Опасные игры - Сандра Браун

– Когда ты проверял его последний раз?

– Вчера.

– Я перевел деньги сегодня утром, после того как побывал здесь. Тебе вовсе не обязательно верить мне на слово. Можешь посмотреть.

– Мне не нужны твои деньги, – резко сказал Билли.

– Что?..

– Можешь оставить эти сто кусков себе.

Крейгтон тихо рассмеялся:

– Большое тебе спасибо за доброту, но это самая лучшая сотня из всех, что я потратил. Я освободился от своего настырного дядюшки Пола.

– Оставь деньги себе. Только не убивай… не убивай…

– А… Только не убивать твою бывшую возлюбленную. – Крейгтон печально посмотрел на Дьюка и покачал головой: – Но мне хочется, Билли, мне хочется сделать это для тебя. Эта сучка тебя предала. И не один раз, а два.

– Два?

– Кто-то ведь позвонил и назвал тебя полиции. Ты об этом забыл?

Билли вытер пот со лба. Он снова взглянул на телевизор. Крейгтон готов был поклясться, что Дьюк побледнел еще сильнее, хотя, казалось, куда уж больше.

– Как ты… Что ты собираешься…

– Ох-ох-ох, – Уиллер погрозил Билли указательным пальцем. – Я же не учил тебя, как надо убить дядю Пола. Будет справедливо, если я сам выберу способ. Пусть это станет сюрпризом. Когда они ее найдут, это наверняка попадет во все новости.

– Когда ты собираешься это сделать?

– Ты знаешь, что такое кровавый монтаж?

– Кровавый монтаж… Нет, не знаю. И что же?

– Это резкий монтаж. Внезапная смена обстановки. Зрители обычно бывают в шоке. Очень эффективно. Сильно воздействует. Удар за ударом. Все так и будет. Причем неожиданно. Особенно для нее. – Крейгтон проверил, пуста ли последняя бутылка из-под пива, и сунул ее в сумку. – Однако я все же считаю, что тебе лучше уехать из Атланты. Мы не должны больше видеться. Тебе будет полезно сменить обстановку. – Уиллер еще раз с презрением оглядел номер. – Какая все-таки дыра! Неудивительно, что ты здесь сам не свой.

С этими словами Крейгтон намочил бумажное полотенце и, прежде чем положить в ящик, вытер им ключ, которым открывал бутылки, затем протер стойку и сунул влажный комок в сумку. Он огляделся, чтобы проверить, что ничего не забыл сделать или убрать, и поднял сумку, держа ее двумя руками перед грудью.

– Ты не мог бы открыть мне дверь? Пожалуйста.

Билли, казалось, был рад расстаться с ним. Он быстро подошел к двери и открыл ее.

– Всего хорошего, Крейгтон. Был рад знакомству.

– Мы больше не увидимся.

– Верно. Счастливо!

– Когда будешь отсюда уезжать, проверь, что не оставил ничего такого, что могло бы привести к тебе, Билли. Или ко мне. Особенно ко мне.

– Я ведь уже говорил: мне тоже не хочется, чтобы меня поймали.

– Я бы скорее умер. – Крейгтон сделал паузу и спросил: – А ты?

18

Джули ожидала возражений или хотя бы вопросов, но через несколько минут Дерек спустился вниз, одетый в чистые джинсы и рубашку.

Они вышли из дома, сели в машину Джули и за десять минут в полном молчании доехали до ее дома. Митчелл пошел за ней. Из гаража они сразу попали на кухню, а потом прошли в гостиную. Молодая женщина бросила сумку на диван и открыла бар.

– Я после смерти Пола ничего не покупала, но виски и водка есть. В холодильнике стоит бутылка белого вина. Это не та, которую я накануне обнаружила открытой. Ту я выбросила.

– Виски.

– С водой?

– Нет. Только лед.

Она взяла бутылку и пошла на кухню. Дерек тоже отправился туда, встал посередине и уставился на кованую вешалку для полотенец, сейчас пустую.

– Полотенца были памятными, – сказала она. – Но он все испортил. Их я тоже выбросила. – Джули протянула Митчеллу стакан.

Потягивая виски, Дерек разглядывал висевшие над плитой сковородки, заткнутые пробками бутылочки с уксусом и ароматным растительным маслом, стоявшие на полочке, подставку с кулинарной книгой… Все это было так не похоже на его холостяцкую кухню.

– Ты готовишь, – это был не вопрос, а утверждение.

– Научилась, когда жила во Франции.

Дерек встретился с ней глазами:

– Для Уиллера ты готовила?

– Часто.

Он сделал глоток.

– Не хочешь что-нибудь съесть? – осторожно спросила Джули.

– Нет.

Ответ был резким, и она не стала настаивать.

– Могу тебе кое-что показать. Это займет некоторое время, так что, если хочешь спать, придется подождать до завтра.

Он заглянул в свой стакан, повертел его и сказал:

– Не думаю, что я сегодня усну.

Джули сочувственно кивнула, затем жестом предложила ему следовать за собой. Они снова оказались в гостиной.

– Устраивайся поудобнее.

Дерек сел на диван. Джули подошла к стене, где стояла музыкальная и телевизионная аппаратура. Пока она там возилась, Митчелл спросил:

– Как ты думаешь, когда Крейгтон был здесь?

– Моя горничная ушла в полдень, так что в его распоряжении оказалась большая часть дня. Я взяла вечернее платье с собой в галерею, чтобы ехать на аукцион, не заходя домой.

– Как ему удалось управиться с сигнализацией?

– У меня был неисправен внутренний детектор движения – три раза поднимал ложную тревогу. Все не хватало времени заменить систему, чтобы не слали штрафы… А твою он как миновал?

– Я торопился на встречу с тобой в Атенсе. Об охране даже не вспомнил.

Джули достала диск и поставила его в видеоплеер.

– Мы будем смотреть фильм?

Она взяла пульт, проглядела меню на экране и нажала на кнопку, потом села рядом на диван.

– Хичкок.

Дерек удивленно поднял брови:

– «Незнакомцы в поезде»{ Детективный триллер Альфреда Хичкока (1951). Приз Американской киноакадемии «Оскар» за лучшую операторскую работу (1952).}. Никогда не видел.

– Картина старая. Некоторые считают ее классикой. Например, Крейгтон Уиллер.

Митчелл обратил все свое внимание на экран. Через несколько минут он увлекся, как несколько поколений зрителей до него, игрой Роберта Уокера, изображавшего миллионера-убийцу. Через час после начала фильма Дерек взял у Джули пульт и нажал на кнопку «пауза».

– Крейгтон и Билли Дьюк обменялись убийствами.

– Крейгтон и еще кто-то. – Джули смотрела на крупный план на экране – лицо актера.

Мягкие манеры и тихий голос этого персонажа не вступали в противоречие с душой и разумом безжалостного убийцы.

– Я думаю, Крейгтон позаимствовал свою идею в этом фильме. Как-то раз во время ужина с родителями и дядей он долго говорил о гениальности Хичкока в целом и этого фильма в частности. Он мог цитировать весь фильм, фразу за фразой. Хичкок снял более известные ленты, чем эта, – «Психо», «Птицы», «Окно во двор», но самый любимый фильм Крейгтона – «Незнакомцы в поезде». Наверное, потому, что этот миллионер напоминал ему самого себя. Он, помимо всего прочего, самовлюбленный эгоист.