Цена крови - Брейсвелл Патриция

– Уповаю на Господа, – хрипло проворчал недовольный голос, – чтобы вы не начали еще и раздавать эль в этом проклятом городе строго по нормам. Я столько дней провел в седле, так что мне не помешало бы выпить.

– Эдмунд! – воскликнул Этельстан, приветственно хлопнув брата по плечу. – Одному богу известно, как тебе удалось найти дорогу в этом адском вареве, но тебе здесь очень рады. Я думал, что ты сейчас едешь к королю и находишься на пути в Уорчестер. Может быть, ты заблудился в тумане? Привел ли ты с собой своих людей? Постой. Давай выберемся из этой мглы туда, где мы сможем спокойно поговорить.

Когда они уселись за изрезанный стол в дозорной башне подле ворот Алдгейт, он повторил свои вопросы.

– Да, меня вызвали в Уорчестер, – ответил Эдмунд, – но я выехал из Винчестера еще до того, как туда прибыли гонцы. – Он ухмыльнулся. – По крайней мере, в этом королю присягнет элдормен Эльфрик, когда тот спросит его обо мне. Думаю, Эльфрик должен был ехать сюда со мной, поскольку королева написала ему, что вражеская армия находится уже на нашем пороге. Однако, в отличие от меня, он не может проигнорировать вызов короля. – Он сделал паузу, чтобы отхлебнуть эля, а затем сказал: – Что же касается людей, то я привел почти двадцать лучших воинов Эльфрика – большинство из них вы знаете сами, – а также прихватил оружие и продовольствие. Мы приехали бы раньше, но буря задержала нас, а последние десять миль нам пришлось практически ползти. Господи, и сколько уже длится у вас весь этот дьявольский туман?

Этельстан потер затылок, болевший от веса его доспехов.

– Он спустился сегодня утром, и одному богу известно, когда он рассеется. Я не могу решить, на руку нам это или нет. С одной стороны, ополченцы короля смогут вернуться на зиму по домам, однако люди Торкелла будут досаждать нам своим присутствием в Эссексе и Кенте. Мы мало что можем сделать, чтобы помешать им; разве что предоставить убежище всем тем, кто от них бежит.

– Ты думаешь, они нападут на Лондон?

– Они стоят лагерем на востоке на расстоянии менее одного дневного перехода, так что я удивился бы, если бы они не попробовали. Впрочем, я надеюсь устроить так, чтобы эти усилия принесли им мало радости. Стены у нас прочные, и до сих пор осадных машин здесь никто не видел. Любые тяжелые устройства просто утонут в этих болотах, особенно при такой погоде. – Он нахмурился. – Однако у них была масса времени, чтобы соорудить небольшие катапульты, и среди них, вероятно, есть люди, способные это сделать. Если им удастся изготовить что-то в этом роде с достаточной дальностью действия, они могли бы метать в нас камни, чтобы разрушить наши укрепления и прорваться внутрь. Тем не менее частоколы тут высокие и рвы вокруг стен не дадут им подойти вплотную. Думаю, главная опасность для нас будет исходить от подожженных стрел. Мы уже организовали команды по всему городу для борьбы с ними, да и погода в настоящий момент уменьшает такую угрозу.

– А могут они устроить осаду? Ведь прошлым августом они уже окружали Кентербери.

Этельстан покачал головой.

– Нас защищает река, – сказал он. – Мы поставили свои корабли поперек Темзы в Ирхите, и потом еще две линии на восток отсюда, ниже по течению, где городские стены подходят к самой воде. Для того чтобы добраться до нас на своих судах, им придется преодолеть все три линии обороны, а наш флот – точнее, то, что от него осталось, – сделает для них эту задачу очень непростой. Они не могут окружить нас, и они не могут нас ничем удивить. Кентербери, если ты помнишь, был атакован без предупреждения ранним утром, к тому же там не было возможности подкрепить местную оборону опытными, проверенными воинами. А Лондон готовился к этому несколько недель.

Эдмунд задумчиво поглаживал свою короткую темную бороду.

– Ты сам сказал, что северяне любят нападать на свои жертвы незамеченными. Что же они могут затевать сейчас, когда мы их не видим?

– В этом проклятом тумане, – сказал Этельстан, – может быть все что угодно. Я расставил своих людей на холмах вокруг их лагеря, чтобы следить за ними, но на данный момент они, похоже, остаются на месте.

