Опасные игры - Сандра Браун

Снова послышался звонок в дверь.

– Это, должно быть, ветеринар, – сказал Дерек. – Я ему позвонил и попросил помочь мне… с Мэгги.

Он пошел к двери и впустил мужчину примерно своего возраста в старых джинсах и такой же футболке. Возможно, ветеринар решил надеть потрепанные вещи, потому что знал, зачем его вызывают, и предвидел, что после этого ему, скорее всего, придется одежду выбросить.

Они неловко обнялись. Так поступают мужчины, попав в ситуацию, когда их захлестывают эмоции и они не знают, как их выразить. Дерек сделал шаг назад и коротко представил Джули, а затем сказал ветеринару:

– В спальне…

Проходя мимо нее, Митчелл попросил:

– Ты наверх не поднимайся.

Джули пошла на кухню. Там все было идеально чисто, как у человека, который дома не готовит. Кофеварка оказалась последней модели, и молодой женщине потребовалось время, чтобы разобраться в том, на что следует нажимать, после того как она налила воду и насыпала в сетчатый фильтр несколько ложек кофе.

Увидев на полу миски Мэгги с водой и едой, она все выбросила, вымыла их и убрала в кладовую, чтобы лишний раз не напоминали о потере.

Скоро на кухню явились полицейские. Оба внимательно посмотрели на Джули, но ничего не сказали. Вышли они через дверь черного хода.

В окно молодая женщина видела, как бегают лучи их фонариков по земле и кустам. Один из полицейских осветил ветви дерева, как будто преступник мог там прятаться. Через десять минут они вернулись. Первый постучал фонариком по коробке охранной сигнализации, второй кивнул.

– Вы полагаете, что преступник что-то сделал с сигнализацией? – спросила Джули, интонационно подчеркнув слово «преступник». – Будете снимать отпечатки пальцев с дверной ручки? Вы нашли следы снаружи?

Проигнорировав ее вопросы, один из полицейских спросил:

– Как ваша фамилия?

Джули назвалась.

– Вы были здесь?

– Когда?

– Когда мистер Митчелл нашел собаку.

– Нет. Я приехала за несколько минут до вас.

Больше вопросов не последовало, и полицейские покинули кухню.

Дерек был прав. Они сделали все, что должны были сделать, но формально. Джули прошла за ними до лестницы, около которой сейчас стоял Дерек. Пока все трое о чем-то вполголоса разговаривали, она держалась сзади. Один полицейский что-то записывал. Дерек задал несколько вопросов, на которые получил односложные ответы.

Парень, который делал записи, захлопнул блокнот. Джули слышала, как он сказал, что мистеру Митчеллу все сообщат. Дерек проводил полицейских до двери, и один из них приложил руку к фуражке:

– Очень жаль вашу собаку, мистер Митчелл.

Дерек кивнул и закрыл дверь. Проходя мимо Джули, он бросил на нее взгляд, но ничего не сказал. Молча поднялся наверх.

Она вернулась на кухню. Кофе был готов. Едва Джули успела найти чашки, как послышался какой-то шум. Она вышла посмотреть, что происходит в холле. Митчелл и ветеринар несли по лестнице черный пластиковый мешок. Из глаз Дерека текли слезы.

Джули бросилась к входной двери, открыла ее и отступила в сторону. Мужчины шли к тому месту, где ветеринарный врач оставил свой грузовичок. Джули стояла на пороге и видела, как они осторожно опустили мешок на землю, открыли задний откидной борт и положили страшную ношу в машину.

Ветеринар отошел в сторону, оставив Дерека одного. Джули показалось, что он стоял там долго, хотя, вполне возможно, на самом деле времени прошло не так уж много. Наконец Митчелл положил ладонь на мешок, что-то сказал и поднял борт.

Ветеринар, проявив, на взгляд Джули, максимум чуткости, ничего больше говорить не стал. Он сел за руль, и машина тронулась. У Дерека подкосились ноги. Митчелл сел на обочину, спиной к дому, и сидел так долго. Джули видела, как тряслись его плечи. Она так и осталась стоять в открытых дверях, понимая, что ему нужно побыть одному.

Наконец Дерек встал и медленно пошел к дому. Его белая рубашка таковой уже не была. На джинсах виднелись пятна крови. На пороге он сказал:

– Я пойду в душ…

Через пятнадцать минут Джули налила кофе в чашку и понесла ее наверх. Спальню она нашла сразу, потому что только там горел свет. Дверь в ванную комнату рядом была закрыта. За ней слышался шум воды. Простыни с постели были сняты. В центре матраса темнело большое пятно.

В углу стоял еще один завязанный мешок, такой же, в каком унесли Мэгги. Постельное белье и одежда Дерека, решила Джули. К стене напротив кровати была прислонена картина, купленная на благотворительном аукционе, все еще в ящике, в котором сама Джули ее отправила. Это произошло накануне, а кажется, прошла целая вечность.

Шум воды стих, и через минуту из ванной вышел Митчелл, обернув бедра полотенцем. Джули протянула ему чашку:

– Боюсь, уже остыл.

– Все равно спасибо. – Дерек взял чашку, но пробовать кофе не стал. – Я бы лучше что-нибудь выпил.

– Поехали ко мне, – решительно сказала Джули, хотя эта мысль только что пришла ей в голову. – Одевайся.

Крейгтон вошел в свой пентхаус через вестибюль и остановился, чтобы забрать почту. Среди прочего в его медном почтовом ящике оказался сложенный пополам лист бумаги. Уиллер развернул его, быстро прочитал послание, выругался и направился к лифту.

Билли желает его видеть. Немедленно. Написано прописными буквами и слово «немедленно» подчеркнуто.

Крейгтон скомкал послание. Билли приходил сюда и сунул бумагу в ящик, хотя он ведь миллион раз приказывал этому идиоту никогда, ни при каких обстоятельствах не искать с ним встречи.

Да, конечно, сам Крейгтон этим утром нарушил установленные правила и поехал в мотель, но что позволено Юпитеру, то не позволено быку.

Уиллер поднялся на лифте в свои апартаменты и сразу пошел в ванную комнату, где все стены были зеркальными. Он разделся и встал под душ. После этой мерзкой шавки Митчелла он был весь грязным.

Крейгтон уже пару дней собирался ее прикончить. Запасся в хозяйственном магазине инструментами, даже комбинезон маляра приобрел, на тот случай, если решит повторить сцену из «Крестного отца».

Грубость Митчелла по отношению к нему, Уиллеру, сегодня в офисе и потом, в студенческом городке, стала приговором его собаке. Крейгтон уже слегка успокоился, проследив адвоката с Джули в Атенсе, где он лапал ее, как похотливый подросток, а потом этот козел имел наглость отчитать его… То, что Митчелл остановился у ресторана по дороге из Атенса, оказалось ему на руку – было время разобраться с собакой.

Человек, который зарабатывает себе на жизнь тем, что защищает преступников, должен был быть более осторожным и не оставлять дом, не включив охранную сигнализацию. Это единственное, что волновало Крейгтона. Это и собачий лай. Но вторую проблему он решил, заехав в «Бургер кинг». Псина зарычала, пару раз тявкнула, а потом он кинул ей гамбургер, и она чуть не подавилась – с такой жадностью набросилась на угощение.