Ненавижу колдунов! - Андрей Денисенко

Канонир молча кивнул и исчез в люке.

Гаш пропустил момент, когда на берегу все изменилось. Кто-то из оставшихся на борту изумленно выругался. И тут же над водой разнесся многоголосый нечеловеческий вой. Какое-то время, не в силах оторвать взгляда, Гаш смотрел, как из теней портовых закоулков возникают кошмарные хищные силуэты, как вопят раненые и мелькают в воздухе разрываемые на части человеческие фигурки. Уцелевшие, побросав награбленное, в панике метались по пирсу. Кто-то пытался защищаться, кто-то отчаянно прыгал в воду в надежде добраться до кораблей вплавь… В чувство его привели приглушенные вопли со стороны форта. Вот оно! Случилось!

– Носовые, огонь! – Гаш сам не узнал своего голоса. – Эй ты, рубить якорь! Ставить паруса, недоумки!

Остатки команды бросились на реи. Гулко ухнули носовые катапульты, но несколько зарядов не могли остановить лавину кошмарных демонов, стремительно заполняющих берег. Твари рвались к пришвартованным у пирса «Северному ветру» и «Мертвому штилю». Те немногие, кто успел добраться до кораблей, уже ничего не успевали сделать. На «Северном ветре» одиноко выстрелила катапульта, заряд бесполезно просвистел над пакгаузами. А через мгновение твари ворвались на палубы.

Проклиная все на свете и одновременно благодаря богов, что надоумили не швартоваться у берега, Рыжий Гаш торопливо вращал штурвал. Матросы на мачтах развернули верхние паруса. И только тут Гаш понял, в какое сложное положение попал.

Течение отнесло «Зубастую рыбу» ближе к берегу. И «Северный ветер», развернувшийся по ветру на бак-якорях, перегораживал спасительный выход из бухты. Гаш длинно выругался.

– Кормовыми, по «Северному ветру», в борт! Огонь!

Систон Маллер выстрелил. С заминкой, но выстрелил. По своим, выполняя приказ капитана. Впрочем, поправил себя Гаш, на «Северном ветре» все равно уже никого не осталось. Только демоны.

В воздух взметнулись щепки и обломки такелажа. «Северный ветер» содрогнулся всем корпусом, отрываясь от пирса. Твари на палубе заметались.

– Сист, еще кормовыми! Троекратно!

С такого расстояния канонир не мог промахнуться. Заряды ложились точно в борт «Северного ветра», и с каждым попаданием расстояние между ним и «Мертвым штилем» увеличивалось.

– Правым бортом! Огонь!

От прямого попадания «Северный ветер» дернулся на волнах и стал заваливаться на корму, открывая путь. Остервенело вращая штурвал, Гаш закончил разворот.

«Зубастая рыба» величаво скользнула в свободную щель. Гаш зарычал, вцепившись в штурвал. Проскочить! Держать штурвал! Проклятье, слишком мало парусов! И все же «Зубастая рыба» набирала ход. Медленно, слишком медленно, но удалялась прочь от страшного берега.

С проплывающих мимо мачт «Мертвого штиля» на палубу посыпались твари. Закипела схватка. Один из демонов, страшно рыча, спланировал на мостик и двинулся к Гашу. Недоразвитые перепончатые крылья подрагивали, из приоткрытого рта капала слюна. С трудом увернувшись от клацнувших совсем близко зубов, Гаш наотмашь ударил кинжалом. Подыхающая тварь рухнула прямо на него. Гаш, ударившись о штурвал, отлетел к борту. Выправить штурвал, пока демоны не захватили палубу!.. Уже понимая, что не успевает, он попытался встать… и счастливо улыбнулся, почувствовав, как привычно тряхнул корабль круговой залп. Одноглазый канонир Систон Маллер все сделал правильно.

