Путь интриг - Людмила Ардова

Не взирая на огромные страхи, Тамелий в первую очередь был королем. Кроме камердинера, умевшего притворяться и скрывавшего свою проницательность с опытностью старого слуги, никто и не ведал о страхах короля. Он улыбался, шутил, всегда дотошно обсуждал детали, радовался собакам, которых у него было не счесть.

Все считали, что охота доставляет его величеству истинное наслаждение. Тамелий никогда бы не показал свою слабость — не по-королевски!

Ведь, охота была важной составляющей жизни знатных людей. Это и светское развлечение, и способ проявить себя. И отменить, и не участвовать в нем было никак нельзя.

Глядя, как горят глаза маркиза Гиводелло, как втягивает носом холодный лесной воздух старый Фэту, теребит гриву роскошного коня в великолепной упряжи брат, Тамелий ни за что не позволил бы себе признаться в своей трусости, и отказать всем в таком увлекательном и желанном для них действе.

Я снова возвращаю читателя к рукописи мессира Жарры, небезызвестного всем трактирщика, что служит в Ледяной пещере, в точке перехода миров.

На площади Дори-Ден собрались все участники, готовые к выезду, а их набралось не менее тридцати человек, не считая ловчих и их помощников.

И огромная свора собак натягивала поводки и рвалась вперед. Мы тронулись по направлению к Золотым воротам, рассчитывая оттуда выехать по дороге, идущей в Хлерганский лес. Именно там собирались травить зверя.

Охота была на пятшагра. Этот маленький, но чрезвычайно умный олень с пятнистой шкурой и необыкновенно вкусным мясом водился в лесах области Ласат.

Несмотря на то, что стояла зима, мясо пятшагра именно в эту пору обладало особо чудесным вкусом: когда наступали холода, пятшагр питался веточками галперции, и подмороженными и сочными ягодами синны.

Распорядитель охоты, граф Линд, получив знак от короля начать охоту, приказал своим людям выслеживать пятшагра.

Ловчие углубились в чащу леса, туда, где протекали ручьи, там, скорее всего можно было встретить зверя. И в течение саллы граф Линд, объезжая лес, следил за тем местом, где появлялся пятшагр.

Выследив животное, распорядитель охоты отдал приказ начать гон. Свора лучших королевских собак флетамской и кушпанской пород, погнали пятшагра в сторону короля и его свиты. Звуки охотничьих рожков перемешались с лаем собак, хрустом веток, храпом и топотом коней.

Королевская охота разделилась: король с герцогом Гиводелло, маркизом Фэту, маркизом Шалоэр и графом Сатом занял место по центру; принц со своими людьми, то есть с нами отъехал влево; а герцог Моньен, граф Сэвенаро, барон Фаркето и остальные придворные заняли место справа, — так было больше шансов помешать пятшагру свернуть и избежать стрелы.

Как оказалось, охота была чрезвычайно удачной — граф Линд со своими подручными гнал сразу трех оленей, и звери разделились — самец побежал в одну сторону, а мать с олененком в другую — и пара эта выскочила прямо на нас. Сразу три стрелы вонзились в стройную шею оленихи, а вот почти взрослый олененок скрылся. Принц предложил поохотиться за ним.

И мы помчались в погоню по широкой тропе.

Но вот тут, везение изменило нашей компании: сначала прекрасный конь принца споткнулся и поранил ногу — пришлось ему пересесть на лошадь Влару. Потом, лошадь Паркары провалилась в яму, которая, наверное, служила прежде норой для какой-нибудь зверюги. Начали вытаскивать коня. К великой радости Терия, он не пострадал.

Принц, Паркара, Алонтий Влару и я немного отстали от остальных, и, въехав на небольшую полянку, открывшуюся среди высоких деревьев и заросшую густой травой, чуть придержали коней, как будто нас что-то остановило.

— Мне очень нравятся леса Ларотум, — сказал я, — красиво и сухо, есть ощущение простора, крепкие хорошо сбитые тропы.

— Главное, что в них есть на кого охотиться, — усмехнулся Паркара.

— Боюсь, что всех остальных пятшагров уже без нас поймали, — сказал хмурый принц.

Тут мы увидели нечто! На нижней ветви зеленовато-серебристого ствола мафлоры расположилось чудесное животное — черный лис.

Он сидел с поистине королевским видом — спокойно, равнодушно, — а ведь шла охота! Бешеный лай собак разбудил спящую тишину леса. Как обычная лиса могла сохранять спокойствие и взирать на происходящее с нижних ветвей дерева?

Почему ее не почуяли собаки?

Это был Дух — мы поняли сразу. Гривы наших коней, словно ветром, повело. Лес испуганно притих, и не стало слышно охоты. Продолжалось видение считанные секунды, но какие!

Лис соскочил с ветки на изумрудную траву и огромный хвост его, плавно заметая следы, уходил в сумрак леса.

Мы замерли, затаив дыхание. И когда видение исчезло, заговорили все сразу. Шумный восторг огласил поляну.

— Нет, вы видели?! Видели?! — возбужденно восклицал Паркара, — вы видели?

— Что это? — недоумевал принц, — добрый знак или дурной? Почему явился мне, а не брату?

Паркара и Алонтий Влару тут же вызвались догонять Лиса, но принц решительно их остановил.

— Нет! Если это дух, он заведет вас в беду.

Мы нехотя покинули это чудесное место. Как не желал принц скрыть необыкновенное происшествие от короля, слухи о таинственном видении достигли ушей Тамелия.

Немного красный и возбужденный от охоты, он подъехал на белоснежной лошади к Орантону и иронично сказал:

— Мне только что поведали чудесную историю, брат. Говорят, что этот лес явил вам дух Черного Лиса? Это правда или охотничьи байки?

— Люди любят придумывать лесные истории, — усмехнулся принц.

— Значит, правда! Как всегда скрытничаете, любимый брат, а напрасно! Если вы в действительности видели черного лиса — это добрый знак. Он не зря явился вам в этом лесу. Прислушайтесь — вам указали верный путь.

Король, как всегда не упустил шанса использовать ситуацию себе на пользу. В этом и был секрет его вечного успеха. Чтобы не происходило — ищи в этом выгоду для себя! После того как мы трижды сорвали планы графа Нев-Начимо, король не подавал виду — он терпеливо ждал, когда принц сделает первую ошибку.

Маркиза Шалоэр и графиня Линд насмешливо поглядывали на принца. Эти две амазонки не пропустили охоту.

Незаметно подъехав ко мне, маркиза Шалоэр томно спросила:

— Вы не скучаете, Льен?

— Конечно, нет, разве можно скучать на охоте?

— А разве я охоту имела в виду?

— В Мэриэге невозможно соскучиться.

— А вот я, представьте себе, скучаю! — И она мило похлопала длинными черными ресницами. Рука ее в темно-вишневой перчатке, расшитой золотом, так, как-бы невзначай, выскользнула из-под широкого рукава туники, обитой мехом заранской кошки, и протянула мне что-то.