Ночь длинных ножей - Виктор Кузнецов

— Ты хотел бы, чтобы «Мокрый нос» держал тебя в ежовых рукавицах?

— Никак нет, группенфюрер, лучше бы мне служить в вашей охране.

Прозвище «Мокрый нос» берлинские штурмовики прилепили министру рейхсвера фон Бломбергу. Фрич тотчас прекратил смотр, а Эрнст пригласил молодых штурмовиков в пивной погреб.

Когда в июле 1933 г. Гитлер и Геринг стали настаивать на том, чтобы фон Бломберг использовал фюреров СА в качестве офицеров рейхсвера, генерал отказался это сделать.

Однако в силу обстоятельств контакты между рейхсвером и СА укрепились. В конце 1933 г., после того, как Германия вышла из состава Лиги наций, руководство военного министерства стало опасаться, что в качестве санкции французы могут вступить в Рейнскую область. По этой причине генерал-лейтенант Бек, начальник генерального штаба сухопутных сил, поручил штурмовикам мобилизовать пригодных к военной службе жителей левобережья и в случае конфликта переправить их через Рейн и увезти на восток. Кроме того, им было предписано вместе с прусской полицией занять предмостные укрепления на западном берегу Рейна и отстоять их в случае наступления французов. Для вооружения отрядов, которым предстояло занять предмостные укрепления, высшее командование СА закупило винтовки в Аргентине и Бельгии. Но, поскольку для этих винтовок не нашлось запасных частей, генерал-лейтенант Бек распорядился, чтобы армейское интендантство вооружило штурмовиков немецкими винтовками.

И все равно время от времени у штурмовиков происходили трения с рейхсвером. К примеру, стало известно, что в вольном городе Данциге ими был закуплен товарный вагон, загруженный оружием. Деньги на его закупку, как оказалось, выделило рейхсминистерство финансов. Генерал-майор фон Рейхенау, руководитель военного ведомства, приказал передать оружие на армейский склад в Мюнхен.

Но выяснилось, что на складах СА и в штабах групп и без того достаточно оружия, которое было захвачено штурмовиками у членов КПГ, «Стального шлема» и пограничников. Создалось впечатление, что СА все-таки станут составным элементом государства и получат свое первое серьезное задание. В декабре 1933 г. начальник штаба СА Эрнст Рем даже стал министром без портфеля. Однако ему самому и его штурмовикам угрожало не только недоброжелательное отношение со стороны министерства рейхсвера. Бывший капитан Рем стал опасен для паладинов Гитлера — Гесса, Геринга, Лея, Геббельса и Гиммлера — поскольку к началу 1934 г. у него как начальника штаба СА в распоряжении находилось четыре миллиона человек — целая армия! Своим друзьям, которые сетовали на леность фюрера, в это же время Рем заявлял: «Я освобожу Адольфа от этих ничтожеств — от этого Геринга, Геббельса, Розенберга и Лея!» Когда после 1933 г. Геббельс захотел вступить в СА, Рем заявил: «Колченогие мне ни к чему». Во время праздничной встречи членов СА в одном из залов Берлинского зоопарка висел лозунг: «У лжи короткие ноги. У лгуна короткая нога».

Из-за подобных выходок, которые не прошли мимо ни одного из высших функционеров рейха, Рем стал предметом ненависти. Фюрер СС Гиммлер не любил своего начальника (в это время СС были подразделением СА) еще и по личной причине. Будучи студентом аграрного вуза, во время путча 9 ноября 1923 г. Гиммлер нес имперское военное знамя и опростоволосился. После 1933 г. Рем часто напоминал ему об этом. Германа Геринга, сына официантки, Рем называл продажным. Он часто говорил о нем: «Этот морфинист обогащается на нашей революции». Геббельс получил от Рема презрительное прозвище «Политический прыщ».

От других паладинов фюрера Рем отличался и своими взглядами на еврейский вопрос. «Раса — это сплошь дерьмо. Кто мне даст гарантию, что в церковных книгах записано все, как надо?» Он разработал следующую программу. Все евреи, которые прибыли из Восточной Европы после 9 ноября 1918 г., должны быть выдворены. Причем они должны забрать с собой то имущество, с которым они приехали. Все остальные евреи должны остаться в Германии в качестве полноправных граждан страны, но без права заниматься определенными профессиями (банкиров, врачей, адвокатов, судей, государственных служащих, профессоров университетов). Немецкие евреи, служившие в армии, пользуются всеми правами граждан. Раненые и награжденные орденами евреи должны иметь такие же привилегии, как и граждане других верований.

