Синяя бабочка плетельщика судеб - Ариадна Краснопёрова

— Ты вообще в курсе, что я тебя убить собирался? — спросил я в треугольные кудряшки.

Я ожидал что мне скажут что-то презрительное, вроде «Ты только из-за этого меня от дел отвлекал?», но нет, Хару человеческое было чуждо. Всё. Включая презрение.

— Да, конечно, — действительно спокойно скзал он. — Только у тебя не получится.

— Почему? — невольно заинтресовался я. Под сумкой лежал кинжал, а имепратор весь такой лениво-расслабленный лежит и явно не ожидает нападения.

— А ты попробуй, — просто предложил он.

Ну я и попробовал… Лезвие, вопреки ожиданиям, не встретило никакого сопротивления и по рукоятку погрузилось в грудную клетку. Прямо в сердце. Моё собственное пропустило удар от страха, несмотря на всю браваду, в действительности я его убивать не хотел. Но ведь убил! Убил! Вот он на руках моих лежит с пронзённым сердцем.

Мгновением позже на мою ладонь, всё ещё судорожно сжимающую рукоять, опустились длинные пальцы, крепко обхватили поверх и медленно потянули вверх. Окрававленное лезвие казалось сюрреалистически-красивым в мертвенном свете Малого Солнца. Красные капли неторопливо стекали с гладкой блестящей поверхности, образуя причудливый узор. На меня потекло что-то горячее и липкое.

Сильная рука с нереально длинными пальцами повела кинжал вверх, только не к сердцу, а к горлу. Быстрое движение, и мне на живот скатилась голова Хара, нежно проводя по левой руке мягкими кудряшками. Правая разжалась, вупустив кинжал, который бесполезной железкой рухнул на подстилку. Не до конца осознавая происходящее я взял в руки голову Гуахаро, рассматривая её с каким-то нездоровым любопытством. Разрез был сделан чисто, чётко между позвонками, сразу видно опыт…

— Я бессмертен, Морин, — заговорила голова. Глаза, как всегда, смотрели в пустоту, но сам факт разговора… — Совсем. Совсем-совсем.

Впрочем, удивление было не настолько сильным, насколько можно было бы ожидать.

— Ты что, с Владыкой Мёртвых поссорился? — с нервным смешком спросил я.

— Эм, ну и это тоже, хотя и по другому поводу, — озадачилась голова. — Впрочем, даже при большом желании Четвёртый не сможет меня забрать, я вне его юрисдикции.

Вот блин… У Смерти, оказывается, тоже юрисдикции есть?

— Эм… — невольно повторил за ним я. — А ты не мог бы… Ну это… Собраться.

— А что? — ехидненько оскалилась голова. — Тебя чего-то не устраивает?

— Ага, — согласился я. — Ты меня кровью заливаешь.

— Неженка, — фыркнула голова.

Тело подняло руки, бережно взяло у меня голову, село и аккуратно нахлобучило её на место. Щелчком пальцев уже целый император убрал кровь, а я быстренько притянул ходячий скелетик обратно, желая лично проверить сохранность организма. Ничего, никаких ран, шрамов или даже дырок на одежде, будто бы это была всего лишь иллюзия.

— На кинжал посмотри, — посоветовал Хар.

А вот оружие всё ещё было в рубиново-красной жидкости, пачкая подстилку. Задумчиво взяв его в руку, я повертел лезвием перед глазами. На вид настоящая, и на вкус… Тоже. Гуахро развернулся ко мне и спросил с нескрываемым любопытством:

— И как тебе, вампирушка моя?

— Кто? — не понял я прозвища.

— Вампры — существа, пьющие чужую кровь, — пояснил он.

— Разновидность комаров, что ли? — учточнил я.

— Ага, что-то вроде, — весьма подленько захихикал Император. — Чего звал-то?

— Наблюдаешь за мной? — решил зайти я с окраины. Откровенничать после такого представления было немного неудобно.

— Приглядываю, — не стал отрицать он.

— И зачем я тебе нужен?

— Узнаешь, когда придёшь ко мне в замок.

Всё тот же вопрос, всё тот же ответ… Ну, стоило хотя бы попытался.

— Мне приснился кошмар… — неловко начал я, не зная как он прореагирует. — И… Ну в общем…

— Ты хочешь знать, не означает ли он что-либо? — подсказал Гуахаро.

Я молча кивнул.

— Эх, Мор… Хотелось бы тебе помочь, но нельзя. Для твоего же блага.

— Поче?..

— Потому что услышав пророчество, ты позволяешь ему сбыться. Я мог бы рассказать тебе всё, что будет завтра, послезавтра, на год вперёд, на тысячу лет… Но это не оставит места неожиданности. Иди своей дорогой, не оглядывайся ни на кого и только тогда твоя судьба будет в твоих руках.

— А если нет, то в чьих она будет? — спросил я. Просто так, без всякой задней мысли.

— Плетельщика Судеб, — ответил Гуахаро.

То есть, в его… А ещё я внезапно вспомнил, как старый пень упоминал о Плетельщике, как о пятом боге западного пантеона, но отказывался рассказывать конкретно его житиё… Просто обмолвился в самом начале, что богов девять: Владыки Хаоса, Порядка, Жизни, Смерти, Судьбы, Удачи, Пространства, Разума и Эмоций, причём о последних четырёх известно только имя.

— А он существует в реальности? — осторожно спросил я, надеясь, что он мне вот прям сразу признается, что это он. То посещение во сне всё-таки казалось мне сном, да и намёки туманны…

— Сходила как-то Вторая на собрание агностиков, так её там чуть не убедили, что её не существует, — хихикнул Хар. — Ладно, проехали… В общем, я с предсказаниями тебе помочь не смогу, только если ты вдруг захочешь просто избавиться от кошмаров…

Подумав, я кивнул. Предзнаменования предзнаменованиями, но здоровый сон всё-таки важнее. И так понятно, что не в дом отдыха едем.

Гуахаро мягко коснулся указательным пальцем моего лба и прошептал:

— Спи спокойно, сы…

Глава 9. Дороги Леса

Легенда — приемная дочь истории.

Мы в молчании ехали по дороге из жёлтого кирпича. Вокруг нас бушевала метель, грозя сорвать шапки и задувая в щели в одежде. Мрачное, траурное настроение висело внутри нашей маленькой группки, а состояние природы только усугубляло ситуацию. Нам пришлось ждать три часа на том же месте, пока из леса не вышли четверо. Ободрённый таким успехом, Аргарх сказал, что Симарх точно сейчас добьётся расположения лианы, надо только подождать ещё чуть-чуть… И ещё… И ещё самую малость… Вот и стемнело, можно тут же и устроить привал…

Но наутро никто из Леса так и не вышел.

Осознав, что ждать дальше бессмысленно — если Симарха не сожрала Лиа, то он уже замёрз насмерть — командир приказал выдвигаться. Фани тихо плакала, стараясь, чтоб никто не видел её слёз и осознанно гася содрогания тела. Парочка спасённых упорно молчали о том, что им пришлось пережить и только надсадно кашляли в шарфы. Аргарх ехал мрачнее тучи, явно не рассчитывая потерять людей во второй же день пути. Даже Эрни был каким-то притихшим, испуганным, когда пересаживался на освободившуюся лошадку.