Освободительная кО/Ампания - Юлия Фирсанова

— Есть ли у сеора волшебника какие-то пожелания относительно процесса моего перемещения в недра Узилища?

— Делайте так, как считаете нужным, сеор Рогиро, — уступил Лукас. — Бесплотное состояние знакомо магам лишь теоретически, поэтому я не вправе давать совет.

Самодовольная улыбка скользнула по губам приосанившегося привидения, единственного в своем роде способного ныне преодолевать границу между жизнью и нежизнью так же легко, как иной франт меняет наряды. Рогиро приосанился и шагнул в стену, но не исчез в ней в мгновение ока. Погружение почему-то шло до странности медленно. Темный камень принял в себя почти половину тела, и движение застопорилось окончательно. На красивом лице призрака мелькнуло выражение упрямого упорства, и он попробовал прорваться силой в плотную среду, но не тут-то было. Стена наотрез отказалась принимать Рогиро. Чем больше он напирал, тем с большей энергией его выпихивало наружу. Сделав еще несколько попыток, сеор выбрался из стены и вынужден был с разочарованием признать:

— Я не могу пройти здесь. Словно действительно натыкаюсь на стену поначалу упругую, но с каждым мигом все более и более твердую.

— А если с разбегу? — с бухты-барахты предложил Рэнд.

— Может, попробуете сами, сеор? — съехидничал Рогиро, делая приглашающий жест остроумному созерцателю.

Рэнд почесал острый нос, будто уже почувствовал, как расквасит его о камень, и пожал плечами, забирая свое предложение назад, зато некая дельная идея возникла у Макса. Умница-технарь, знакомый с магией лишь сугубо теоретически, спросил у мага:

— Лукас, Рогиро не пропускает внутрь заклятье данов?

— Весьма вероятно, мосье, — согласился Д" Агар, прощупывая стены магическим зрением и видя в них ту же, лишь чуть более разреженную, сеть чар, что оплетала плиту.

— Сама гора стала заклятьем, удерживающим Темного в Узилище, — не без гордости за предков не то констатировала, не то процитировала какое-то священное писание Минтана. Во второй раз в жизни она созерцала легендарное место и в первый раз без всякого ущерба для своего здоровья. Через зеркальную преграду печати Узилища не могли тянуть жизненных соков из колдуньи.

— Тогда надо воспользоваться естественными щелями в паутине чар, — предложил Макс, ероша волосы. — Если Рогиро может истончить свой призрачный облик и придать ему иную форму…

— Предлагаешь ему просочиться сквозь трещины в одной из печатей? — догадалась находчивая Элька, подпрыгнув в кресле.

— Может получиться, — принахмурившись ровно на столько, чтобы морщины не собирались на гладком лбу, прикинул красавчик Лукас, еще раз проанализировав мощное переплетение старинного заклятья.

Рогиро смерил скептическим взглядом узкие трещины, змеящиеся по белым шестиугольникам и, неприязненно скривившись, с манерным вздохом заметил:

— Никогда не мог отказать даме!

Отвесив публике прощальный полупоклон, привидение расплылось, утрачивая всякое сходство с человеком, и обратилось в подобие туманного полупрозрачного облачка, которое, все более истончаясь, свернулось тонким длинным жгутом. Один из кончиков призрачной веревочки скользнул в щель и начал быстро втягиваться внутрь. Через секунду в пещере остался только Лукас.

— Получилось? — неуверенно спросила Мирей.

— Смею надеяться, мадемуазель, — отозвался Лукас, не ощущая более присутствия Рогиро ни на уровне материальном, ни в сфере тонких чувств.

— Что теперь? — задал вопрос Нал.

— Только ждать, мосье, — вздохнул маг.

— Давайте в картишки перекинемся? Время скоротаем? — бодро предложил Рэнд, но на его интригующее предложение откликнулся согласием только Нал. Минтана неодобрительно поджала губы и отвернулась, чтобы не видеть, как разоряют ее защитника.

Ожидание длиною в вечность из семнадцати минут воцарилось в доме. Элька нетерпеливо ерзала в кресле, вглядываясь в плиту и печати. Наверное, единственным, что удерживало девушку на месте, был взгляд Гала, более твердый, чем иные гвозди. Макс нервно грыз ногти и дергал себя за волосы, очень жалея о невозможности наблюдения за происходящим в Узилище с помощью какого-нибудь маги-технического жучка. Партия Рэнда и Нала все длилась, кажется, на сей раз азартный воитель не собирался разориться на первых же секундах игры. Лукас неторопливо прохаживался по пещере, и только он один знал, чего ему стоил этот неторопливый шаг. А вот Мирей сидела спокойно без всякого притворства. И ее безмятежность была столь очевидна, что удивленная Элька поинтересовалась у подруги, отвлекшись от "увлекательного" процесса нервического ожидания:

— Мири, а ты почему не волнуешься?

— Я верю Ирилии, — просто, словно это было само собой разумеющимся объяснением, ответила жрица, осенив себя знаком цветка.

— Уважаю… — пожала плечами Элька, прикусив нижнюю губку. — Я, наверное, никогда так не смогу.

— Поэтому жрица — она, а ты — хаотическая колдунья! — наставительно пояснил Рэнд, беря из колоды очередную карту и сбрасывая ее на круг Налу, защитник отбился и тоже взял карту.

— И хвала Творцу! Представьте, что было бы, поменяйся мы местами? — звонко откликнулась Елена, перенявшая у друзей вариант божбы, распространенный в мирах.

— Не хочу! — припечатал Гал в унисон с прочувствованным возгласом Лукаса: "Упаси Клайд и Эйран!"

Что могла бы натворить Элька, получив божественное покровительство, и какой именно бог захотел бы его ей оказать, друзьям не хотелось даже думать, вполне хватало переполоха с хаотической магией.

Легкий треп кое-как помог команде скоротать время ожидания до тех самых пор, пока из плиты, вернее над одной из скреплявших ее печатей не закурился легкий дымок, постепенно сформировавшийся в прекрасно знакомую друзьям фигуру сеора Рогиро.

— Живой! — подивилась Минтана, слабо надеявшаяся на возвращение призрака, несмотря на тактические расчеты команды.

— Не-а, — помотала головой Элька, и с занудством истинной буквоедки пояснила:

— Рогиро уже лет пятьсот как мертвый!

Возразить на это было нечего. Но, тем не менее, сеор предстал перед публикой целый и невредимый, во всяком случае, такой же целый и невредимый, каким был до своего похода. Уплотнившись, встряхнувшись, словно пес после купания, мужественный призрак не стал томить честную компанию и с самодовольным достоинством огласил результат своего визита:

— Сеоры и сеорита, Властелин Беспорядка готов принять вас!

— Подробности, — почти потребовал от призрака Эсгал, поднимаясь со стула.

— Первый раз слышу, чтобы Гал требовал от кого-то подробности, а не краткого отчета по существу, — поразился Рэнд, иронично скривив подвижный рот.