Он заметил, что Эдрид, сидевший за столом напротив него, хмурится, как будто обдумывает какую-то идею, которую не решается высказать вслух.

– Давай уже, Эдрид, выкладывай, – подбодрил его Этельстан. – Что ты хотел сказать?

Эдрид поставил свою чашу с элем и, подумав немного, сказал:

– Элдормен Ухтред учил меня, что хороший командир всегда старается думать как его враг. Вот вы, как бы вы атаковали Лондон на месте Торкелла?

– Такой мощно укрепленный город, как этот? – переспросил Эдмунд. – Я бы даже не пытался сделать этого. Я его обошел бы. И ударил бы в какое-то наименее защищенное место.

Этельстан задумался над этим вопросом и стал вспоминать, что делали датчане, когда в последний раз брали город с серьезными укреплениями.

– В Эксетере, – сказал он, – они пошли на хитрость. Нашли потайной вход в город и послали туда небольшой диверсионный отряд, чтобы открыть городские ворота изнутри.

Эдмунд покачал головой:

– Здесь это не сработает. Не существует никаких секретных входов в Лондон.

– Верно, – согласился Этельстан. – И каждые ворота в любое время суток, днем и ночью, охраняет не менее десятка человек. Когда ворота открываются на рассвете, каждый, кто хочет войти сюда, должен очень подробно рассказать о себе, и, если от него хотя бы немного пахнет иноземцем, его тут же заворачивают обратно.

– А что насчет ворот на реке? – спросил Эдрид. – Их ведь пройти гораздо проще.

– Но наши корабли перекрыли всю реку, – возразил Этельстан. – Разве что датчане осуществят полномасштабную атаку по воде, иначе им туда не прорваться.

– А что, если они воспользуются не кораблями? – спросил Эдрид. – Что, если они возьмут что-то небольшое, скажем, лодки, выдерживающие одного или двух человек? Дождутся прилива, спустят на воду два десятка лодок, и река сама пронесет их мимо наших кораблей. Ночью, да еще в таком тумане, никто их не заметит и даже услышать не сможет.

Этельстан взглянул на Эдмунда, который смотрел на него с ужасом в глазах.

– Всемилостивейшая Пресвятая Дева Мария, – прошептал Эдмунд.

– Они могут сделать это, – сказал Этельстан. – Им даже нет нужды атаковать ворота на реке. Стена вдоль берега достаточно низкая, чтобы они могли просто перелезть через нее, словно крысы.

– Хорошо, допустим, что они перебрались через стену вдоль реки и попали в город; куда бы он пошли?

Этельстан ответил не задумываясь.

– К воротам Уайтгейт, – сказал он, – на восточной стене, прямо рядом с водой. Если бы я планировал такое, я послал бы побольше людей дожидаться снаружи, чтобы они были готовы к штурму, как только первый отряд нападет на стражников и откроет ворота.

– Но как людям, попавшим в город, отыскать Уайтгейт? – спросил Эдрид. – Даже если они знают о существовании этих ворот?

– Люди Торкелла наверняка захватили не меньше дюжины торговых судов в устье Темзы за последние несколько недель, – сказал Этельстан. – Большинством из них командуют люди, которые в состоянии с закрытыми глазами провести свой корабль вдоль берегов Лондона, мимо всех лодочных причалов и через проходы под мостом. Я не сомневаюсь, что Торкелл мог найти хотя бы одного человека, которого ему удалось убедить провести свое войско в город в обмен на его жизнь.

– А могут они сделать это сегодня ночью? – снова спросил Эдрид. – А если они составили такой план быстро, воспользовавшись туманом как прикрытием?

– Любой моряк из христианского мира знает о лондонских туманах, – ответил Эдмунд. – Они могли разработать этот план много месяцев назад, надеясь на то, что у них будет шанс воспользоваться им. Этельстан, ты полностью уверен, что армия Торкелла до сих пор находится вблизи Баркинга? Вдруг эти мерзавцы двинулись в сторону города так, что твои разведчики не заметили этого, и так, что мы этого не услышали?

– В этом чертовом мареве я не уверен ни в чем, – сказал Этельстан. – Впрочем, до утра они атаковать точно не станут. Они захотят, чтобы их люди были бодрыми и свежими.