Ночь богонгов и двадцать три пули - Андрей Бондаренко

— Никогда бы не подумала, — в очередной раз удивилась Алина. — А что тётя Маришка делает в Австралии? Почему её так интересует поселение Форт Томпсон? Вернее, Круппендорф?

— Выполняет задание высокого Руководства, — чуть заметно передёрнул широченными плечами необычный старец. — Какое задание? Не знаю, да и знать не хочу. Потому как — не положено. Круппендорф? Им не Матильда интересуется, а я. Должностные обязанности такие. Я попросил Маняшу немного помочь, а она обратилась к тебе, отроковица. Обыкновенная межведомственная взаимопомощь. Не более того…. Ну, славненько мы с тобой потрепались?

— Славненько.

— Понравились друг другу? Нашли общий язык?

— Понравились, — смешливо улыбнулась Аль. — Нашли.

— Тогда займёмся текущими делами, — посуровел лицом Амвросий. — Для начала переходим на австралийский диалект английского языка.

— Принято. Перешла. Что дальше?

— Познакомь-ка, голубка, меня со своими подопечными. Пусть вылезают из машины. В Алексеевку направимся пешочком, а твой приметный грузовичок мои ребятишки спрячут в надёжном месте. Дай-ка, отроковица, ключик зажигания. Да и свой мобильник — для профилактических мероприятий.

— Не вопрос. Держите…. Прошу к машине, отче, — вежливо пригласила Алина. — Отряд, покинуть виману! Быстрей! Строиться! Первый ряд — девушки! Молодые люди располагаются за ними! Офицерскому составу пройти на правый фланг! Правый — для вас, для меня — левый…. Боец Ари!

— Я!

— Ты — на настоящий момент — офицером не являешься. Изволь сместиться к центру!

— Есть!

— Строга ты с ними, отроковица, — одобрительно прошептал новый знакомый. — Прямо-таки, мать-командирша…

— А то, — также тихо ответила Аль. — Как учили старшие товарищи…. Итак, подчинённые, представляю вам хозяина здешних мест. Его зовут — «старец Амвросий». Можно обращаться и так — «отец Амвросий». На время моего отсутствия он будет являться вашим прямым и непосредственным начальником — с самыми широкими полномочиями. Слушаться его беспрекословно! Всем всё ясно? Смотрите у меня, оглоеды! Система, если кто-то подзабыл, строга и беспощадна к…, к различным проявлениям непослушания…. Прошу, отче.

— Здравствуйте, бойцы! — сделав шаг вперёд, неожиданно гаркнул старец.

— Здрасьте, привет, доброго дня, — прозвучали вразнобой ответы.

— Да, слабовато у вас, отроки, с выучкой, — недовольно скривился Амвросий, после чего — с отеческими нотками в голосе — пообещал: — Ничего, братцы, исправим ситуацию. И строем вас, неженок, обучим ходить, и вообще…. Значится так. Сейчас определю на постой. Всё, как и полагается — женская изба, мужская изба. Легкомысленные глупости у нас не приветствуются. Обустроитесь, получите матрасы, подушки и постельное бельё. Умоетесь с дорожки по-быстрому. Потом вас пригласят на ужин. После ужина — отбой. Алексеевка — крестьянская деревня. Здесь рано ложатся спать и рано встают. Уклад такой жизненный, заведённый издревле…. Последнее. Сейчас раздам вам тканевые лоскуты, пропитанные специальным составом. Тщательно закрепите эти тряпочки на одежде, например, обмотайте-завяжите вокруг пуговиц. Назначение лоскутов? Опознавательные знаки для наших сторожевых псов. Мол: — «Я свой, поэтому кусать меня не надо…». Подходи, паства, по одному! Разбирай чудодейственные тряпицы…. Ну, все справились с поставленной задачей? Тогда — за мной…

По обеим сторонам дороги выстроились крепкие деревенские дома, от которых на путников равнодушно поглядывали, чутко втягивая чёрными носами воздух, лохматые серые псы самой зверской наружности. Дождя не было, но на западе, где висели мрачные тёмно-фиолетовые тучи, по-прежнему гремело.

«Экзотическое местечко!», — восторгалась про себя Алина. — «Самая натуральная патриархальная старина. Примерно в таких живописных декорациях снимался знаменитый советский фильм — „Угрюм-река“. Рубленые избы-пятистенки с квадратными окнами. Причём, рубленые из толстенных стволов эвкалипта. Резные наличники и ставни. На коньках крыш — гнёзда аистов. Скворечники на длинных шестах, вкопанных в землю. Колодцы-журавли. Чёрные треугольники погребов…. А это, надо понимать, тщательно огороженный по периметру скотный двор. Стайка пёстрых куриц, возглавляемая голенастым красавцем-петухом. Какой хвост! Прямо как у павлина — рыже-зелёный. Голенастые телята. Разномастные бараны и овцы. Упитанные хрюшки. Белоснежные рогатые козы. Гуси и утки беззаботно плещутся в прямоугольном пруду…. Высоченный сарай непонятного назначения. Второй, третий. Длинный-предлинный бревенчатый барак. Умиротворённое мычанье. Коровник, понятное дело…. Ага, церквушка, возведённая на солидном высоком фундаменте, сложенном из красно-белых гранитных валунов. Красивая и элегантная, ничего не скажешь. Когда-то очень давно, будучи наивной первоклашкой, я ездила с родителями — на весенних каникулах — в карельские Кижи, любоваться на тамошние деревянные православные Соборы. Здешняя церковь, вне всяких сомнений, приходится тем знаменитым Соборам архитектурной „родственницей“. Только маленькая она…».

— Чем здесь так пахнет? — негромко спросил шедший рядом Свенн. — Незнакомо, своеобразно, тревожно.

— Недавно заготовленным силосом, свежим коровьим навозом и печным дымком, — пояснила Аль. — Русской деревней, короче говоря…. Откуда жарким летом взялся печной дымок? Коптильни, скорее всего, работают…

— Рота, стой! Раз, два, — скомандовал старец Амвросий. — Отроки — направо. Отец Фёдор вас доведёт до пристанища, — указал рукой на тощего-тощего монаха в тёмно-синей рясе. — Отроковицы-красавицы, пожалуйте налево. Матушка Ефросинья проводит вас, — кивнул головой в сторону дородной женщины в коричневом длинном плаще-балахоне, голова которой была плотно обмотана платком того же цвета.

Примерно полтора часа ушло на обустройство. Потом странников позвали на ужин, в отдельную избу.

Деревянный пол в горнице был покрыт — по краям — пёстрыми домоткаными половичками, между которыми располагался длиннющий обеденный стол, застеленный серыми льняными скатертями. По периметру стола располагались массивные деревянные табуретки, а скатерти были плотно заставлены разнокалиберной посудой со снедью и напитками. Уже наступил вечер, печально догорал австралийский малиново-бордовый закат, поэтому в комнате — и тут, и там — разместились бронзовые подсвечники с зажжёнными восковыми свечами.

«Ничего металлического из посуды на столе не наблюдается», — автоматически отметила Алина. — «Кувшины, кружки и тарелки — керамические. А блюда, миски, ложки и двузубые вилки — деревянные. Староверы, как-никак…. Почему отсутствуют ножи? Хороший вопрос. Чтобы пришлые неумёхи случайно не порезались? Следовательно, тётя Маришка ничего не утаила от ушлого старца Амвросия? То есть, передала — слово в слово — мой телефонный рассказ? Ну-ну…».