Восход погибшего мира (СИ) - "Флемм"

Лидия выглядела уставшей, лицо осунулось, стало бледным.

— Почему ты хочешь убить дракона? — спросила она Ройга, оставшись наедине в доме родителей. — Боишься Агасфера?

— Нет, ему стоит бояться меня.

— Ты излишне самоуверен.

— Просто я знаю, на что способен, — возразил ей.

— На тебе были оковы и ты ничего не мог с ними поделать, — резонно заметил она ему, — значит не настолько силён как о себе воображаешь.

Ройгу не понравилось упоминание об этом — Спрошу с друидов при встрече.

Брови Лидии удивлённо поползли вверх — Думаешь выйти победителем? Но ты так и не ответил на мой вопрос, почему сам решил сразиться с драконом?

Ройг медлил, затем вздохнув признался — Наверное, считаю это хорошим делом.

— Что?

Ройг погладил ножны меча — Вот весь смысл моего существования, и другого нет. Я пытался быть человеком, у меня была семья и не одна, но итог всегда один, я нёс смерть, — лицо переменилось, словно на него пахнуло могильной прохладой, — даже собственным детям. Я убил их всех.

— Твоя вторая часть души, — напомнила Лидия, внутри переживая за такое прошлое Ройга.

— Не имеет значения, — отмахнулся Ройг, — это всё равно я. И потом, когда тьма отпускала меня, начинал всё заново, даже если вспоминал прошлое и то зло что чинил людям любящим меня. Но вот тут, — похлопал по груди, — пустота, нет вины за содеянное. Вот почему иду сражаться с драконом, таким образом хочу искупить часть зла принесенного мною в мир. Если сумею помочь твоему народу избавиться от проклятия, — Ройг улыбнулся, — значит, во мне есть то, что не до конца склонилось перед тьмой.

— Искупление?

— Да. Ты знаешь, где его искать?

Лидия покачала головой — Мы пойдём в сторону где некогда был Хорезм, скорее всего он там.

Ройг услышав её слова, удивился — Глупо просто бродить по руинам, мы будем представлять лёгкую мишень.

— Я смогу почувствовать его. — заверила Лидия, — я потомок Агасфера и во мне часть его сил.

— То есть? — тут Ройг понял, по какой причине старик отправлял их вместе, хоть и переживал за последнего своего потомка. — Ты приманка?

Лидия печально улыбнулась — Иначе его не выманить.

— Агасфер ставит на кон всё.

— В который раз.

В дом с шумом ворвался Мафусаил.

— Госпожа, они мне порядком надоели, — здоровяк поправлял одежду, — уберите их.

Лидия улыбнулась — В Нимруде ты не жаловался.

— В Нимруде девы благородные и уточённые в любовных ласках.

— А чем тебе местные не угодили? — шутливо скорчила грозную рожицу девушка.

— Они выматывают до последней капли, полностью лишая сил, — пожаловался Мафусаил, — а ведь мне ещё идти с вами искать дракона.

— Тогда оставайся тут, — похлопал Ройг по полу, приглашая садиться рядом, — мы выходим утром.

Мафусаил сел рядом — И какой у нас план?

— Сперва мы должны найти его.

— Хорошо, а дальше?

— Дальше? — переспросил Ройг, погладил рукоять меча. — Просто постарайся выжить.

— Хороший план, — быстро закивал Мафусаил, — мне по душе.

Ветер лениво гонял перекати поле по песку, постепенно перенося барханы всё дальше и дальше.

Глава 27

Ноги вязли в горячем жёлтом песке, каменные обломки попадались всё чаще, руин среди бархан всё больше, они немыми маяками возвещали о предстоящей опасности. Даже спустя тысячи лет следы огня без труда можно разглядеть на опалённых строениях.

— Что это? — удивился Мафусаил, когда стопа неожиданно под собой ощутила твёрдую гладь. Мутная поверхность простиралась перед ними, отбрасывая блики. Присев, постучал по ней кулаком. — Стекло.

— Песок от жара оплавился превратившись в стекло, — Лидия сняв флягу с пояса, жадно сделала пару глотков, она вновь обмотала голову тряпками, надёжно защитив от солнца. — Агасфер говорил об этом.

— Раньше ты тут не была? — уточнил Ройг. В деревне обзавёлся потрепанным плащом и такой же рубахой, но лица от солнца не прятал. Оно как ни старалось, не могло своими лучами оставить след на его коже.

