Точка отправления - Наталья Цепкова

— Странные, они, — сказал Видеор, сидя на скамейке около дома Элемира.

— Почему?

— Их не интересует ничто, кроме себя.

— А их должно интересовать что мы тут делаем?

— Нет, конечно. Но не узнав кто перед тобой, разве можно сказать друг это или враг.

Наташа пожала плечами. Иногда и после долгого общения нельзя сказать кто перед тобой стоит: друг или враг.

— Здесь красиво, — протянула Наташа.

— Но за этой красотой скрывается равнодушие, а это не по мне.

Девушка удивилась, но отчасти лесовик был прав. За приветливыми лицами и учтивостью скрывалось холод чувств этих жителей.

— Но Элемир нам помог.

— Он врач, это его работа. Но что было бы если, Ростичерн просто бы лежал у ворот города?

Наташа снова пожала плечами.

— А где Молнезар? — вдруг опомнилась она.

— Не знаю, вышел.

— Ты не заметил, какой он странный.

— Не удивительно, если учесть то, что мы слышали. Так что ему следовало бы побыть одному.

Наташа кивнула.

На улице стремительно темнело. Розы, которые росли тут почти на каждом шагу источали одурманивающий аромат, такой, что у нее заболела голова и они поспешили зайти в дом.

В небольшой комнатке Элемир накрывал на стол. Как только вошли в дом гости, он тут же позвал их ко столу.

— Не так уж и богато, зато не ляжете спать с пустыми животами.

— Это верно, спать на голодный желудок ужасно, того и глядишь морок накличешь, — сказал Видеор присаживаясь.

— Странная у вас спутница? — спросил Элемир, нагибаясь к уху Видеора, после того как положил по тарелкам кашу и немного овощей. Он прищурился, повернулся к Видеору, на глазки его бегали от лесовика к девушке.

— Хм, чем же? — улыбаясь спросил лесовик, переглянувшись с Наташей, которая была неприятно удивлена. Элемир вел себя так, как будто тут ее не было. И снова она почувствовала себя как в детстве.

Чем дольше она тут находилось, тем больше детских воспоминаний вплеталось в ее жизнь в ином мире. Это пугало. И девушка пыталась не думать об этом, сконцентрировав свое внимание на разговоре.

— Не встречал я таких кудрявоволосых, — ответил Элемир и снова покосился на девушку.

— Я издалека, — наконец ответила Наташа.

— Да, — протянул старик, — а откуда? Наверно вы из Вильных озер, уж больно у вас глаза красивые.

— Нет, что вы я из…

— Маленькой деревушки. В моей спутнице намешано слишком много кровей, — продолжал отвечать Видеор, который не любил лгать, но сейчас понимал, что знать лишнего этому старику не обязательно.

После ужина, Элемир постелил своим гостям в комнате прямо на полу. И оставив свечку, пошел к двери.

— Думаю к полудню ваш друг поднимется и если ваше путешествие не ждет, то после обеда сможете отправиться в путь.

— Спасибо за хорошую весть, — сказал Видеор и слегка поклонился.

Старик потряс головой, задумчиво глядя куда-то в сторону и вышел в ночь, плотно закрыв за собой дверь.

Молнезар сошел с судна на берег озера и огляделся. Никогда альв не был в Русальей отмели. Тут было так красиво, истинно красиво, как создают боги, а не инженеры и строители. Лес стеной стоял и отгораживал небольшое вытянутое озеро с камышами, где сейчас заблудился ветер, с роем стрекоз озорно летающих над хохотушками — русалками. Те плескались у самого берега, ни сколько не обращая внимания на прибывшие судна. Из березовой рощи выпрыгнул заяц и пугливо уставился на альва, но не убегал. И этот низенький домик…Тут все отгораживало от того мира, от которого альв хотел сбежать. Как жить прежней жизнью он уже не знал, слишком многое не укладывалось в его голове. А ведь он всегда стремился к правде, к истинной правде. И вот он ее достиг.

Молнезар вздрогнул, когда на его плечо опустилась чья-то рука.

— Пойдем, я тебя познакомлю с хозяйкой дома, — сказал Дран. За те четыре дня, которые альв провел вместе с водным народом, они сдружились.

Молнезар кивнул и последовал за Драном. Оба вошли в дом без стука. Как обычно в кресле сидела Благиня и вышивала. Она почти закончила свое рукоделие, осталось разукрасить лиловыми нитями только один лепесток. Бродница подняла голову и улыбнулась гостям.

— Рада вас видеть.

— Разрешите представиться, я Молнезар…

— Я знаю кто вы. Проходите, не хотите чая, — как будто служанка стояла за дверью и ждала приказа, так как через минуту она несла поднос с чайников и тремя чашками, а в конфетнице лежали разные сладости, — я даже знаю зачем вы здесь.

Молнезар вскинул на нее свои голубые глаза. Бродница легонько кивнула в сторону. Переведя взгляд с хозяйки дома, тот вздрогнул и черты лица тут же стали жесте, а брови сошлись на переносице.

В дверях комнаты стояла Звездана. На ней было простое платье, а поверх него фартук. Ее серебристые полосы были перевязаны лентой, словно у простолюдинки, а на ногах были обыкновенные башмачки. Альвина стояла молча и только смотрела на него. Слов тут не надо, все выражал ее взгляд. Она молила, чтобы тот ее понял и простил.

— Пойдем, Дран, покажешь с чем приехал, — сказала Благиня, поднимая юношу со стула.

— Нет! Не стоит, — запротестовал Молнезар.

— Альв, послушай меня, — сказала бродница и в голосе слышались металлические нотки, хотя она улыбалась и добрые глаза смотрели по-матерински, — ты совершил много поступков, соверши и еще один, выслушай ее.

Сжимая кулаки, Молнезар сердито посмотрел на Звездану, а потом подошел к окну и сложив на груди руки, уставился на озеро.

— Я понимаю, ты сердит, но неужели ты не рад.

— Чему?

— Теперь ты знаешь правду. Маски сорваны.

— Там, умерло все во что я верил. Я пришел сюда, чтобы забыть все, начать жить заново. А ты…Зачем ты-то тут?

— Я не могу без тебя.

— И когда ты это поняла…

— Не будь жесток. Не мучай. Я виновата. Но скажи, могу ли я остаться с тобой. Если нет, то я уйду и никогда ты меня не увидишь, не буду тебе напоминать твое прошлое.

Молнезар сурово посмотрел на альвину, которая подошла к нему. Если протянуть руку, то можно ее обнять, притянуть к себе, поцеловать.

Нет. Она предала его. Заманила коварством и….предала.

Но альв посмотрел в ее глаза. Словно два моря в солнечную погоду. В их и утонуть не жалко.

Молнезар понимал: вот та, рядом с которой он смог бы прожить всю жизнь, как его родители. Сердце кольнуло, когда он вспомнил свою семью. Слезы наворачивались на глаза, и альв отвернулся снова к окну, чтобы их скрыть.

— Твое молчание расценивать как, нет.

Сглотнув, альв обвел взглядом озеро, рощу, лес, пытаясь за что-то зацепиться, чтобы переключиться. Но в голове засела не только Звездана — красавица с холодным сердцем, а их знакомство, их первая ночь. От воспоминаний на лбу выступила испарина и вспотели ладони.