"Эти заманчивые сокровища дракона" - Михаил Исхизов

Ни мучительные переживания курдючных баранов, ни благодарность поселян Каланта не заинтересовали.

- А принцесса, какова она? - спросил рыцарь. - Что говорят о ней?

- Принцессу они могли видеть только издалека. Дракон ей разрешает каждый день гулять, а отходить далеко от башни запрещает. Поселяне же бояться подходить близко к башне. Но все они утверждают, что у принцессы тонкий стан и красивые рыжие волосы.

- Молода ли она, красива? - допытываться рыцарь.

Буркст не имел представления о красоте принцессы и очень сомневался в ее молодости. Драконы живут долго, и заколдованной в башне принцессе вполне могло быть несколько сотен лет. Но сеять сомнения в чистой и искренней душе Каланта не имело смысла.

- Как же, как же, - постарался поддержать лучшие надежды рыцаря монах. - Всем известно, что драконы держат в заточении только юных и прекрасных принцесс. Таков сложившийся веками обычай. Ну, скажите, какой смысл держать в заточении принцессу, если она стара?

- Конечно! - согласился Калант. - Если она стара... - и он выразительно пожал плечами, подтверждая, что если принцесса стара, то держать ее в заточении, нет никакого смысла.

Мичиграна принцесса, вообще, не интересовала. Его, по совершенно понятным причинам, интересовал дракон, и он постарался увести разговор от прекрасной пленницы к коварному хищнику.

- А что поселяне рассказывают о самом драконе? - спросил он. - И, если можно, подробно. Чем больше мы будем о нем знать, тем лучше.

Услышав, что Буркст сейчас станет рассказывать о драконе, Фамогуст подошел к костру и уставился на монаха большими грустными глазами. Он тоже хотел побольше узнать о злобном чудовище. И мерина можно было понять: ему предстояло принять самое непосредственное участие в сражении.

- О драконе поселяне тоже не особенно много рассказывают. Говорят что он большой, в два раза больше лошади, и выше ее, что у него есть крылья, и он может летать...

Большие грустные глаза Фамогуста, кажется, стали еще грустней. Рассказ монаха вгонял мерина в тихую тоску. И Мичиграна тоже. Он попытался представить себе какие клыки могут быть у дракона, который в два раза больше лошади: получалась очень неприятная зверюга. А Альдарион вовсе притих, и ничего в нем уже не напоминало гордого эльфа.

Буркст почувствовал, что говорит не то. Перед сражением следовало подчеркивать не достоинства дракона, а его недостатки.

- Дракон неуклюж и медлителен, - повернул в нужную сторону монах. - В хвосте у него нет настоящей силы. Машет он им во время битвы постоянно, но больше для того, чтобы напугать. Сильно дракон им ударить не может, хвоста бояться не следует.

- А зубы и когти, - стал допытываться маг, - их следует бояться, или в них тоже нет настоящей силы?

- Зубы, как зубы... - пожал плечами монах, но, почувствовав недоверие, с которым на него смотрели не только Мичигран, но и Альдарион с Фамогустом, поправился. - Зубы конечно большие, но я же говорил, что он неуклюжий. Пока он повернется, чтобы схватить кого-нибудь зубами, вполне можно увернуться, а на лошади, тем более. Особенно на такой прекрасной лошади, как Фамогуст, - монах посчитал необходимым вселить бодрость в мерина, который воспринимал предстоящую битву с драконом без энтузиазма. - Когти у него, конечно, основательные... Так ведь не надо попадать ему в лапы. Тогда он своими когтями ничего не сделает.

- Он огнедышащий? - Альдарион, как всякий эльф, опасался огня.

- Умеет изрыгать огонь, - подтвердил монах. - Но достать может всего шагов на десять, не дальше. А главное, надо учитывать, что после того, как он изрыгнет огонь, ему нужно не меньше минуты, чтобы снова накопить его у себя внутри. Вот в это время как раз на него и надо напасть. В эту минуту к нему можно без опаски приблизиться на удар копья.

- Это мне известно по описанию подвигов славного рыцаря Сагодана, по прозвищу Железная Нога, - поддержал Буркста Калант. - Он убил двух огнедышащих драконов, а сопровождавший его монах описал эти славные битвы. Монах утверждает, что Сагодан поражал своих противников в тот момент, когда они накапливали огонь. Я тоже собираюсь так поступить.

- Огонь дракона нам не страшен, - напомнил Буркст. - Мичигран создаст магическую стену, и огонь обойдет нас стороной.

- Да есть у меня такое заклинание, - подтвердил маг.

- Он умеет летать, значит, может обрушится на нас сверху? - продолжал допытываться Альдарион, который ранее драконами не интересовался и повадки их не знал.

Этот вопрос заинтересовал и Фамогуста. При нападении сверху, боевой мерин был совершенно беспомощен.

- Монах пишет, что драконы ни разу не пытались напасть на рыцаря Сагодана с воздуха. Они очень вольно чувствуют себя высоко в небе и совершенно не опасны, когда находятся низко над землей. Он даже советует, поражать дракона в тот момент, когда тот садится на землю или взлетает.

- Все равно, его нелегко будет убить, - эльф был уверен, что дракона вообще нельзя убить. В его глазах было еще больше тоски чем, в больших глазах Фамогуста.

- Разве эльфы никогда не сражались с драконами? - удивился Калант. - Драконы такие же древние, как и ваш народ. Наверно вам не раз приходилось встречаться с этими свирепыми хищниками?

- Ни в одной из наших старинных легенд не говорится о сражениях эльфов с драконами. Драконы живут в степях и горах, где им легче всего охотиться, а эльфы - дети лесов. Мы всегда предпочитали зелень леса, поляны покрытые прекрасными цветами, росу на траве... А драконы в наших владениях никогда не появлялись. Конечно, если бы какой-то дракон попытался охотиться в наших лесах, эльфы убили бы его. Мы, эльфы, не любим, когда нам мешают.

- А почему вы ушли из лесов, если вам там так нравится? - поинтересовался Калант.

- И верно, - подержал его Мичигран. - Сидели бы в своих лесах, умывались росой, нюхали цветы и не пускали к себе драконов. А порядочным магам не пришлось бы платить взятки за получение лицензий.

Почувствовав, что о драконе больше говорить не станут, мерин недовольно фыркнул и скрылся в темноте. Его совершенно не интересовало, почему эльфы перестали умываться росой и нюхать цветы. Он и сам этого никогда не делал.

- Что ты знаешь о нас, маг!? В своих лесах мы жили прекрасно, - эльф не обратил внимания на то, что Фамогуст покинул их. Он задрал подбородок и с презрением посмотрел на Мичиграна. - Эльфы гордый и независимый народ. Мы ходили в зеленом. Понимаете, все, сколько нас было - в зеленом. Зеленый лес, зеленая трава, зеленая одежда: красиво и разумно - полное единение с природой. Но вам этого не понять. Мы питались нежными и сочными растениями, пили нектар и росу, жили в хижинах из ветвей... И знали, что это правильно, что мы лучше всех остальных. Оракулы предсказывали, что при таком образе жизни эльфы достигнут Великой Цели: подчинят себе все другие народы, погрязшие в невежестве, и станут править миром.