Негостеприимные воды - Алексей Владимирович Егоров

такое везение Виал не рассчитывал. Он беспокоился, что придется издалека тащить глину для производства кувшинов. А ему нужно по меньшей мере три: один для готовки, два других для работы.

Вокруг росли сосны. Часть из них была повалена, бурелом никто не разгребал. Тоже хорошо, подсохшие деревья пригодятся, не прямо для судна, но их составляющие пойдут в работу. Деревья и кустарники были обвиты тем же ползучим растением – замечательно.

Виал ухмылялся, уже мысленно рисуя весь процесс. Вот удивятся спутники, ведь они не ожидают, что из ничего возникнет нечто рукотворное. Их поразило, что Виал из обломков сделал навес, что они скажут потом!

В склоне были ямы, явно образовавшиеся благодаря людям. Частично края были сглажены, исчезли следы от инструмента, которым работали поселенцы. Здесь добывали глину предки данаев, что основали Саганис. А теперь будет работать Виал, его руками все гирцийцы.

Прошла эпоха данаев, им на смену явились другие люди.

Чтобы доказать это придется много работать. Объем работы большой, не за четыре дня, как планировал Виал, а полмесяца придется провести на пляже.

С помощью обломка стамески, Виал наскреб глины. Прямо тут же возле ручья он слепил кривоватый кувшин, добавляя в размоченную глину сухой травы и гальки. Все брал тут, ручей обеспечил всем.

Гончаром Виалу не быть, но изящества не требовалось. Таких кувшинов он изготовил сотни в прошлом, опыта не растерял.

Товарищи оценили мастерство навклера. Словно он метнулся в лавку гончара да купил готовый сосуд. Приняв похвалу с достоинством, Виал приказал развести новый костер, чтобы обжечь кувшин вечером. Как раз обсохнет на солнце.

У костра, пока все готовилось, Виал обрисовал план. Путники расположились под навесом, полулежа, словно в триклинии. Свежий бриз приятно холодил подгоревшие на солнце тела, освежал души и мысли, отгонял мух.

– Пока мой дражайший друг не покинул меня, я воспользуюсь его руками и ногами.

– А головой?! – воскликнул уязвленный Эгрегий.

Мустиф услышал, что Эгрегий собирается покинуть их, открыл было рот, чтобы спросить, не успел.

– Что в твоей дурной голове может быть полезного?

– Ты забыл, но это я добыл нам пищу, – Эгрегий погрозил пальцем.

– Хочешь жить как номад, так вперед, но цивилизованные люди ценят блага цивилизации!

– Соль я могу добыть. Будет соленая пища.

– Справедливости ради, обжаренная в углях рыба была вполне годной, – похвалил Виал друга.

Эгрегий осклабился.

– Однако, я про свой замысел. Мне нужно судно.

– И? Похитить в Саганисе?

– Не стоит, – Хенельга замотала головой, сыта она по горло данаями, – лучше дождаться рыбаков и забрать у них лодку.

– Рыбачья лодка мне не подойдет. Недостаточно мореходная. Я сделаю ее сам!

Виал порадовался удивлению на лице спутников. Это не горшок из глины, веток и гальки. Никто из них не представлял, как возводится судно. Для них это сродни священнодейству, а плотники жрецы, чьими мольбами из волн рождаются суда!

Знай они, что все можно сделать руками, так Виал не стал бы тратить время на болтовню.

– Для судна у меня есть все: доски, деготь, веревки, парусина и достаточно железа.

Конечно, хотелось бы, чтобы железа было больше. Взятые инструменты не лучшее из того, чем может гордиться корабел.

– Есть все? – удивился Эгрегий. – Вон там, где мы бросили плот?

Он указал на запад. В его мыслях возникла обратная дорога, обещание помочь навклеру теперь не казалось хорошей идеей.

Виал улыбнулся.

– Нет. Все есть здесь.

Ответом ему были возражения. Спутники словно болтливые данаи решили спорить с опытным навклером.

– Вы решили спорить со мной? Почему? Разве вы когда-то строили корабль?

– Нет, а ты?

– Раз он спрашивает, значит, строил, – поняла Хенельга.

– Верно мыслишь, друг мой, – Виал кивнул ей. – Пусть этот корабль не сравнится с тем, который ты получишь в мастерской, но он сгодится.

И Виал принялся объяснять, что ему требуется. Эгрегию придется работать топором, надо будет свалить десяток другой сосенок. Виал сам укажет каких. Он выберет дерево для киля и мачты, для румпеля и весел. Для обшивки и штевней потребуются деревья попроще.

Для Хенельги он замыслил сбор сухостоя, лиан, из которых она совьет веревки. Женщина кивала и начала улыбаться. Она поняла, что замысел навклера реализуем. У себя дома она точно такие же веревки плела из лиан, что выращивались или в саду резчиков или собирались за стенами.

– А зачем тебе сухостой? – только спросила Хенельга. – Ты отметил, что для обшивки возьмешь иные деревья.

– Деготь.

– Точно! Деготь! – Эгрегий хлопнул себя по лбу. – Чтобы швы уплотнять и вообще для защиты. Как я не догадался.

Мустиф глядел на троих, не понимая, о чем они говорят.

– Ну, и для тебя есть работа, парень, не переживай.

– Какая?

– Будешь помогать Хенельге, но в первую очередь поддерживать лагерь. Нам нужна еда, запасы, ты ведь помогал Арсу в этом.

– Я не собирал пищу, – признался Мустиф, – но готовить умею.

– Эгрегий покажет тебе, как пользоваться снастью. Итак, смысл вы уловили. От вас я требую одного – чтобы все работали одинаково. Я не потерплю, чтобы один работал, а другие смотрели на него с умным видом. Не говорю, что будет просто, готовьтесь. Спина будет болеть, на руках полопаются мозоли, но клянусь предками и Мефоном, что мы закончим судно!

Ему ответили радостными возгласами, которые поди услышали в Саганисе.

Какая бы ни была предстоящая работа, но когда у людей есть цель, они с радостью начинают. Виал это знал, потому подготовил помощников. В процессе придется корректировать указания, это не страшно.

А сегодня они будут отдыхать. Завтра начнут.

Глава 11

Начали с самого восхода и не останавливались до полудня. Приятно было вернуться в лагерь, где уже все готово. Мустиф, разобравшись со снастями, расстарался и показал высший класс. Пригодились кувшины, что налепил Виал.

Сразу в дело вклиниваться казалось страшным, но