Рема привлекала идея реставрации монархии в Германии. В двух первых изданиях его книги, вышедшей до 1933 г. под названием «История государственного изменника», он выступает за возведение на трон представителей Виттельбахского дома и Гогенцоллернов. Но эта идея, как и идея касательно военного союза, не устроила Гитлера.

Прошел год с тех пор, как Гитлер пришел к власти. В январе 1934 г. министр рейхсвера фон Бломберг приказал генерал-лейтенанту Беку вступить в переговоры с высшим командованием СА. По словам фон Бломберга, «СА ни в коем случае не должны выполнять самостоятельные задачи, которые имеют отношение к управлению, образованию и мобилизации войск». Но Эрнста Рема оказалось не так-то просто отстранить от дел. В феврале 1934 г. он встретился с французским послом Франсуа-Понсе, французским военным атташе в Берлине бригадным генералом Ренондо и британским военным атташе полковником Торном. Он обсуждал с ними военно-политические планы. Он намеревался создать из СА милицию численностью в 300 тыс. человек, которая будет помогать рейхсверу. Со своими дипломатическими партнерами он «провентилировал» вопрос о создании военного союза между германским рейхом, Англией и Францией. Рему показалось, что его планы вскружили голову генералу Ренондо.

Однако 8 февраля 1934 г. Рем подписал вместе с министром рейхсвера фон Бломбергом и шефом сухопутных войск фон Фричем соглашение, согласно которому СА должны выполнять исключительно задачи по предварительной военной подготовке и организационно охватывать резервистов, оставивших активную службу. Причем все это осуществлялось под надзором рейхсвера. При подписании этого соглашения Гитлер выступил в министерстве рейхсвера перед командующими округами сухопутных войск и высшими фюрерами СА со своей первой программной речью, посвященной военно-политическим вопросам. Он отверг предложенный Ремом проект создания милиции, поскольку он предусматривал скорее оборонные, чем наступательные цели, между тем как развитие техники, главным образом, автомобильной еще не соответствует нужному уровню. Он заявил: «Я твердо убежден, что будущая немецкая армия будет моторизованной армией. Тот, кто помешает мне выполнить эту историческую задачу, будет уничтожен».

После речи Гитлера высшее руководство СА в своей берлинской штаб-квартире устроило завтрак в честь командования рейхсвера. Атмосфера была далеко не дружественной. После того, как армейские генералы покинули штаб-квартиру, недовольство руководства СА относительно соглашения с рейхсвером и речи Гитлера вырвалось наружу. Один из высших руководителей СА, обергруппенфюрер Виктор Лутце (который впоследствии сменит Рема), донес генерал-майору фон Рейхенау, руководителю армейского ведомства при министерстве рейхсвера, о том, что после ухода генералов Рем заявил: «То, что тут наговорил этот идиот-ефрейтор, нас не касается. Адольфу, самое малое, надо отправиться в отпуск. А мы будем продолжать свое дело». Рейхенау направил Лутце к Гессу и Гитлеру. Фюрер ответил: «Подождем, пока плод созреет».

Рем не догадывался о предательстве группенфюрера Лутце. Он чувствовал себя таким же сильным, как и прежде. «Со мной ничего не случится, — заявлял он.-Как только меня схватят, на мою защиту выступят сотни тысяч». В узком кругу Рем называл Гитлера «Адольфом», «примадонной», «идиотом», заявлял, что он страдает манией величия. «Адольф окончательно рехнулся!» — говорил он.

В военном министерстве стала известна еще одна фраза Рема: «Серая скала (рейхсвер) должна рухнуть в коричневый поток (СА)». Подобная манера разговаривать со всем и каждым не создает Рему друзей. В начале марта рейхсвер предпринимает крупную игру, в которой участвуют СС, Геринг и Геббельс. Все находят, что с упоенным властью Ремом вместе с его кликой фюреров СА следует покончить. Но враги Рема ждут, «когда плод созреет».

2 марта 1934 г. фон Бломберг, военный министр, направляет Гитлеру письмо, содержание которого основано на сфальсифицированном донесении службы безопасности СС: «Я чувствую себя обязанным еще раз указать на существование вооруженной охраны штаба СА. Согласно приказу начальника штаба СА каждая обер-группа и каждая группа должна иметь охрану, включающую роту тяжелых пулеметов. Подобное поведение делает тщетной всякую готовность как со стороны вермахта, так и со стороны курсантов СА, занимающихся в школах вермахта».

Штурмбанфюрер СС Эйке, комендант концлагеря Дахау, составил «имперские списки» всех нежелательных персон. Оберштурмфюрер Илгес из ведомства безопасности СС разошелся: «Вы знаете, что такое кровожадность? У меня такое чувство, что придется пролить немало крови».