Лидия нацепив флягу обратно на пояс, помотала головой — Нет, только со слов Агасфера. Там, — показала рукой на едва видные остатки разрушенного города, — Хорезм.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Почему дракон до сих пор не обратил на тебя внимания?

Лидия вместо ответа пожала плечами.

Они приняли решение идти по стеклу, считая так будет легче. В чём–то оказались правы, идти в самом деле получалось куда быстрее, но беда в том, что стекло под ними нагревалось куда сильнее песка, отчего вскоре ощущали себя идущими по раскаленной сковороде.

— Смотрите, — кивнул Мафусаил.

Из песка торчали скелеты. Ветер временами обнажал следы разрушений, приоткрывая двери в трагедию прошлых лет. Их много, очень много, лежали целые и частями, одинокие и полными семьями.

Спрятавшись в тени на время отдыха, над ними возвышалась одиноко стоящая стена, Мафусаил заприметил блеск в песке. Подойдя, выудил из него кинжал. Украшенный самоцветами, бережно сохраненный временем, выглядел превосходно.

Здоровяк осторожно вытащил клинок из ножен, провёл пальцем по лезвию.

— До сих пор острый! — воскликнул он преисполненный изумления, а также оттого, что не видно следов ржавчины. — Вот оно, легендарное умение мастеров Хорезма!

— Забери себе, — великодушно разрешил Ройг.

Лидия на такие слова недовольно сдвинула брови, Мафусаил заметив это, вернул кинжал в ножны и протянул девушке.

— Нет, — улыбнулась она тактичности здоровяка, — возьми как плату, тем более, я обещала тебе.

— Спасибо госпожа, — на лице Мафусаила не скрываемое удовольствие.

— Тебя легко купить, — поддел Ройг его.

— Это вознаграждение, — отмахнулся Мафусаил, подвязывая ножны к поясу.

— А если он вновь найдёт что–нибудь ценное, может забрать в качестве вознаграждения? — куражась, спросил Ройг.

Лидия смерила весельчака прохладным взглядом.

— Кости дракона, — неожиданно произнёс Мафусаил.

Над их головами пронёсся резкий порыв ветра, вздымая песчаную пыль.

— Кости дракона? — переспросила Лидия. — Зачем они тебе?

— Дракон госпожа, где–то тут самый настоящий дракон, представляете какую ценность он имеет, даже мёртвым, — знающим тоном проговорил Мафусаил. — Чешуя дракона, зубы дракона, когти дракона.

— Говоришь, а из твоих слов золото сыплется, — иронично заметил Ройг. — Я его ещё не убил, а уже барыши подсчитываешь? И к слову, отчего спрашиваешь у неё, ведь это я убью зверя.

— Но ведь …, протянул Мафусаил всем видом показывая, дескать, мы знаем какая участь ожидает тебя.

Ройг усмехнулся — Уже похоронил меня? И ещё, как собираешься тащить тушу на разделку?

— Освежевать можно и тут.

— В самом деле? А ты не забыл, зверюга огнём плюётся, может у него вместо крови жидкий огонь, а воды тут нет.

Мафусаил тоскливым взглядом окинул местность, одни пески.

— И тащить добычу будешь на своём горбу, а ты и так едва не подох, пересекая пустыню, — завершил Ройг вконец разбивая планы Мафусаила.

Ройг счёл за умное промолчать о том, что Посвященным как–то удалось провернуть подобный фокус.

— Идём, — Лидии видимо надоел разговор о дележе шкуры неубитого дракона.

Солнце вот истинный царь этих мест, лучи жарили с такой силой, что раскалённый воздух поднимающийся над песком не давал возможности дышать. Горячая смесь проникала в ноздри и горло, обжигая изнутри. Лидия и Мафусаил постоянно откашливались, из–за сухости першило и ужасно хотелось пить.

Руины стали попадаться чаще, вместе с останками прежних хозяев. Всё это говорило о том, они подошли к городу.

Разрушенные строения уродливыми скелетами высились над песком, время и ветер основательно поработали над ними, где–то полностью скрыв их, а в некоторых местах оставив возвышаться над поверхностью. Но даже по этим жалким остаткам можно понять, насколько велик был Хорезм, и насколько обширны владения.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Ройг дотронулся до белой колонны, сжав пальцами, отломил кусок камня и растёр в порошок. В далёкой древности она была мраморной, но за тысячи лет под палящими лучами солнца мрамор превратился в гипс, постепенно разрушаясь до основания.