Залп из мощных бортовых катапульт с расстояния полусотни шагов был самоубийством. Захваченные демонами корабли рвало на куски, ревущее пламя поглотило тварей, но тут же остатки разрушающих заклинаний обрушились на «Зубастую рыбу», круша мачты, снасти и катапульты. По палубе, перемешивая людей и демонов, прокатился огненный шквал. Крики, рычание, треск рвущихся снастей – все смешалось. Нос корабля со скрежетом расщепился. А потом все стихло.

Подхваченную волнами и ветром, «Зубастую рыбу» относило к выходу из бухты.

Рыжий Гаш с трудом приподнялся на руках, цепляясь за обломки фальшборта, встал. Накренившаяся к носу палуба норовила ускользнуть из-под ног. Гаш вытащил из кармана флягу, судорожно сделал несколько больших глотков. В глазах немного прояснилось. Он обвел взглядом искореженный корабль.

Девять. Их осталось всего девять, тех, кто не пошел на берег со Стодом и уцелел в отчаянной схватке. Все они молча смотрели на капитана. Не отрывая глаз. Одноглазого канонира среди них не было. Рыжий Лис стиснул кулаки.

– Чего уставились, морские червяки? Свой новый день рождения будете празновать потом, если наша посудина не пойдет ко дну! И пусть каждый поставит мне по бутылке! Теперь будете называть меня Счастливчик Гаш!

Кто-то нерешительно хмыкнул.

– И нечего ржать! Рубите канаты, весельчаки! Убрать мусор с палубы! А ты и ты – в трюм, уцелевшие катапульты за борт, снасти перетащить к корме! Молите морских богов, чтобы с таким носом мы дотянули до Северной бухты!

Накренившаяся «Зубастая рыба», с трудом переваливаясь на волнах, медленно уходила в ночь.

33

Он спустился к замку с мерцающего, подернутого колдовскими всполохами неба, и перепончатые крылья несших его Стражей казались крыльями самой ночи. Ледяной ветер трепал складки плаща, делая его самого похожим на демона.

Слишком поздно заметив опасность, часовой на главной башне все же пытался поднять тревогу, но рухнул навзничь, пронзенный черной магией… чтобы тут же подняться безмолвным мертвецом, подвластным воле нового повелителя. Наруолрен приблизился. Стражи расступились перед некромантом верными псами.

– Мне нужен Повелитель Берегов.

Мертвый воин склонил голову. Из выжженных, еще дымящихся глазниц тяжелыми сгустками капала загустевшая кровь. Молча повернувшись, мертвец повел своего хозяина в глубь замка.

Наруолрен шел не спеша, не прячась и не оборачиваясь, лишь в вытянутых вперед руках то и дело вспыхивали черные молнии боевых заклинаний, сводящих с ума и умерщвляющих обитателей замка.

Некоторых он подчинял своей воле, из некоторых высасывали душу вечно голодные Стражи.

Впрочем, кое-где на пересечениях главных галерей и в угловых фортах, защищенных подавляющими магию артефактами, обитателям замка удавалось организовать короткое, но отчаянное сопротивление. Однако силы были не равны. Солдат, с содроганием рубивших своих же мертвых товарищей, снова и снова поднимающиеся мертвецы просто задавливали числом. Не знающие усталости и боли ожившие трупы шли в атаку до тех пор, пока могли двигаться и держать оружие, и даже потом пытались достать живых зубами.

Дольше всех продержались защитники центрального бастиона. Отважный генерал Ширрак ре Вайн, новый командующий Береговых Легионов, был опытным командиром. Генерал сумел сплотить случайно уцелевших и организовать оборону под прикрытием нескольких гасящих магию талисманов. Они успешно удерживали залы и переходы более часа и даже начали теснить армию мертвецов… и тогда их атаковали Стражи. Вскоре все было кончено. Генерал Ширрак ре Вайн, храбрый и доблестный солдат, пал в числе последних, с мечом в руке, как и подобает настоящему воину. Возможно, в последние мгновения он уже видел небеса, на которые отлетают души павших воинов… но ему была уготована другая участь. Холодно усмехнувшись, Наруолрен указал на генерала Стражам.