Многоликий. Восхождение - Богдан Булатов

не старался скрыть свою панику, получилось у него это объективно хреново. И как бы он не изображал уверенность, но его голос то и дело дрожал, выдавая дурной помысел.

Достал откуда-то из-под ног плоховастенький арбалет, буквально чуть не выронив его из трясущихся рук. Прицелился и пустил болт в мою сторону буквально в упор.

Каково было его удивление, когда я, слегка отклонив корпус в сторону, пропустил болт мимо. И да, я мог заранее обезвредить глупца, заметив нездоровое вошканье, но не стал. Очень уж было интересно, что он выкинет.

А дальше кучер совсем ополоумел. Достал какой-то самодельный ножик из-под голенища и давай им размахивать в воздухе, при этом поглядывая то на рюкзак, то на Анну. Но его потуги овладеть блондинкой и моими скромными пожитками не увенчались успехом. Метательный нож, вырвавшись у меня из ладони, пронзил шею полоумного. Жадно хватая воздух, мужик покачнулся и навернулся с телеги, приземлившись рожей прямиком в лошадиный навоз.

– А мне он сразу не понравился, я его сама хотела того... – Анна замялась. – Ну, с телеги сбросить. Больно уж рожа криминальная... Как будто только с каторги откинулся.

– На этот случай у тебя зубочистка есть, вернее, была, – проговорил я, посматривая на пустые ножны.

– Так я давно её сломала, – сквасив виноватую физиономию, ответила блондинка. – Ещё тогда, когда кто-то догадался бросить девушку одну-одинёшеньку в лесу. – Недовольная покачав головой, продолжила: – При попытке отбиться от пауков сломала пополам. Хлипкой оказалась твоя зубочистка. Мусор, одним словом, не чета мечам из валирийской стали, принадлежащих моему роду.

– Ну ещё бы, дешевая железка шла в сравнение с родовыми мечами самого графа, – подмигивают и ухмыляются, – И неужели аристократическая попка в хороших мечах толк знает?

– Ещё как знает! – хмыкнула та, недовольно надув губки. – Да я в фехтовании мастеровитее тебя буду! Отец меня сам тренировал! Вот доберёмся до дома, я тебе покажу! – раскричалась та, аж груди задёргались в тембр её голоса.

– Арбалет у него стащи, воительница, – указал на валяющегося на земле кучера. На что графиня сквасила физиономию, но арбалет стянула.

Обыскивать полоумного не стал, брать с этого отребья нечего, да и противно как-то.

Заняв место кучера, ударил по вожжам, придав ускорения кобылке.

– Чем тебя кормить, кобылка? Мясо ты вроде не ешь, сена будешь?

– Будет, будет, – встряла в наш разговор Анна. – Отец держал лошадей, целый табун. Не таких, конечно, кхм... – девушка запнулась. – Помощнее и по чисто... кхм... чистокровнее. В общем, надо сено поискать, а еще яблок и...

– Это что, лошадь Русача? – на чистом русском пробасил двухметровый двухсоткилограммовый китаец, перекрыв своей тушкой дорогу и одной рукой остановив лошадь. Силы в нём была прорва, но оно и неудивительно, ведь одарённый, да ещё и чистый физик.

Даже ярко выраженный китаец на русском разговаривает. Я вообще когда-нибудь китайскую речь услышу или нет? Или я настолько от жизни отстал, и за время моего отсутствия всё кардинально изменилось, и Китай перешел под полный контроль Российской империи, а русский язык стал международным? Не исключаю такого расклада, всё-таки Россия всегда занимала положение «впереди планеты всей» и заслуженно звалась политическим гегемоном. А Китай, напротив, в отличие от Российской империи, не мог похвастаться мощной армией, флотом и современными технологиями. Отставшая страна плебеев и разбойников, одним словом.

– Если Русич – это тот недоумок, что пытался подстрелить меня, то всё верно. Кстати, он вон там лежит, задыхается. Хотя, скорее всего, уже задохнулся и помер... – жалостным голосом буркнул и небрежно ткнул в сторону остывающего трупа. – Если ты некромант, то можешь его поднять. Удачи!

– Мужики! – на всю улицу взревел двухметровый. – Этот недоумок Русича завалил! С ним полуголая баба! С сиськами оху…

Договорить непотребность ему не позволил. Меч взмыл в воздухе и врезался в тушку. Пробив слабенькие доспехи, рассёк верзилу до половины и застрял.

– Зачем хороших людей обижаешь? – буквально перед носом непонятно откуда вырос дряблый старик с какой-то палкой, игравшей роль посоха. И, чёрт возьми, он был силён, ранг никак не меньше ветерана. Такой шарахнет – мало не покажется, вернее, никак не покажется, ведь мёртвым не кажется…

Глава 19

Старик, активировав свой неслабый покров маны и уставив в нашу сторону свою палку, атаковать не торопился. Ждал, пока вся его немногочисленная братия прибудет и возьмёт нас в кольцо.

Ну а мы напару с Анной также заняли выжидательную позицию, не решаясь предпринять чего-то конкретного. Ведь, как гласит второе правило стратега, войну выигрывает терпеливый. Дай врагу насладиться фантомной победой и ударь в момент, когда он потеряет бдительность! Ведь недооценённый противник самый страшный.

– А у неё и правда зачётные сисики. Это второй? – мерзким голосом обратился дед к Анне.

– Третий! – бойко отозвалась блондинка. Могла бы и промолчать, прекрасно же знает, что ряса едва скрывает неприкрытые нижним бельём прелести. Но нет же, надо было вставить свои пять копеек! Так ещё бы, какой-то плебей посмел занизить размерчик самой графине. Если б сказал четвёртый, промолчала бы, небось, девица.

– А попка-то какая! Точёная, сразу видно, аристократическая! У простолюдинок таких сочных булочек не бывает, – продолжил наглеть тот. Но на этот раз Анна не стерпела и снова ответила, но немного иначе, более агрессивно, что ли... Молча пустила арбалетный болт прямиком в переносицу деду.

– Тю, – покачал тот головой, – слабовато, с такой пукалкой только уток отстреливать.

В этом, как ни странно, я был с ним абсолютно согласен: арбалетный болт для него как для слона дробинка. Не зачарованный и незаряженный маной боеприпас, выпущенный из простенького простолюдинского арбалета, не способен причинить вреда одарённому, тем более неплохо развитому. Таким его покров маны точно не пробить, только едва поцарапать. На такого силача надо оружие помощнее, например РПГ.

На минуточку, в лучшей своей форме мой покров маны спокойно держал выстрел в упор из крупнокалиберного сто восьмидесятимиллиметрового орудия. Может быть, что-нибудь и более существенное сдержал бы, но я уже не пробовал. Как-то не дошло до таких экспериментов. Может, в будущем повезёт достигнуть хотя бы приблизительно подобных показателей, тогда уж и проверю.

Но сейчас, к сожалению, подобным я похвастать не могу, поскольку весь мой хваленый покров маны остался в прошлом вместе с моим телом. И сегодня