Спасение из ада - Юрий Иванович

– Ладно, хорош болтать! – строго оборвал их Василий. – Раздевайтесь, руки споласкивайте вон в том корыте и можете садиться.

И уже через минуту на столе стояли четыре глиняные миски с ароматно пахнущим жарким. Охотники с мычанием и чмоканьем набросились на еду, тогда как сам кашевар лишь пощипывал свою лепешку да поглядывал на уводящий внутрь горы проход. И только когда появилась Сильва с влажными после купания волосами, воскликнул:

– Ну ты и долго! Мясо ведь стынет!

– Ничего, подогреем. – Она не спеша и чинно уселась, поставила перед собой флягу с согревающим средством, взялась за персональную ложку, которую в таком рейде имел каждый уважающий себя воин, и, прежде чем начала есть, пожелала: – Приятного аппетита.

Несмотря на полный рот, немец умудрился после чинного кивка промычать:

– И тебе…

Тогда как Петр чуть не подавился. Со слезами на глазах он прокашлялся и, проглотив, что жевал, удивился:

– Какие мы вежливые стали… Не иначе стряслось чего?

– Конечно, есть повод. Вась, наливай по одной.

Тот с пониманием улыбнулся, метнулся к полке с посудой, и вскоре на столе стояли четыре фаянсовых стаканчика, полные разбавленного водой спирта. Но женщина так и продолжала требовательно смотреть на старшего группы. Видимо, до сих пор не верила состоявшемуся совсем недавно здесь разговору и, как любая другая на ее месте, желала дополнительного устного подтверждения случившемуся. При всех.

Кажется, Василий нисколько не возражал:

– Друзья…

Он сделал паузу, собираясь с мыслями, и Петруха, как всегда, успел за это время подурачиться:

– О-ба-на! Никак ты решил уйти на пенсию? Раньше ведь всё бойцами, сволочами ленивыми да редисками худосочными обзывал. А тут чуть ли не родными стали…

– Не ерничай! – мягко, но с шипящими интонациями шикнула на него Сильва.

– Так вот, друзья, – нисколько не обиделся на боевого товарища Василий. – Сегодня у меня, как пишут в любовных романах, радостное событие. Я предложил Сильве стать моей женой, и она согласилась. Поэтому сейчас мы празднуем нашу помолвку!

Хотел еще что-то добавить, но только пожал плечами. Мол, вроде все сказал. И выпил первым. Обрученная – второй, и только потом Петруха поднял отвисшую на грудь челюсть. Об интимных отношениях между определенными личностями знали все в группе, подобный секрет считался секретом полишинеля, но одно дело невинные развлечения во время отдыха, а совсем другое – полноценное супружество.

– Не… я с них торчу! И когда только успели? А? Мы ведь только на пять минут отлучались.

Тогда как Курт, смешно поморгав своими густыми ресницами, приподнял стаканчик и по слогам, душевно рявкнул:

– Поз-драв-ля-ю!

Самому молодому в компании ничего не оставалось делать, как с готовностью присоединиться к выпивке. Причем он сразу поставил свою посудину как можно ближе к фляге.

– Ну, раз такой большой праздник, то не грех и еще по сотке пропустить. – Наткнувшись сразу на три строгих взгляда, он стал оправдываться: – Никуда ведь не идем, ни в кого не стреляем, ни от кого не бежим. Как по заказу момент для расслабухи! Да и вообще, помолвка только раз в жизни бывает. – Потом покладисто вздохнул и добавил совсем иным голосом, которого от него никто и не ожидал: – А вообще-то… Сильва, Васек, я за вас рад. Просто зверски рад… Будьте счастливы!

Теперь уже сама Сильва разлила вначале воду, а потом разбавила ее спиртом до водочной пропорции. Не забыв о предупреждении:

– На сегодня хватит.

Что опять подтолкнуло довольного Петра к очередным шуткам:

– Вот и женись после такого! – Он весело подмигнул товарищам. – Конец всяким мелким радостям и развлечениям. Только самые крупные останутся… Но! Хочу отметить особо: на свадьбе прошу меня не сдерживать и выпивку не отнимать. Обязательно напьюсь.

Его боевые товарищи покивали с согласием и выпили. И только после длительного закусывания ароматной печенью Курт проговорил:

– Это, наверное, будет тот случай, когда и русскому будет хорошо, а немцу еще лучше! Напьемся, как…

Он замялся, подбирая слово деликатней, и все вздрогнули от донесшегося от входа стука. Кто-то еще в столь позднее и ненастное время стремился в пещеру то ли на праздник помолвки, то ли на запах свежезажаренной дичи. Причем этот «кто-то» сумел мастерски обойти сигнализацию. Или ее настолько присыпало снегом? Искушать судьбу опытные диверсанты не стали, а в самом максимальном темпе стали облачаться в пуленепробиваемые жилеты и хвататься за оружие. В мгновение ока пещера превратилась в готовый к любой обороне неприступный рубеж.

Каждый без слов знал свою задачу и место. Поэтому Василий лишь глянул напоследок на приготовившихся товарищей и только тогда нырнул в тамбур. Лишь вынув из щелей куски одеял, он расслышал сквозь завывания пурги голос Даны. Черноглазая красотка на русском языке ругала товарищей почем зря плохими словами, которые по сути своей выражали примерно следующее:

– И чем бы там, нехорошие животные, таким интересным в плане разврата занимаетесь?

Приблизив лицо к образовавшейся щели, старший группы все-таки решил перестраховаться:

– А с тобой кто?

На что Дана весьма агрессивно ответила известным выражением. Правда, при этом слово «конь» было заменено на явно неприличное, которое в культурном обществе не произносят вслух. А если и произносят, то редко. Хоть в мыслях оно там проскакивает постоянно.

Но боевой товарищ только обрадовался такому восклицанию, прекрасно представляя, каково стоять при такой погоде в шаге от тепла, и понимая, что чужаков за собой подруга не привела.

– А почему таким способом? – вопрошал он, поднимая стопор и откатывая плиту в сторону. – Мы ждали с громом и молниями.

– Молнии кончились! – прорычала женщина, вваливаясь в тамбур и шумно втягивая пахучие ароматы мясного блюда. – Сволочи! Так вот почему вы открывать не хотели? И чего тут все завешано?

– Светомаскировка. Что ты там за собой тянешь? Быстрей заходи…

– Надо вначале поклажу снять и седла, иначе они внутрь не протиснутся.

– Кто?

– Ты совсем тут отупел? Я ведь тебе сказала, что коняги. Деймонд сейчас там с них все снимает…

Ее рука втянула внутрь уздечку. За той появилась лошадиная морда и, почувствовав тепло, довольно заржала. Как раз и Сильва вышла в тамбур, отстраняя в сторону висящие одеяла, а увидав животных, не сдержалась от восклицания:

– Кошмар! Я думала, они дурачатся. Где ты коней захватила?

– Эти красавцы не совсем кони, зато как мулам им цены нет. Деймонд сказал, что и в пещеру влезут.