Ненавижу колдунов! - Андрей Денисенко

29

Ошибка, которую я совершил в то утро, едва не стоила мне жизни. Это я понял довольно быстро и долго еще после удивлялся: ну как можно было так опростоволоситься? Все ведь было так очевидно… однако хорошо задним числом умничать. А тем утром, после драки с зубастой тварью под мостом, заварушки в таверне морских братьев и сумасшедшей беготни по подвалам, несколько раз ушибленная голова работала плохо. Если добавить к этому остатки хмеля и безумную ночь, то понять меня можно.

Прислонившись к грязному забору на окраине порта, я стоял под мелким дождем и мрачно размышлял, куда же теперь податься. Тело нестерпимо ныло, в груди после неслабой пробежки жгло огнем, колени дрожали.

Все смешалось в один тугой узел: покушение на Царицу Ветров, ее Книга, за которой началась настоящая охота, нашествие на город демонов Нереальности и морские братья. Оставался только один человек, способный этот узел разрубить: бывший генерал Алой Гвардии Ширрак ре Вайн.

Основной гарнизон Гвардии располагался не в самом Дворце, а за дворцовой площадью, в отдельных, хорошо укрепленных казармах. Даже с учетом того, что часть гвардейцев погибла в искусственных измерениях Дворца Царицы Ветров, и несмотря на указ Повелителя Берегов, у бывшего генерала оставалось еще достаточно влияния, чтобы вмешаться в ситуацию, да и Алая Гвардия – это вам не городская стража, набранная из простолюдинов. Вряд ли сынки знати, отвалившие за гвардейские патенты приличные деньги, горят желанием вливаться в ряды Береговых Легионов Повелителя Берегов.

Не думайте, что мною двигала забота о гибнущих горожанах и переживания за судьбу славного городка, имеющего все шансы превратиться через пару ночей в одно большое и не очень спокойное кладбище. Просто требовалось решить две проблемы: избавиться от Книги Ветров так, чтобы остаться в живых, и раздобыть золота, чтобы побыстрее убраться из Калунты. Передать Книгу Повелителю Берегов было нереально. В лучшем случае мне не поверят и к Повелителю не допустят… а после прикончат на всякий случай, в худшем… все равно прикончат. А вот генерал Ширак ре Вайн, как мне тогда казалось, мог решить мои проблемы идеально. Не исключено, что он меня даже выслушает и избавит от проклятой Книги. Особенно с учетом того, что я не собирался рассказывать ему, как ее раздобыл. Кроме того, пара цветистых фраз о пиратском гнезде в порту позволяла мне занять Кривоногого Амера и его приятелей более насущными проблемами, чем поиски одного не в меру любопытного наемника.

Пару раз едва не наткнувшись на патрули, дрожащий от холода и усталости, грязный и едва волочащий ноги, далеко за полдень я добрался до казарм Алой Гвардии.

В казармах царил почти такой же хаос, как и во всем городе. Из подслушанных разговоров взбудораженных гвардейцев я выяснил, что генерал здесь, с остатками Гвардии, и даже воздал хвалу небесам, идиот. Затем, пользуясь всеобщей суматохой, мне удалось одолеть забор и незаметно проскользнуть мимо часовых в бараки, но чтобы попасть к самому генералу, мне пришлось схватиться с его адъютантом и парой дневальных. Шуму мы наделали немало, устроив отличную потасовку и не менее шикарный переполох.

Одним словом, когда я ввалился в генеральские покои, на мне уже висело с дюжину разъяренных гвардейцев и жаждущий моей крови избитый адъютант, еще столько же народу суетилось позади.

Надо ли объяснять, что разговора с генералом не получилось. Я даже не успел рассказать ему о Книге Ветров. Он только гневно повернулся ко мне, все еще дергавшемуся в стальных лапах гвардейцев, тряхнул мужественной седовласой гривой и благородно приказал не убивать лазутчика, а просто бросить в темницу. В Холодные Ямы. Насовсем.

Добрейшей души человек. Меня все же не прикончили.

Неизвестно, как бы все повернулось, выслушай он меня. После я много думал об этом. Скорее всего, дело кончилось бы еще хуже, и не только для меня, но и для всей Калунты. Хотя… Кто знает.

Все мое пребывание в Калунте было одной большой ошибкой.

30

Жрец был стар и мудр. Долгая жизнь научила его многому. Сейчас, на закате своих лет, он не всегда говорил прихожанам то, во что верил сам. Ложь зачастую делает людей куда более счастливыми, чем правда. Люди хотели надежды – и обретали ее в храме. Чего же большего желать старому слуге небес?

Вопросом, существуют ли добрые боги, старый жрец давно уже не задавался, ибо знал печальный ответ. Не искал он ответ и на вопрос, существуют ли злые боги, потому что видел то, что происходит вокруг.

И еще он давно понял, что нет смысла бежать от собственной судьбы, и теперь долгими одинокими ночами лишь искал ее знаки в древних ученых книгах.

Приход его был невелик, как и сам храм, возвышавшийся на одной из нищих улиц близ Упыриного Пустыря. Несмотря ни на что, жрец любил это скромное святилище и даже отказался перебраться в главный храм Калунты, когда священный совет предложил ему это. Отказался, потому что видел, как нужен этим нищим, полуголодным людям, окружающим его. Как нужна им Надежда. И он снова и снова, день за днем поднимался к облезлому алтарю, чтобы снова солгать, даря призрачную, но такую сладкую мечту о счастье.

Вот и сейчас, возвышаясь над коленопреклоненной толпой, он помолчал, окинул долгим взглядом мозаичные ступени алтаря, тусклые фрески на стенах, собравшихся прихожан. Скорбные испуганные лица. В глазах страх и непонимание. Многие из этих людей и в самом деле, несмотря на собственную бедность, были не такими уж плохими, старались жить по святым заповедям и посещали храмы регулярно. Они не заслужили надвигающегося ужаса, мучительной и беспощадной смерти.

– Святой отец, скажи… ответь нам, верным рабам великих богов, что происходит? – Женщина с изможденным лицом подняла на него усталые глаза. – Мы крепки в своей вере, но все эти слухи о демонах, наводнивших улицы…

Жрец хорошо знал ее, прачку с соседней улицы. Трое детей и хромоногий пьяница муж. Этой женщине вера нужнее, чем золотые монеты, которых она давно не видела…

– Укрепись в вере своей, раба богов, и небеса, высокие и сияющие, заметят тебя! Я тоже слышал сплетни, о которых ты говоришь. Якобы кто-то видел демонов, бродящих вокруг главного городского храма. Но подумай сама, могли ли столь богомерзкие твари хотя бы сунуться к такому святому месту?

– Нет, святой отец! – прачка всплеснула руками, не в силах представить такое кощунство. – Воистину, велики святые боги!

– А сияние над городом? Не посылают ли небеса нам знамение? – Плечистый человек с нездоровым румянцем сотворил святой знак, словно испугавшись собственных слов.

Жрец улыбнулся. В меру печально и в то же время сурово: самое время сказать об испытаниях.