Синяя бабочка плетельщика судеб - Ариадна Краснопёрова

Страж фыркнул, лизнул напоследок Эрни и скрылся в чаще.

— Я-то здесь, а вот ваши люди попали в ловушку, — громко сказал я, выпрямляясь во весь рост. — Правда, есть шанс, что они выберутся, так что предлагаю часик подождать.

На полянку вывалился Аргарх, под руку с Фани. Следом за ним спокойно прошёл последний мечник, невозмутимо оглядываяясь. Единственный нормальный чувак во всём этом сборище. Его, казалось, не заботят эти детские разборки и прочая фигня. Так, стоп. Не заботят. Эта команда в целом является подтверждением пословицы «Маленькая собачка — до смерти щенок», а вот он как-то выбивается из этой группы… Засланец? Надо бы поинтересоваться подробностями.

— Что здесь произошло! — потребовал ответа капитан.

— Нас только что обслюнявил Страж, — честно признался я, зная, какой фурор произведёт эта фраза.

И точно, собеседники разом посерели, почти сравнявшись цветом лица со снегом.

— Ч-что? — прошептала Фани.

— В профилактических целях, — с удовольствием пояснил я. — Ваша команда нарушила правила леса и сейчас страдает в объятьях прекрасной дамы. А нас решили за компанию проверить и попугать…

— И вы их там оставили?! — тут же взвилась целительница. — Надо же их спасти!

— Миледи, успокойтесь. Своими криками вы здесь совершенно ничего не сможете решить.

— Но бросить спутников — это бесчестие!

— Миледи, — неожиданно подал голос Эрни, — помните, учитель говорил, что перед Стражами можно извиниться? Мы только мешали. А наставник объяснил им, что делать. Если они последуют его совету — их отпустят.

— Но вы их бросили с какой-то… демоницей!

— Демоницей? — Эрни растерялся. Лиа, конечно, была весьма специфичным созданием, но на демона не тянула.

— А какая женщина будет ещё шататься по этому лесу?!

Волчонок красноречиво уставился на Фани, явно с трудом удерживая комментарий. Ты гляди-ка, а ему встреча с созданиями Гуахаро явно на пользу пошла…

— Все цветущие растения Пустошей предпочитаю ассоциировать себя с женщинами, — пояснил я. — Их поймала зимняя лиана и не отпустит, пока они не покаятся… Если покаятся.

— Так, хорошо, — обратил на себя внимание Аргарх. — Мы с Мартином пойдём в Лес и постараемся убедить эту… «демоницу» отпустить моих людей. Фани, останешься здесь, постережёшь вещи. Ты, — острый взгляд на меня. — Пойдёшь с нами.

— Извините, молодой человек, — я с показным кряхтением встал. — Всё что я мог, я уже сделал. Второе предупреждения от Стражей закончится смертью. Но вы, если ещё не забыли мой инструктаж, вполне можете вызволить ваших… друзей.

— Это приказ! — жестко сказал капитан, потянувшись к поясу.

Но увы, всё оружие было сложено в багаже и прекрасно замаскировано.

— Слушай меня, пацан, — резко начал я, порадовавшись, что шрамы скрывают мой возраст. — Пустоши — это не то место, где можно шутить ваши дурацкие шутки. Если хочешь жить засунь свою гордость куда подальше и опусти голову перед величием Природы. Потом, ты, конечно, можешь хвастаться в трактире о том, как плевал на ядовитые кусты, но сейчас… Сейчас смирись.

На лице Аргарха заиграли жвалки.

— Фани, ты ещё здесь? — резко спросил он. — Иди на дорогу.

— Но милый!..

— Любимая, ты слышала, что он сказал. Я не хочу, чтобы ты подвергала себя такой опасности. Пожалуйста. Я знаю, что ты очень отважная, но…

— Хорошо, Арги, — опустила она голову.

— А с тобой мы ещё поговорим… — угрожающе прошептал он, ткнув мне пальцем в грудь. — На нейтральной территории.

И, не оглядываясь, пошёл по нашим следам. За ним двинулся оставшийся мечник. Мило.

На самом деле он поступил достаточно умно. Перевёл стрелки так, словно всё моё возмущение касается не его, а Фани. А его образ непогрешимого главы отряда так и остался нетронут. Зато девушка себя переламывать явно не привыкла. Дворянка, голубая кровь… Фани сверлила меня возмущенным взглядом, явно осуждая за отказ помочь в вызволении товарищей по отряду. Не люблю юных представительниц аристократии. В смысле, весело проводить время — люблю, а вот говорить… Блин. Они так сильно помешанны на чести и благородстве, что доводят это до такого абсурда, что в реальных действиях места здравому смыслу не остаётся.

— Ты слышала приказ? — приподнял брови я, ступая к дороге. — Пойдём. И не смотри на меня так, я вовсе не подлец… Во всяком случае, не в данном случае. Вот ты целительница… В поле работала?

— Сомневаешься в моей квалификации? — фыркнула она, тем не менее, тоже выходя из сени деревьев. — Да, работала, два года.

— К тебе когда-нибудь приходили заплаканные родители с требованием исцелить их единственное дитя?

— Причем здесь это? — вскинулась Фани так, что сразу стало ясно — приходил.

— Наверняка приходили, — кивнул я. До дороги было каких-то десять шагов и мы уже успели выйти на тёплое, жёлтое полотно. — А у ребёнка была банальная простуда… Ты давала снадобья, снабжала инструкциями, говорила, что ребёнок сильный справится с инфекцией сам…

Фани скривилась. Подобные люди, искренне убежденные, что их деточка погибнет от малейшей царапины, раздражали всех лекарей независимо от происхождения. Особенно когда у тебя несколько человек действительно при смерти, а они теребят и требуют лечить как следует, а не отмахиваться от «такого тяжелого случая».

— Вот примерно так же для меня сейчас звучат твои обвинения, — сообщил я, с наслаждением растянувшись прямо на дороге. — Теплынь… Кха, недолго и действительно заболеть… Все инструкции я выдал, шансы справиться у них есть и помочь больше ничем не могу. Как и ты не можешь помочь иммунитету убить заразу побыстрее.

— Нет, — топнула ножкой Фани. — Это боевая операция, и ты убежал от неё!

— Девочка, — покачал головой я. — Не лезь со своим мнением туда, в чём ни капли не разбираешься. Я же не указываю тебе на то, что эта рубашка плохо сочетается с твоими сапогами?..

— Да как ты смеешь так со мной разговаривать, бродяга?!

Эрни возле мешков вскинулся, подсознательно стремясь возразить. Сильфа — бродягой?!!

— С тобой — это с кем? — меланхолично уточнил я.

Она прикусила язык.

— Вот именно. Так что веди себя прилично, как нормальная девушка и не тряси у меня перед носом своим титулом, раз так хочешь его скрыть.

— Ты знаешь?..

— Знаю. Но уважаю твоё право на новую жизнь. Если хочешь связать себя с бандитом с большой дороги, тебе и карты в руки. Но благородные замашки оставь, это совершенно неуместно.

— Он меня любит! — возразила она.

Ха, забавно, а против бандитизма не возражает.