенкой дьявола, ловко! Я уже представляю радостную рожу Лысого Йоргана!

Рыжий Гаш даже не усмехнулся. Он не стал говорить помощнику, что пропустил «Черную звезду» вовсе не из-за катапульт форта. Проклятие, да ему напрочь не хотелось приближаться к Калунте!

– Заряди катапульты по левому борту, Стод. Пусть будут наготове.

Помощник хрипло проорал команду. Канониры торопливо бросились на нижнюю палубу активировать разрывные артефакты.

– Можно было и так проскочить, чего зря заряды переводить? – Длиннорукий прошелся вдоль борта. – Пусть Лысый Йорган отдувается.

– Активировать носовые.

Помощник протестующе засопел, но передал команду.

В отличие от небольших кораблей и галер «Мертвый штиль», «Зубастая рыба» и «Черная звезда» были вооружены мощными дальнобойными катапультами. Это давало подавляющее преимущество в огневой мощи, но требовало в бою изрядной сноровки и расчетливой экономии. Взрывные артефакты для катапульт относились к самой дорогой магии, к тому же после активации разрядить катапульту можно было только выстрелом. И все же осторожный Гаш предпочитал арбалетам и самострелам тяжелое вооружение.

Проклятье, откуда же надвигается опасность? Почему на душе так неспокойно? Гаш был готов приказать активировать катапульты по кругу, но в последний момент сдержался. Справа только открытая вода, сзади их прикрывают другие корабли. Если что, он успеет.

Слева и впереди почти одновременно ухнули катапульты «Мертвого штиля» и «Черной звезды». С пронзительным воем заряды унеслись в сторону форта, и тут же послышались зычные команды помощников на новую активацию.

Стены форта щедро расцвели яростным пламенем, но большинство зарядов в бойницы не попало, бесполезно расплескав огонь по прочному камню.

– Сейчас начнется! – Стод радостно потер ладони. – Проспали, крысы сухопутные! И Царица вам теперь не поможет!

Форт молчал. «Мертвый штиль» и «Черная звезда» величаво проплывали мимо, устремляясь в бухту.

– Если сейчас не ответят, считай, они проскочили! Или добряк Йорган расщедрится еще на залп? Нам бы парусов прибавить, а, капитан?

Новый залп с «Черной звезды» заглушил ответ Рыжего Лиса, но повторять он не торопился.

– Гаш, очнись, сто чертей тебе в бок! Мы останемся без добычи! Прикажи ставить нижние паруса! – Стод начинал выходить из себя.

– У меня плохое предчувствие. Подождем.

– О чем ты говоришь? Здесь девять кораблей, и каждый битком набит отборными ребятами! Это ж больше, чем наберется солдатни во всей Калунте! Дело верное, Гаш, а мы в хвосте плетемся!

– Что-то на берегу совсем уж тихо. Ну, пусть солдатне гарнизонной не до нас и в форте эскадру прозевали. Но купцы давно должны были якоря рубить, – Рыжий Гаш пристально всматривался в увеличительную трубу, пытаясь разглядеть на торговых кораблях у пирса хоть какое-нибудь движение.

Его помощник хрипло захохотал.

– Вот и славно! Небось без Царицы совсем перегрызлись, крысы береговые! Купчишек поубивали, рассчитывают лапы на их добро наложить!

Гаш промолчал, только поморщился. Острые когти плохого предчувствия скреблись на душе все сильнее. Некстати вспомнился Мясник. Неспроста он не вернулся. Не такой Мясник человек, чтобы запросто отказаться от десяти тысяч. Что-то ему помешало.