Клуб разбитых сердец - Рут Уокер

Услышав внизу голоса сыновей, Стефани поспешно вытерла слезы. Вот уж что им меньше всего сейчас нужно, так это мать-плакса. Им и без того трудно. Порой она задавалась вопросом, а что, собственно, происходит в душе у ее ребят, которых, думалось, она так хорошо знает. Еще пару недель назад она считала, что Чак и Ронни способны выдержать все и будут вести себя как надо. Но после того как Дэвид ушел из дома, они постоянно огрызаются и дуются. Впервые в жизни они одинаково реагируют на любую домашнюю свару. И вообще возник союз двух, в котором ей места нет.

Ко всему прочему несколько раз звонила мать Дэвида, и каждый звонок – настоящее испытание. В последний раз она разговаривала так агрессивно, что Стефани даже швырнула трубку. Никогда прежде с нею такого не бывало. На протяжении следующего часа телефон так и заливался, но Стефани не взяла трубку. С тех пор свекровь больше не звонила.

А через несколько недель, когда будет покончено со всеми формальностями, Стелла перестанет быть ей свекровью. Правда, бабушкой мальчикам она, к сожалению, останется навсегда.

Близнецы влетели в комнату, но, увидев, что на диване небрежно развалилась мать, круто остановились.

– Вы вроде поздновато сегодня? – заговорила она.

– Мы шли пешком, – сказал Ронни. – Мама Тони так и не появилась.

– Можно было позвонить, я бы заехала за вами.

– Мы не знали, что ты уже вернулась, – буркнул Чад, отводя глаза. Стефани сразу почувствовала что-то неладное.

– Дело не в том, что не появилась мама Тони, а? Вы просто надеялись, что вас подвезет отец, – уверенно заявила Стефани.

– Да ладно тебе, мама. Это правда, пару раз нас подбрасывал до дому папа. Сюда ты ему приходить не разрешаешь, так что… – Чак вызывающе передернул плечами, и Стефани стоило немалого труда скрыть злость и обиду.

– Впредь я прошу вас говорить мне правду, – ровно произнесла она. – Ив следующий раз, когда ваш отец будет проезжать мимо школы, я запрещаю садиться в его машину.

– Ты что же, хочешь лишить нас всякой радости? – вспыхнул Чак.

– Не говори ерунды. Ты же знаешь, что я только добра Вам желаю. Именно поэтому мы в июне идем на плотах. Мы с отцом уже все обговорили.

Мальчики так и воззрились на мать. Не давая им ничего Сказать, Стефани поспешно продолжала:

– И еще одна новость, которая, надеюсь, вас порадует.

Вы уже достаточно взрослые, чтобы присматривать за собакой, так что почему бы в ближайшие выходные нам не подыскать щенка?

После того как в доме все стихло – для разнообразия дети сегодня отправились в постель без спора, – Стефани прилегла на диван и открыла книгу. Но голова ее настолько была занята другим, что похождения красавиц и красавцев, прыгающих друг к другу в постель, никак ее не занимали, так что в конце концов Стефани встала и начала нервно расхаживать по комнате; то статуэтку на каминной доске сдвинет чуть влево, то корешки книг на полке выровняет.

Телефон зазвонил, когда она уже гасила свет. Опасаясь, как бы не проснулись близнецы, Стефани поспешно схватила трубку.

– Стефани?

– Да, я. Кто это?

– Ариэль… Ариэльди Русси. Знаю, что уже поздно, но…

Я не разбудила вас?

– Да нет, я еще не сплю. Что-нибудь случилось?

– Нет… Но вы сказали, что можно позвонить, когда захочется поговорить с кем-нибудь. – В тонком голоске Ариэль угадывался вопрос.

Стефани так и застонала про себя. День выдался длинный и тяжелый, и сейчас не до чьих-то чужих переживаний. Но заговорила она, как всегда, приветливо:

– Ну да, разумеется. А для чего же еще существуют друзья?

– А мы действительно друзья? – В голосе Ариэль прозвучала такая неуверенность, что Стефани невольно улыбнулась.

– Это верно, знакомы мы недавно, и все равно – друзья.

Что-нибудь не так?

– Видите ли… это очень личное. Может, напрасно я вас тревожу…

– Да нет же, все в порядке. Так в чем дело?

– По телефону не скажешь. Может, встретимся завтра?

– Разумеется, – с притворным энтузиазмом откликнулась Стефани. – Где? За обедом?

– Вообще-то мне хотелось бы найти местечко, где мы были бы одни. Дело, у меня, понимаете ли… щекотливое.

– В половине третьего у меня собеседование по поводу работы. Как насчет того, чтобы встретиться, скажем, на Приморском бульваре или у Музея изящных искусств?

– А если на Сиклиффе? Я люблю смотреть, как там котики резвятся.

– Отлично. Вам когда удобнее?

– До пяти у Алекса пациенты. Так что в любое время между часом и пятью.

– Скажем, в половине второго. Годится?

– Буду ждать вас, и спасибо огромное. Ни за что бы вас не побеспокоила, будь у меня еще с кем поговорить.

Интересно, подумала Стефани, повесив трубку, как это может быть, чтобы больше некому, кроме случайной знакомой, было довериться. Но разве у нее самой иначе? Большинство пар, с которыми они поддерживали отношения, друзья Дэвида. Или его же деловые партнеры. И среди их жен вряд ли найдется хоть одна, с кем можно было бы поговорить по душам.

Что касается мальчиков, то они еще слишком молоды, ну а Дэвида, который всему виной, уже нельзя считать другом.

Остаются еще родители, только они теперь стали ей почти чужими. По правде говоря, предвидя их реакцию, Стефани еще и не сказала им, что они с Дэвидом разводятся.

– И что же ты такого натворила? – спросит мать, готовая с ходу обвинить во всем ее, Стефани.

– В нашей семье не бывает разводов, – так заявит отец, сводя в полоску седеющие брови.

Вот и выходит, что они с Ариэль в одинаковом положении.

Стефани не смогла вспомнить ни единого человека, которому могла бы полностью довериться. А это кое-что говорит и о ней самой, верно?

Глава 21

Наутро, проводив детей в школу, Стефани занялась стиркой и другими домашними делами, затем приготовила ужин, на случай если задержится на собеседовании или еще что случится. Надев серую в полоску блузку и юбку в тон, Стефани завела машину и поехала в центр.

Около половины первого она притормозила на стоянке рядом со старым, почтенным рестораном «Клиф-Хаус», представлявшим собой нечто вроде фирменного знака Сан-Франциско. На удивление – приехала-то она чуть раньше оговоренного времени, – Ариэль уже ее поджидала. Она поднялась навстречу с улыбкой такой робкой, что Стефани даже засомневалась, уж не придется ли вытягивать из Ариэль, что она там собиралась ей поведать.

Некоторое время они шагали вдоль стены, поддерживающей накренившийся утес, который и дал этому месту свое имя.

Пренебрегая расставленными повсюду знаками, предупреждающими о штормовой волне и камнепаде, двое подростков? карабкались по скалам, и, глядя на них, Стефани, подумала, что и ее мальчики, должно быть, не обращают внимания ни на такие знаки, ни на собственные ее предостережения.